Страница 40 из 236
Глава 14
— Сейчас мы всех соберём и скопом с вами познакомим. — Коротков энергичным шагом направился по коридору мимо пары закрытых дверей в самый конец. Там оказалось довольно просторное помещение, разделённое несколькими столами, в котором оказалось шесть человек, дружно обернувшихся при нашем появлении. — О! А все уже в сборе! Товарищи! Размазываться мысью не буду, позвольте представить нашего нового коллегу, сотрудника отделения Ужаниха, Новикова Луку Артёмовича! Лука Артёмович у нас выпускник Московского техникума комплексных магических дисциплин и практического опыта не имеет, однако успел отличиться, избавив колхоз «Маяк» от цыганского проклятия. Сами понимаете, что как старшие товарищи мы обязаны проконтролировать результаты. Спиридон Иванович, займётесь? Но о работе после. Сейчас давайте знакомиться!
— Новиков, Лука Артёмович, — я сделал шаг вперёд, — Как уже сказал Всеволод Кириллович, закончил Московский техникум комплексных магических дисциплин по специальности маг-универсал. Распределён в село Ужаниху, так что в ближайшие три года мы будем коллегами. Дальше пока не загадываю, сами понимаете, в моём возрасте строить глобальные планы сложно. Но пока мне всё очень нравится. Не женат и не собираюсь в ближайшее время. Ах да, я маг третьей категории. В профессиональном плане опыта у меня, конечно же, нет, поэтому надеюсь, что поможете советом и подскажете, где буду ошибаться. Как бы всё, больше не знаю, что рассказывать, если что-то интересно — спрашивайте.
— Вы, молодой человек, у нас идейный или просто неудачник? — первой взяла слово дама возраста от сорока до пятидесяти. Точнее установить не получалось. И да, именно дама. Выглядела она представительно, словно сейчас шли не восьмидесятые годы двадцатого века, а конец девятнадцатого. Блуза под горло со стоячим воротником, юбка в пол. На голове крайне характерная причёска. Такую назвать женщиной или там, гражданкой просто язык не повернётся. Только дама, ну или на крайний случай, сударыня. — Небогатова, Акулина Сафроновна. Не обижайтесь, но променять столицу на наше захолустье это поступок не самого умного человека, и хотелось бы знать, с кем мы имеем дело.
— Акулина Сафроновна старейший сотрудник нашего пункта, — вмешался в разговор Коротков, — и отличается некой категоричностью в суждениях.
— Намекать женщине на её возраст пошло! — обожгла взглядом начальника Небогатова. — И всё же, молодой человек. Что побудило вас на столь экстравагантный жест?
— Жажда самостоятельности? — я пожал плечами. — Понимаю, что со стороны это выглядит предельной глупостью, но если серьёзно, то по факту что я потерял? Да, за три года в Москве меня забудут, но я изначально не был настроен на карьеру. А вот попробовать свои силы там, где рядом не будет родителей с их опекой — почему бы и нет. В конце концов, вернуться к родным пенатам и открыть частную практику я всегда успею. Зато наберусь реального опыта.
— Значит всё так идеалист, но не до конца потерянный, — кивнула Акулина Сафроновна. — что ж, с этим можно работать. В нашем заведении я отвечаю за ингредиенты для зелий. Закупка, реализация заявок, это всё ко мне. Скажу сразу, на что-то редкое или экзотическое можете не рассчитывать. Такие вещи появляются у нас крайне редко и на них очередь на годы вперёд расписана. Однако со всем остальным я вполне могу вам помочь. Главное, чётко сформулируйте, что именно вам нужно и какой вы хотите получить результат.
— Акулина Сафроновна самый опытный зельевар не только в нашем районе, но и наверно, во всей области. — в голосе руководителя пункта звучала искренняя гордость. — её регулярно зовут преподавать в разные учебные заведения, но она остаётся верна нам!
— Ой, да куда мне уже! — Небогатова, вдруг, совершенно по старушечьи всплеснула руками. — У меня здесь дети, внуки. Практика опять же. На кого я это всё оставлю. Нет, уж, Всеволод Кириллович, вам от меня не избавиться!
— И слава богу! — ничуть не расстроился тот, переходя к следующим работникам пункта магического анализа и контроля. — А вот это, Лука Артёмович, наши оперативники! Специалисты высокого класса, оба имеют вторую категорию. Наша, так сказать, ударная сила! Именно они будут проводить ревизию вашей работы, так что советую не ссориться!
Ссориться я не собирался, но от улыбки удержался с большим трудом. Сложно было представить двух настолько разных людей рядом. Один высокий, худощавый, я бы даже сказал, костистый, с желчным лицом и тяжёлым взглядом. Редкие волосы были зачесаны таким образом, чтобы накрыть всю макушку, создавая впечатление причёски. На меня он смотрел, словно вивисектор на мышь, прикидывая, с чего лучше начать вскрытие.
Второй был низким, пухлым, с пышной шевелюрой, которой он явно гордился и заботился. Небольшие усики окончательно придавали толстячку комический вид, а в его крошечных на фоне щёк глазах плясали смешинки. Но при всех различиях моих новых коллег, поведение у них было схожим до степени смешения. И первым делом они засыпали меня вопросами, причём чётко чередуясь, не повторяясь и не перебивая друг другу.
— Возраст?
— Звание?
— Служили?
— Почему нет?
— Ваше политическое кредо?
— Какую партию поддерживаете?
— За кого голосовали на последних выбора в Верховный совет?
— Желаете присоединиться к партийному активу района?
— Вы вообще в политической жизни страны участвуете или нет⁈
— Простите, товарищи, но я совершенно аполитичен, — слово вставить мне дали минуты через три, когда поток вопросов немного иссяк. — Да и когда бы мне было? Я ж учился!
— Это не повод бросать всё на самотёк! — нахмурился костистый Спиридон Иванович, тот самый который должен был меня проверять, и носивший на лацкане пиджака значок члена КПСС. — И молодость не может служить оправданием! У нас прекрасная пионерская организация. А комсомол это и вовсе актив нашей политической молодёжи!
— Да какой там актив, так активчик, — отмахнулся от него Ефим Захарович Романов, тот самый пухляш, со значком СДПСС, Социал-Демократической Партии Советского Союза, второй и последней представленной в Верховном Совете СССР. — Другое дело наши гвардейцы! У вас в техникуме ведь была ячейка ГДМ, то бишь Гвардии демократической молодёжи?