Страница 80 из 130
— Иди, Лина. Ты же видишь — всё в порядке, я жив. Остальное позже.
Себастьян кинул на брата предостерегающий взгляд, явно намекая, что тот зря разговаривает со мной в таком тоне при Кари и гвардейцах, но Рей его проигнорировал.
— Сейчас у меня другие дела, но вечером мы обязательно увидимся, и я всё расскажу.
Осознав, что на брата воздействовать бессмысленно, Себастьян красноречиво посмотрел на меня.
— Хорошо, ваше высочество, — ответила я, поклонившись, подхватила слегка деревянную Кари под руку, развернулась и пошла прочь от зимнего сада, ощущая растерянность пополам с облегчением.
Жив.
Рейгард
— В окно они видели, только подумать, — бурчал по дороге Себастьян, пока Рейгард отогревался мыслью о том, что Лина беспокоилась за него. Настолько, что прибежала к зимнему саду.. — И «бабахнуло»! Совсем с ума сошли. Надо было в комнатах закрыться и тихо сидеть. А не создавать нам неприятности!
— Да ладно тебе, помешанный на безопасности человек, — усмехнулся старший наследник. — Ну прибежали, подумаешь. Ты ведь тоже прибежал. Точнее, прилетел.
— Ну, то я.. — протянул Себастьян, но усмехнулся. — Хотя ты прав. То, что Лина примчалась, о многом говорит. И ты, судя по твоей почти счастливой физиономии, это понял.
— Толку-то? Одно дело — беспокойство и симпатия, и совсем другое — желать каких-то отношений, кроме нейтрально-дружеских. Но ладно, давай не будем об этом. Лучше расскажи, что ты думаешь о случившемся.
— Погоди, — отмахнулся брат. — Сначала помойся и оденься. А то от тебя так несёт смертью, что у меня в носу чешется, того и гляди начну чихать и не смогу говорить вообще. Выйдешь чистенький — и разложим с тобой всё, что известно на настоящий момент.
— Хм, — Рейгард чуть не остановился посреди коридора, но в последний момент опомнился и продолжил путь. — А ведь я ничего не чувствую.. в смысле — совсем ничего. Нюха нет. Я ещё подумал — что мне кажется странным в собственном состоянии..
— Предполагаю, что это последствия взрыва. Артефакт тебя спас, но полностью влияние магии такой силы он блокировать не мог. Думаю, за сутки пройдёт.
— Хотелось бы. А то не хватает мне вдобавок ко всему обоняния лишиться. Мало того, что я выгляжу как огромная ящерица, если ещё и без носа останусь ..
— Не останешься, не волнуйся, — улыбнулся Себастьян.
Перед тем, как войти в покои Рейгарда, младший наследник попросил дежурных гвардейцев вызвать служанку с какой-нибудь едой, и Рейгард согласно кивнул — да, он тоже проголодался из-за всех переживаний. Но всё-таки ещё сильнее, чем есть, ему хотелось смыть с себя пепел. Мысль о том, что этот пепел частично является останками Барбары, была особенно неприятной и мучительной.
Справившись минут за двадцать, Рейгард вышел из ванной и нашёл Себастьяна за столом, заваленным мясными блюдами, фруктами, сырами, салатами и разнообразным хлебом, в том числе и пирожками. Брат задумчиво ел яблоко, глядя в потолок, но, когда Рейгард зашёл в гостиную, выпрямился в кресле и вздохнул.
— Мерзко.
— Из-за чего? Ты ведь не в пепле, — слегка удивился Рейгард, садясь в соседнее кресло. Яблок он совсем не хотел, а вот мяса — да.
— А ты не догадываешься? — грустно усмехнулся Себастьян. — Я ведь знал, что так будет, понимаешь? Точнее, предполагал. Поэтому сделал всё, чтобы обезопасить Лину, разыгрывая перед всеми твоё равнодушие. Правда, есть у меня подозрение, что её чувства всё равно видны, но это не так важно как твоё к ней отношение.
— То есть ты понимал, что меня попытаются убить?.. — заинтересованно протянул Рейгард, покачав головой. — А почему мне не сказал?
— Для чего? Чтобы ты в очередной раз сделал вывод, что тебе нужно поскорее лечь в гроб и не мешать остальным жить? Меня, честно говоря, достали твои пессимистические настроения. Я знаю, откуда они, но надоело. И я не сказал, чтобы ты не испортил мне затею. Мне нужно было это покушение. Нужно. Я знал, что, скорее всего, твоя спутница не спасётся, но готов был пожертвовать ею.
Рейгард поперхнулся куском мяса.
А потом, всё-таки прожевав, искренне попросил:
— Не говори этого Лине. Если она узнает..
— Твоей Лине можно говорить про меня что угодно — она любит тебя, а не меня, — огрызнулся Себастьян. — И она не дура, сама всё поймёт. Если не сразу, то со временем. Я изначально готовил ловушку. И все девушки, которые попали на отбор, не случайны, Рей.
— Хм, — нахмурился старший наследник. — Погоди.. Но ведь сначала отбирал я. Точнее, отсеивал. Ты пришёл ко мне в кабинет, только когда я выгнал, наверное, треть..
— Ты серьёзно сейчас? — почти развеселился брат. — Рей, ты же не запоминал, кого выгоняешь. Если бы ты выгнал нужных мне девиц, я бы их потом вернул. Собственно, я так и сделал — одна из дракониц была тобой отвергнута, но я её взял, потому что подозреваю, что отец этой девушки участвовал в истории с Марсией. Он учил её магии.
— Ты не о Валенсии говоришь?
— Нет. Валенсия попала сюда из-за родства с аль Анарио. Но не факт, что дело в ней. Если моя догадка подтвердится — а она уже подтверждается, — злоумышленницей может стать любая девушка. Ну, кроме Лины.
— А Кари? Подружка её.
— Любая, Рей! — повторил Себастьян с нажимом и вновь откусил от яблока.
Рейгард дождался, пока брат прожуёт, выпил целый стакан морса, чтобы заглушить жажду, и только после этого поинтересовался:
— Ну и что за догадка? Давай, договаривай. Я не столь сообразителен, как ты, Ян. То, что ты подозреваешь в заговоре аль Анарио, я понял. Но, зачем понадобилось провоцировать это покушение, я не понимаю. Даже если отставить в сторону полнейшую аморальность подобного..
— Я тоже не столь сообразителен, к сожалению, — криво усмехнулся Себастьян. — И долго вообще ничего не замечал. Думал, что ты схлопотал проклятие всего лишь из-за характера Марсии и собственной глупости. И что моя невеста на самом деле отказалась от свадьбы из-за большой любви.
— А это не так?
— Теперь я считаю, что нет. Слушай..
Отложив в сторону огрызок, Себастьян поднялся и заходил по гостиной покоев Рейгарда, сомкнув руки за спиной. Была у него такая привычка — ходить, когда думал или нервничал.
Встав возле окна, за которым вовсю разгорался ярко-оранжевый закат, из-за чего короткие волосы младшего наследника стали золотыми, Себастьян заговорил, и по голосу, глубокому и слегка вибрирующему, Рейгард понял — брат в ярости.