Страница 26 из 126
Глава 10
Марк
Привязанность…
Я бежал от нее как от огня, отсекая любой намек на близость. В какой момент на моих руках, снова оказались оковы привязанности?
Я отъехал от дома Дарьи. Голова не соображает. Еду, не контролируя скорость, не понимая куда. В темноте ночных улиц я вижу ее лицо. Ее глаза... Они не обманут меня. Когда я коснулся ее губ, она прикрыла глаза и полностью отдалась нашему поцелую. Ее руки касались меня, чтобы оттолкнуть, но ее взгляд в этот момент был растерян.
"Я отравил ее сознание не меньше, чем она мое. Что ж, если таковы правила игры— я согласен."
Вошел в квартиру и не стал включать основной свет, оставил только ночник в гостиной.
Стоял у окна и смотрел на ночные огни города.
“Она никогда не полюбит, такого как я… Черт. Хорошо сказала. Разозлила меня за секунду..."
Такого, как я…
Я усмехнулся, но думал сейчас, не об этих ее словах. Налил себе коньяк и сел в кресло. Из всего, что произошло между нами, мне был интересен только один, самый чистый и самый сладкий эпизод. Когда Дарья, сама подошла и поцеловала меня.
Ничего к этому не вело. Не было ни атмосферы, ни обстоятельств. Все было против этого. Обычный вечер. Много таких же вечеров было у нас с ней. С десяток раз я произносил ей подобные банальные фразы…
“Я здесь, узнать, все ли у вас в порядке…”
Разумеется это была ложь. Но сегодня, я лгал потому, что хотел ее видеть. Вернулся в гостиницу и не застал ее…
Задержался в номере. Как идиот, сидел и смотрел на оставленные ею плед и подушку, что касалась ее лица…
Моей записки нигде не было. Она забрала ее с собой. Никому не сообщила о себе. Просто ушла.
Но она была здесь и теперь, я знаю. Знаю каково это, когда она есть и насколько становится тусклым свет, когда ее нет… Именно поэтому, я хотел ее видеть. Сейчас.
Это глупо, ведь я увижу ее на моих занятиях, в понедельник.
Но, видимо, это цепи привязанности на моих руках тянут меня к ней. Я слышал их тревожный звон, когда нес ее на своих руках, в свой номер...
Надо было оставить ее там, на пороге. Не подходить к ней вечером в холле. Не смотреть на нее бегущую, сквозь толпы улиц... Отвернуться, уйти и спастись от нее. Хм...
И вот теперь, я нарушил все, что обещал себе. Стою на ее крыльце и жду, когда она выйдет.
Она открывает дверь и я вижу ее. Смотрю на ее белоснежные стройные ноги в этом коротком халате. Она явно не была готова видеть непрошенных гостей, наверное собралась идти в душ.
Дарья в душе... Что ж, я подумаю об это позже.
Но в тот момент, я с таким голодом смотрел на нее. Ее роскошные густые волосы откинуты назад на бок, оголяя ее шею. Она перебирает пальцы, на ее лице все эмоции разом. Мне очевидно, что в ее душе не все спокойно. Ее взгляд не здесь.
Я говорил какую-то ерунду, “на автомате” выдал то, что надо было сказать.
Когда Дарья подняла на меня глаза, я понял, что она не слышала ни слова из того, что я ей говорю.
Этот ее взгляд, словно второй диалог между нами.
Ее губы не ответили мне. Но глаза — ответили. Ее глаза здороваются со мной и сегодня иначе, чем обычно. Вижу в ее взгляде нечто новое. Она впервые не смотрит сквозь меня, раздраженная, с желанием отделаться от навязанного ей диалога... Нет.
Ее взгляд касается моей кожи, словно она скользит по ней своими пальчиками. Я буквально, слышу ее прикосновение. Замер и стараюсь не пропустить ни одного “слова” что говорит мне ее взгляд.
Ее взгляд встречается с моим, но не теряется. Нет. Она следует дальше, скользит по моей щеке, задерживается на моих губах, шее, груди и следует все ниже.
И я пьянею, пьянею просто от ее взгляда. От этой секунды, этого мгновения ее осознанного интереса ко мне. Интереса не как к Марку, бывшему боссу ее сестры, но как к мужчине.
Дарья рассматривает меня откровенно, не стесняясь и не пряча своего интереса. Скользя пристальным взглядом везде и беспрепятственно.
Я пожалел в этот момент, что на мне была одежда. Хочу повторить этот момент, когда я буду стоять обнаженным перед ней. И почему то мне кажется, что этот момент у нас с ней еще будет. Теперь, я это четко осознаю.
Но вот, она словно очнулась. Отвечает мне что-то. Ее слова странные, но я не хочу тратить на них свое внимание. Нет.
Я хочу поставить на паузу момент, который произойдет через секунду и повторять его в своей памяти, снова и снова…
Дарья опустила глаза, делает вдох и снова, смотрит на меня.
И вот того, чем полон этот ее взгляд, никогда не видели мои глаза. У нее — никогда.
Желание.
Такое хрупкое, едва ощутимое. Словно родившееся в этот самый момент. Впервые Дарья смотрит на меня с откровенным желанием. Мне кажется она это даже не осознает.
Делает шаг ко мне, приподнимает голову и не сводя с меня глаз, приближается к моему лицу.
Ее губы касаются меня.
Этот ее порыв, не был случайным. Это не была робкая попытка. Дарья не колебалась.
Она точно знала, что хочет поцеловать меня. Поцеловать. А не робко и по-девичьи прикоснуться ко мне, к моим губам в смятении. Нет. Смятения не было. Вся она, сейчас, сама решимость и само желание.
Непреодолимое желание почувствовать меня на вкус.
Вот в этом она вся. И эта тлеющая в ней страсть, рвет меня на части. Я никогда не могу предсказать, что она решит сделать в следующий момент…
Но сейчас, ее губы прикасаются ко мне. Дарья целует меня, проникая горячими влажными губами в мой рот, касаясь своим языком моих губ.
Я едва удержался на месте. Хотел в тот же момент прижать ее к себе, продлить этот поцелуй. Но так же, мне очень хотелось продлить ее инициативу и не перебивать ее желание, своим.
Все, что я мог, это принять ее поцелуй, захватить ее губы своим ртом, отвечая на ее поцелуй, на ее желание, но не тушить его моим жаром в ответ.
Пара секунд и она отстранилась. Я молчал.
Ее рассеянный взгляд, встревожил меня. На ее лице не было ни очарования, ни увлеченности. Ничего. Ее взгляд не лгал. Я тронул ее губы, но не сердце...
Смотрю на этот ее равнодушный взгляд и чувствую, что под моими ногами разверзлась пропасть и я лечу вниз, очень-очень быстро.
Дарья смотрит мне в глаза, открыто, прямо. Говорит свои слова так просто и жестоко. И она, искренне верит в это. Я вижу по ее глазам, она не играет.
Как это работает у судьбы? Как же часто я смотрел также холодно и отстраненно, на всех тех женщин, безликих и не волнующих меня. Своим отношением к ним, своей холодностью я говорил им эти же слова, что сказала мне Дарья, сейчас.
Она сказала это и не дрогнула.