Страница 60 из 82
Похоже, это все-таки была наша общая проблема, потому что неудовлетворенный дракон — это очень злой дракон.
Когда мы, наконец, остановились на привал, Дайягон просто сел, привалившись спиной к дереву, и закрыл глаза. Он не стал разжигать костер, ловить дичь, готовить ужин. И, судя по маске спокойствия на его лице, ему было абсолютно все равно, в каком я состоянии.
Я молча последовала его примеру, сев на землю рядом с другим деревом. Напоминать о том, что я вообще-то хрупкая человеческая женщина мне не хотелось. Мне было холодно и больно на душе из-за всего произошедшего, но делиться этим с драконом я не собиралась. Вместо этого я взяла кулон и различила внутри него такие дорогие мне крошечные фигурки Серпа, Рана и Дружка. В темноте они казались совсем ненастоящие, будто я их себе выдумала. Не желая усомниться в их существовании, я крепко сжала камень в ладони. От него шло тепло, которое постепенно разлилось и по моему измученному телу, и даже немного согрело душу, что это, если не поддержка от них? Они точно живы и просто ждут, когда я их освобожу, в этом не должно быть сомнений. Страх потерять их навсегда был слишком пугающим, зиял, словно пропасть, столкнуться с пустотой которой я была не готова. Мои мужья незаметно заняли место в моем сердце, и я успела поверить, что они всегда будут рядом.
Не сдержавшись, я все-таки пару раз хлюпнула носом. В тишине сумрака скрыть этот звук было невозможно.
— Мы вернем их, — не открывая глаз, произнес Дайягон.
— Угу.
— Перестань.
— Угу.
— Они живы.
— Ты уверен в этом.
— Я чувствую тепло и любовь, которые исходят из камня. К тому же предатель сказал, что это защитная магия. Значит, этот кристалл просто защищает их.
— Ты веришь тому, что сказал Ирвинг?
— Не то чтобы я полагался на его слова. Но от плохой вещи не будет идти такая аура.
— А ты правда собирался убить его?
— Да. Зачем оставлять врага в живых?
— Знаешь, один мудрец моего мира, — тут я немного упростила, — сказал: «Если ты не можешь возвращать к жизни, то и не спеши осуждать на смерть»[1].
— Зачем мне возвращать к жизни своих врагов? Чтобы убить их снова? — Даже в сумраке я увидела, как удивленно изогнулась изящная бровь мужчины. Кажется, его философию ничем нельзя было поколебать.
— Тогда почему не убил Ирвинга?
— Потому что ты попросила. Он твой муж, тебе принадлежит право решать его судьбу.
Я поморщилась, считать своим мужем Валамео мне абсолютно не хотелось, более того, он словно пачкал само значение слова «муж», ведь мои настоящие мужья были заботливыми и искренними.
— Я могу разорвать этот брак?
— У нас в мире не приняты разводы, но я слышал, что где-то в других мирах они являются обычным делом.
— Ты слышал.. Видимо, ты и правда очень стар..
— Сейчас это не звучало как комплимент.
— А я и не пыталась тебя расхваливать.
— Вообще-то мудрость и опытность дракона — это его достоинства.
— О да, ты не упустишь случая похвастаться своими достоинствами.
— У тебя нет ни капли уважения к великолепному магическому созданию.
— Прости, у нас как-то сразу не сложилось с уважением.
— Прощаю.
— Кажется, подобный диалог у нас с тобой уже был. Поэтому давай не будем повторяться и просто ляжем спать.
— Я уже спал, когда ты начала реветь.
— Я не ревела!
— Хныкать.
— И не хныкала! У тебя вообще нет сердца?
— А зачем оно мне?
— У! Ящер! — Я погрозила дракону кулачком, тот лишь усмехнулся и снова закрыл глаза, возвращаясь в свое сонное оцепенение.
Лечь спать было, конечно, смелым заявлением. Холодная земля и отсутствие моих теплых мужчин гарантировали мне простуду, потому я осталась сидеть у дерева, надеясь, что не отморожу свою пятую точку. Хотя я сомневалась, что вообще смогу заснуть после всего приключившегося, но кулон, который я все так же сжимала в руке, подарил мне удивительное спокойствие и тепло, стоило мне закрыть глаза, как тяжелые мысли отступили, я почувствовала объятия мужей и провалилась в спокойный глубокий сон.
[1] Слова Гэндальфа из книги «Властелин колец» Дж. Р. Толкиена.