Страница 3 из 236
— Да разве так можно! — женщины тут же сделали стойку, а самые шустрые принялись сватать своих дочек. — Такой молодой человек представительный и один! Вам надо с моей Зиной познакомиться! Очень хорошая девочка…
— Твоей девочке тридцать два, — и естественно конкурентная борьба тут же вспыхнула со страшной силой. — она дважды за мужем была и трое детей имеет. Товарищу магу надо с моей Людкой познакомиться. Молодая, красивая, в прошлом году в техникум поступила, швеёй будет.
— Ага, и с половиной села переспала, прости. Господи, — мамаша отвергнутой Зинки естественно не смогла промолчать. — И кто знает, кого она в подоле принесёт, с таким-то безотказным характером.
— Ах ты сука старая!!! — оскорблённая мать будущей работницы швейной промышленности нацелилась вцепиться сопернице в волосы и лишь вмешательство мужиков не дало ей это сделать. — Вы не слушайте её, Лука Артёмович! Брешет она, собака сутулая! Не такая моя Люда, ложь это!
— А ну цыц! — прервал спор дедок, до этого словно бы кемарящий на переднем ряду. — Вы что тут устроили, курицы⁈ Вы в каком виде нашу деревню перед товарищем магом выставляете?!! От ей Богу, были бы вожжи под рукой, отходил бы обеих! Вы не слушайте их Лука Артёмович. Девки у нас хорошие, но вам, поди не по чину.
— Да почему, — я пожал плечами. — Я себя звездой не считаю. И ко мне можно по имени, не дорос ещё чтобы пожилые люди меня по имя-отчеству именовали. А так я обычный советский человек, разве что могу чуть больше, чем другие. Но оно ведь дело такое, кто-то умеет искры из пальцев пускать, кто-то свистит художественно, так, что заслушаешься, а кто фигурки из дерева режет. У каждого свой талант, не лучше и не хуже других. Главное, чтобы людям на пользу.
— От это правильно! — расплылся в улыбке дедок. — Меня-то дед Макар зовут. Ага, тот самый который телят не гонял. Я их правда не гонял, всю жисть на тракторах проработал, механизатором. Начинал аж на Путиловце, потом в войну механиком-водителем от начала до конца. Трижды горел, в первый раз под Москвой. Потом Ржев. Ну и последний раз на Курской дуге. Ух дали мы тогда пшекам! Разнесли их в хвост и в гриву, до самой Варшавы гнали, а оттуда до Берлина! А потом вернулся на родину, жанился, так и живу до сих пор. Приходи в гости, я тебя с внучками познакомлю.
— Зайду обязательно! — причём я даже душой не кривил. К людям, прошедшим Великую Отечественную у меня, было огромное уважение, и даже почтение. Если бы не такие как этот дедок, меня бы даже в проекте не было, окончательное решение славянского вопроса не даст соврать. Как и миллионы замученных в концлагерях. — Только устроюсь на новом месте. Сами понимаете, переезд — это не шутка.
— Да ты не волнуйся, устроим тебя в лучшем виде, — отмахнулся дед Макар. — Дом от Викешки остался хороший, добротный. Как раз для вашего брата строили. Мебеля там имеются. Вещи коли какие надо так мы всем миром подмогнём, правда? Ты главное это, порядок наведи. А то по лесу уже бывает страшно пройти, чуешь, что леший крутит. Да русалки баловать начали. Третьего дня Петро, муж моей старшей внучи, говорит трактор мыл, так чуть не утащили. Он сам, конечно, дурень, кто ж технику в реке моет, да ещё там, где русалы живут, но не дело это. Так что давай, коли тебя поставили у нас главным, разбирайся. А мы отблагодарим, честь по чести. За нами не заржавеет, на то слово моё тебе дадено!