Страница 36 из 84
— Прошу прощения, — снова отвлек меня печальный голос кучера, — Но нам надо ехать. Я не могу больше ждать.
— Пожалуйста, еще одну минуточку… — вскинула голову я, чувствуя как глаза опять предательски щиплет.
Я с надеждой буравила взглдом окно, надеясь что вот-вот дверь распахнется и там покажется Каролина, но ее не было.
— Извините, — тяжело вздохнул кучер и взмахнул вожжами, — Н-но!
Закусив губу, я с рвущей душу тоской смотрела, как уменьшается родной дом, скрываясь среди размашистых лап высоких елей, что росли вдоль дороги. А потом…
В дверь кареты внезапно что-то врезалось.
От смачного стукая чуть не подпрыгнула, до смерти перепугавшись, а кучер резко затормозил.
Дверь распахнулась и я, едва уняв бешено бьющееся сердце, со слезами на глазах выдохнула:
— Аурелия?
— Ну вы вообще… еле догнала… — шумно дыша, ввалилась внутрь сестра.
Ее волосы были растрепанные, полушубок был небрежно накинут на домашнее платье — сестренка явно собиралась впопыхах. В руках у нее был увесистый сверток.
Я с радостью обняла сестру, которая ответила тем же.
— Что там у вас случилось? — тут же спросила она, — К нам твой жених как приехал полчаса назад, так такую истерику закатил, обалдеть просто. Они там с отцом до сих пор ругаются. Я только так и смогла улизнуть под шумок.
— А что говорит Матиас, по какому поводу они ругаются? — осторожно спросила я.
— Говорит, что ты его обманула и как-то подставила перед лицом императора. И теперь отец одними только виноградниками не отделается.
Сердце в который раз за день пронзило болью.
— А отец? Что он говорит? — с надеждой спросила я, надеясь, что он не поверит во все эти бредни Матиаса.
— Он говорит, что его девочка не могла сделать такого. И вообще, настаивает на том, чтобы дождаться тебя и все обсудить троем. Но, мой тебе совет, сестренка, пересиди где-нибудь. Тебе нельзя сейчас возвращаться. Этот, жених твой, совсем бешеный и уезжать в ближайшее время не собирается.
— Но у меня с собой ничего нет. Куда я поеду? — закрыв глаза, спросила я.
— Не переживай, я все собрала. Вот, принесла тебе и одежду и немного денег. Даже вина прихватила, которого ты просила, хоть и не понимаю что ты праздновать собралась.
— Ты ж мое солнце, — обняла сестру я, — Огромное спасибо тебе. И я обязательно все тебе верну, честно.
— Да, можешь не переживать, я все равно деньги у тебя стащила. Одежду тоже твою взяла. Так что, давай, береги себя, а я пойду пока меня не хватились.
— Хорошо… — сглотнула я застрявший в горле ком, — …как будет возможность, пожалуйста, шепни отцу, что все было не так. Это Матиас меня обманул и хотел обманом взять меня в жены. Поэтому, пусть ему не доверяет.
— Обязательно скажу, — открыла дверь Аурелия.
— И еще… скажи ему, что я очень его люблю. Люблю вас всех и наши виноградники.
Сестренка спрыгнула в снег, подала знак кучеру и, уже закрывая дверь, подмигнула мне.
— Мы с ним это и так знаем. Береги себя, Каролина.
Когда дверь за сестрой закрылась и мы отъехали настолько, что ее крошечная фигурка окончательно растворилась в снежной пелене, я почувствовала в груди зияющую пустоту.
Теперь я окончательно осталась одна.
— Я так понимаю, вам опять некуда податься? — осторожно спросил кучер.
— Боюсь, что нет, — обреченно отозвалась я.
Кучер шумно вздохнул и недоверчиво переспросил:
— Что, неужели нет ни единого места, где вы могли бы укрыться?
— Нет, — пробормотала я. От его неожиданной доброты ком в горле стал горячим, — у меня…
И умолкла. Потому что вспомнила то, о чём так старательно пыталась забыть.