Страница 10 из 126
Я вспоминал их хмельные от желания глаза, когда они с удовольствием обнажались для меня, в том номере. Обители моих вечерних удовольствий, где каждая молекула воздуха была пропитана сексом, который я сам так люблю.
Прохладная вода плещется, скатываясь водопадом брызг по моему накаченному, загорелому телу. Я провел ладонью по своей груди, вниз к животу. Прикрыл глаза и веду руками еще ниже: одной, чтобы обхватить яички, другой, чтобы удостовериться в готовности своего стояка.
Я улыбнулся, облизнул губы и погладил свой упругий, твердый член. Представляя, что рядом со мной под струями воды, очередная роскошная женщина наблюдает как я касаюсь его пальцами, потягиваю и сжимаю...
Доминирование… Среди многих вещей, которое я так люблю в сексе, пожалуй, оно одно из первых и самых желанных для меня. Власть, всегда должна быть у меня...
Хорошо... Дыхание глубже и все учащается. Мой напряженный, твердый, влажный член, пронизанный разрядами тока, отдает свой заряд в мою руку, что скользит вдоль него, ускоряясь.
До чего же я люблю этот момент, когда женщина смотрит на мой член и выражение ее лица меняется. Ее взгляд замирает, ресницы взмывают вверх и она нервно сглатывает, представляя себе весь масштаб удовольствий, которые получит от него…
Усмехнулся, хватаю ртом воздух, снова и снова поглаживаю свой член, усиливая возбуждение. Мое тело хорошо отзывается на откровенные картинки в моем сознании… Я на нужной волне и в верном настрое. Сильная пульсация, подтверждает это. Я все резче и интенсивнее веду рукой по возбужденному члену, опираясь спиной на холодный мрамор стен.
Откидываю голову назад, позволяя воде свободным потоком падать мне на лицо. Приближаясь к разрядке, я настойчиво качаю свой член. На фоне напряженного удовольствия, пульсирующего в моей руке, мое сознание напряжено не меньше…
В своем воображении я с удовольствием перебирал образы, что волновали меня сейчас больше всего… В тумане моего разума, что был таким же густым, как пар в душе, я внезапно увидел нежное лицо Дарьи.
Это странно... Я не планировал, даже думать о ней, здесь. Этот внезапный образ был неожиданным и к моему удивлению, мгновенно усилил реакцию моего члена на эти мысли. Я не останавливаюсь, продолжая думать о ней. Вспомнил ее вспотевшее, расслабленное лицо. Она бежит, ее грудь вздрагивает, а длинные, стройные ноги, почти не касаются земли. Ее огненные волосы... Такие же дикие как и она, они развиваются, прилипая к ее потной шее…
Она идет ко мне… Ее кожа блестит, просвечиваясь под тонкой тканью. Она вся мокрая... и такая прекрасная в этой ее чистой ярости. Вспоминаю как она закусила свои алые губы, они пересохли от гнева и она облизнула их… Сразу, как только заметила меня.
Мое дыхание становится все тяжелее, движения все резче. Я представил как ее влажные, полные губы скользят по моей коже… Этот огонь в ее глазах и как она зарделась, поправляя платье, что просвечивало ее грудь. Ее влажная грудь так и манит мои пальцы коснуться ее…
Помню ее силуэт в окне. Она раздевалась, готовилась ко сну… Я представил ее обнаженной. Это было просто.. Ее алые губы тянутся ко мне, ее горячий рот жадно ловит мои губы, нетерпеливо отвечая на мои поцелуи. Дарья, трепещущая и возбужденная, лежит подо мной, принимая мои ласки, сжимая бедрами мой твердый член внутри себя. Пока ее роскошное тело, полное неги, мокрое и обессиленное, рухнет на простыни, после сильного оргазма...
— Ох...
В этот момент удушающим спазмом удовольствия, моя собственная разрядка обрушилась на меня со всей силой. Я пошатнулся. Тяжело охнул, готовый упасть от силы оргазма пронзившего меня. Выругался, ловя ртом воздух. В моей голове, все померкло и поплыло. Чувствую сильное головокружение. Спешно выключил воду и приоткрыл дверь, чтобы впустить воздух. Свежий ветер с улицы, ворвался как спасение. Понемногу голова начала проясняться. Я почувствовал, что снова крепко стою на ногах.
Удивленная улыбка, ироничная и раздраженная, появилась на моем лице. Я провел ладонью по влажным волосам и с недоумением покачал головой.
— Эта горячая малышка и не знает, что чуть не прикончила меня только что! Но это... Черт! Это было, невероятно! Давно не ощущал ничего похожего…
Глубоко дышу и постепенно прихожу в себя. Возбуждение, сковавшее мой разум, прошло словно туман. Но образ обнаженной Дарьи лежащей подо мной, крепко засел в моей голове.
Ее чувственный рот, ее мокрое тело… Все мое сознание сейчас, буквально отравлено ею.
Я тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения и переключая мысли в другое русло. Открыл стеклянную дверь и вышел обнаженным из душа, не заботясь о полотенце.
В любом случае, я почти никогда не надеваю его на себя, предпочитая дома быть обнаженным так часто, насколько это возможно.
Я прислонился к стойке в ванной над раковиной и вытер запотевшую поверхность зеркала, чтобы взглянуть на себя. Смотрю на свое отражение в зеркале и в этот момент, словно призрак, все еще вижу лицо Дарьи в своих глазах.
Настойчивый телефонный звонок, вывел меня из оцепенения.
Я ждал этого звонка. Мой зам.
— Марк, я все узнал по Хопкинсу. Предварительный ценник будет чуть выше суммы, что мы обычно тратим, но оно того стоит. Это отличная возможность выйти на качественно новый уровень. Единовременный взнос в фонд университета. Встреча, чек, никаких сюрпризов. Ты даже не вспотеешь. Помимо прочего, они предложили выступить у них в качестве приглашенного преподавателя. Но, я не думаю, что это…
— Стоп! Это именно то, что нужно! Сколько?!
— Нисколько. В этом, весь кайф. Единственное условие, рекомендация от кого-то авторитетного в их киношной теме…
— Свяжись с Томасом Скляровским, он напишет рекомендацию.
— Тот самый? Известный режиссер?
— Да.
— Все сделаю. Уверен, они будут в восторге от рекомендации режиссера подобного уровня. Марк, я думаю мы на пороге больших изменений.
Я не стал дослушивать продолжение. Выключил телефон и усмехнулся.
“На пороге, больших изменений…”
Через час он прислал мне в чат сообщение от главного декана университета Хопкинса. Тот сообщил, что они будут рады видеть меня в качестве приглашенного преподавателя с начала следующей недели.
Какое-то время я просто стоял у окна и улыбался, бездумно вглядываясь в синеву неба, предвкушая гневный огонь в кошачьих глазах Дарьи.