Страница 221 из 236
– Да я не против. – жадности или алчности у меня действительно не имелось. Возможно потому что слишком внезапно свалилось нежданное богатство. Может потому что я просто ещё не осознал себя человеком, запросто способным купить квартиру в любом городе Союза, даже Москве, при этом не заметив что состояние сильно уменьшилось. А может потому что с детства меня учили что счастье, оно не в деньгах, и сейчас я просто не мог осознать, насколько богаче стал. – Скажите только что именно вас интересует и уверен, мы договоримся.
– Значит так, – тут же подцепил меня под руку Гольберг, оттягивая в сторону. – Ожерелье не обсуждается. Заберём за двести, пристроим или в Русский музей или в Алмазный фонд, и те и другие заберут без вопросов. Затем перстень работы Мирзы Абдул Касима. За него пятнадцать. Это честная цена, но на аукционе, особенно за границей можно выручить вдвое больше, но оно вам надо связываться с этими жуликами? Вот и я думаю что нет. Затем боярский золотой крест, тот что пожалован за Новгород. За него тоже пятнадцать. За поясной набор из пятнадцати накладок – двадцать. Женский головной венец, жемчуг, гранаты, предварительно мы оценили в сорок. За счёт исторического контекста его цена может вырасти раза в два, но там проверять и проверять.
– Пусть будет сорок. – поспешил я успокоить ювелира. – Я не корыстен.
– А зря, зря! – тут же расплылся в улыбке Борис Исаакович. – Своя рубашка, она таки ближе к телу. Но не буду учить вас плохому. Последнее что нас интересует из этого набора – это венчальная новгородская гривна. Очень интересная работа, но к сожалению, совершенно отсоветует исторический контекст. Десять тысяч.
– Согласен. – я даже не пытался спорить или торговаться. – А что с остальным?
– Предварительную оценку мы уже провели. Без учёта монет оставшееся потянет на сто – сто двадцать тысяч. – Гольберга явно радовал тот факт, что я не стал вставать в позу и настроение у него значительно выросло. – Монеты потянут на столько же, но можно попробовать реализовать их по отдельности. Правда мороки с этим много, а выгода не такая чтобы прям значительная. Посуду вы продавать не собираетесь, я правильно понял?
– Не планировал. – мне пришлось выдержать настоящий бой с Хованом, чтобы позволить ювелирам оценить столовое серебро и то домовой вздыхал каждый раз как они приступали к новому прибору. – Оно сильно ценное?
– Если брать всё вместе потянет тысяч на двести, двести пятьдесят. – не стал лукавить старый еврей. – Сильно ценного там ничего нет, основная цена создаётся возрастом и страной происхождения. Например вон то, большое блюдо из Персии будет стоить пятнадцать чисто из‑за того, где его изготовили. Возможно, что‑то найдётся в дневниках и цена ещё вырастет. Но не факт. Однако, я понимаю, что столовое серебро – это прекрасное вложение средств на будущее. Поверьте, дети и внуки вам скажут спасибо. Однако, если вдруг у какого‑то из предметов обнаружится серьёзный исторический контекст мы бы хотели право преимущественного выкупа!
– Конечно, – я не видел причин жмотиться из‑за одного – двух стаканов. – То есть в сумме получается…
– Не спешите, юноша! – остановил меня Гольберг. – До конечной суммы ещё очень далеко. К примеру мы не брались за оценку доставшейся вам одежды, а она за счёт происхождения может иметь весьма солидную стоимость. Но это не наш профиль. А вот что нас очень заинтересовало, так это архив. Поверьте, эти вот невзрачные бумажки стоят гораздо больше чем всё золото и серебро вместе взятое. Там правда работы на пару лет целому институту, но всё же уже сейчас можно сказать, что архив мага, начинавшего как опричник Ивана Грозного, а закончившего при Петре нашем, Алексеевиче, стоит безумных денег. Однако, оценить точно без предварительной обработки его просто невозможно. Поэтому я предлагаю за всё скопом пятьсот тысяч рублей. И можете не сомневаться, ни одна бумажка не пропадёт, всё пойдёт в архивы Библиотеки имени Ленина в Москве. И там уже с ними смогут работать все желающие.
– Честно говоря, вот это для меня стало полной неожиданностью, – и я ни капли не лукавил. Я догадывался, что бумаги могут быть ценными, но только с точки зрения истории, а вот что это будет стоить половину миллиона у меня и мысли не возникло. Однако, опыт альтер‑эго подсказывал, что излишняя щедрость – это тоже подозрительно, особенно от представителей богоизбранного народа. Так что может это прозвучало грубо, но я решил спросить в лоб. – И я не понимаю, зачем это лично вам. Ладно ювелирные изделия. Это ваша специализация. Но бумаги…
– Я скажу вам как родному, – Борис Исаакович приблизился ко мне и понизил голос. – Таки да, мы будем иметь с этого свой мелкий гешефт. Вы не представляете, с каким количеством людей нам приходится общаться по роду деятельности. Кому‑то ты оказываешь услугу, кто‑то тебе. Если мы принесём архив, значит будем иметь к нему первоочередной доступ. А документов того времени не сказать, чтобы много, особенно таких. Значит, обязательно начнётся свара. Вот вам оно надо самим в это влезать? А мы уж как‑нибудь потихонечку разгребём всё.
– Я вас понял. – как и ожидалось, два старых еврея крутили свои делишки, но… мне от этого не было ни тепло ни холодно. – У меня только одно условие. Точнее два. Всё, что касается магии, проходит через профильное министерство и копируется мне. Что я за наследник, если не буду знать о делах предка, пусть и не родного. И второе. Любые упоминания о походах в Персию так же должны немедленно пересылаться мне. Это ключевой момент. Особенно если там есть хоть что‑то про джина. Я не лезу в ваши дела, но скорее всего, моё руководство эти бумаги без внимания не оставит. И если узнают, что вы что‑то нашли, но промолчали… лучше бы вам этого не делать. Я не пугаю, уверен, вас пугали люди, до которых мне как до Луны ползком, но дело слишком серьёзное. И может обернуться огромными проблемами как для нас лично, так и для страны. Надеюсь, вы это понимаете. Ну что, по рукам?
– Поверьте, юноша, мы‑таки знаем, какие тайны может хранить прошлое. – взгляд Гольберга остался спокоен, а голос даже не дрогнул. – Джин, это уже не только ваше ведомство. Это и комитет, надеюсь, вы понимаете какой именно. Таки нам проблемы с ним не нужны и так ходим под Богом каждый день. Поэтому да, вы получите всё, что просите. Так что по рукам. И поздравляю, фактически с этого момента вы миллионер. Будет чем порадовать девочку, а таких девочек надо очень радовать, уж поверьте мне. Но ещё больше стоит радовать их мам.