Драконий цветок

Глава одиннадцатая. Решение Рейгарда

Аделина

Да, Лина, ты доигралась. Тянула-тянула.. дракона за хвост. И вот — дотянула.

Нехорошо получилось. Я должна была рассказать всё сама, найти правильные слова, объяснить. Но, видимо, слишком долго медлила. Не зря говорят, что, если долго пытаться уйти от судьбы, она возьмёт всё в свои руки и заставит принять неизбежное.

У Рейгарда, когда он раскрыл альбом, на лице появилась такая вселенская растерянность, что мне моментально стало стыдно. Но и удивительно — я ведь думала, что он будет злиться..

Хотя, возможно, он ещё не понял, что — точнее, кого — увидел на фотографии?

— Лина, — произнёс наследник хрипло, почти болезненно. И в его глазах я заметила страх. — Скажи мне, что это не то, о чём я подумал..

— Я ведь не знаю, о чём ты подумал, — пробормотала я, прижимая альбом к груди. — Поэтому скажу как есть. Тем более что Себастьян просил.. то есть твой брат велел уложиться в неделю. С тех пор уже прошло несколько дней, я тянула, не решалась. Хотела сначала сказать Касси, но и ей не смогла..

Я на несколько секунд замолчала, не выдержав прямой взгляд Рейгарда, заполненный таким количеством разнообразных чувств, что мне было сложно не опустить голову.

Он смотрел на меня с болью и удивлением — так, словно не ожидал услышать ничего подобного. Так, как смотрят на того, кому доверяешь, получив удар в спину.

— Почему ты.. — выдохнул он и закрыл глаза. — Впрочем, глупый вопрос. После того, что я тогда сделал, неудивительно, что ты предпочла промолчать. Но как ты доучилась? — Рей вновь посмотрел на меня, но теперь в его взгляде не было удивления. Ему на смену пришло чувство вины. — Почему никто не заподозрил, не сообщил мне..

— Я использовала артефакты для изменения ауры, — ответила я сконфуженно. — Конечно, это было сложно, поскольку их приходилось постоянно менять — аура тоже менялась, по мере роста.. ребёнка.

Услышав это слово, Рейгард вздрогнул и вновь зажмурился.

— Вечное Пламя, сколько же зла я тебе причинил..

— Касси — не зло, — возразила я горячо. — Она — лучшее, что случалось со мной. Да, было сложно, иногда даже почти невозможно, но я ни о чём не жалею. Касси замечательная! Ты потом в этом убедишься.

Мне показалось или по телу Рейгарда прошла дрожь? Чешуйки зашевелились, словно по ним пробежались обычные человеческие мурашки, и наследник повёл плечами, открывая глаза.

— Касси.. — повторил он с благоговением. — Полное имя — Кассандра?

— Да. Только не спрашивай, почему я назвала её именно так — я не знаю. В тот день, когда она родилась, это имя просто пришло мне в голову.

А вот теперь Рей на самом деле побледнел — не нужно было сомневаться, глядя на него, думать, почудилось мне это или нет. Заметно было очень.

Серебряные чешуйки стали почти белыми, словно поседели.

— Значит, Касси — дракон.. — прошептал Рей, глядя на меня с ужасом. — Когда рождается дракон, его мать всегда знает, как назвать ребёнка, это приходит свыше. Наша отличительная черта, о которой никому не известно.

Получается, если бы я знала об этой черте в то время, то догадалась бы, что Касси дракон. Хорошо это или плохо — что всё-таки не знала? Пожалуй, хорошо. У нас с Касси было целых семь лет спокойствия.

Жаль, что они закончились.

— Ты говорила об этом с Яном? — между тем продолжал обеспокоенно качать шипастой головой Рейгард. — Впрочем, о чём я.. Знаю ведь брата.. Он наверняка ещё и наорал на тебя, да?

— Ну не то чтобы наорал.. Он дал мне неделю, чтобы признаться.

— Не сердись на него, — попросил меня наследник, и я едва не закашлялась, услышав это. Не сердиться на Себастьяна? Кто я — а кто он? Какая разница, сержусь я или нет? — Я знаю, брат может быть очень жёстким. Особенно когда речь идёт о безопасности. Расти среди людей, будучи моей дочерью, для Касси и окружающих смертельно опасно. Удивлён, что Ян дал тебе неделю, а не притащил девочку сюда сразу же.. Это огромная уступка с его стороны, пусть и слегка безумная.

— Я понимаю, — кивнула я и замолчала.

Я чувствовала себя, наверное, не менее растерянной, чем Рейгард несколько минут назад. Потому что абсолютно не ожидала, что наследник на меня не наорёт. Не упрекнёт в том, что скрыла от него правду. Не будет злиться, шипеть, не объявит сумасшедшей — или как там говорил Себастьян?..

Рей пребывал в шоке, это чувствовалось. Однако он не сердился на меня. Наоборот — я видела, что он мысленно обвиняет именно себя. И думает, как и я сейчас, о том, что было бы с нами, если бы в прошлом не было той лжи. Если бы Рей ухаживал за мной на самом деле, а не в шутку, пусть и очень жестокую.

— Забавный подзатыльник от судьбы, не находишь? — сказал наследник с болезненной усмешкой. — Я хотел уничтожить тебя как личность, а в итоге уничтожил себя. Ты осталась той же верной и честной Линой, приняла моего ребёнка, любишь её.. А я — чудовище. — Он вдруг оскалился и махнул когтистой лапой. — А знаешь что, Лина? Я передумал. Мы не будем пытаться снять с меня проклятье.

Если бы в этот момент между нами из потолка ударила молния, я бы и то меньше удивилась.

Рейгард

Лина смотрела на него в молчаливом изумлении, а наследник не понимал, отчего она настолько удивлена.

— Что ты так смотришь? — выдохнул он и поморщился, когда из ноздрей непроизвольно посыпались искры и пепел. — Извини, я не всегда могу это контролировать. Ты и сама знаешь, что я заслуживал своё наказание. Если бы не заклятье Марсии, я бы наверняка так и продолжал играть чужими жизнями.

— Мы не можем этого знать, — привычно попыталась возразить Лина, но Рейгард лишь скептически хмыкнул.

— Не надо, не спорь. Ты — не я. А я чувствую — если бы не Марсия, я бы не остановился. Все мои выходки оставались безнаказанными, а когда так происходит, выводы не делаются. Я получил за всё и сразу. Зачем меня расколдовывать?

— Ты же будущий король, Рей! — горячо произнесла Лина, и Рейгард расхохотался.

— Король?! Вечное Пламя, Лина, ты сама-то видишь во мне короля? Невыносимый гордец, который умудрился вляпаться в смертельное проклятье, — и король? Ерунда. Себастьян будет лучшим королём.

Разумеется, она хотела поспорить — однако Рейгард видел по её глазам, что Лина тоже так считает. Да, справедливо, но отчего-то её согласие ранило.

— Я думаю, что страданий с тебя хватит, — сказала Лина тем не менее решительно. — Знаешь, как говорит моя наставница? Наказание должно быть уроком. Если тот, кто был наказан, сделал выводы, оно становится бессмысленным. Ты страдаешь безо всякого смысла! Поэтому тебя необходимо расколдовать!