Страница 8 из 38
Спустя полчаса я вышла из здания, пребывая в какой-то прострации. Ну и в наиполнейшем шоке.
Сажусь на скамейку, стоящую недалеко от здания, и кладу рядом с собой коробку конфет, купленную для пожилой женщины.
Это не люди, блин! Это какие-то нелюди!
Помимо продавщицы я пристала ещё к пятерым. И ни одни из них не захотел мне помочь. Каждый бубнил под нос, что ничем не может мне помочь, так как не знает, у кого в городе есть машина.
Я снова начинаю впадать в панику. Мне нужно поговорить с Леной, чтобы она успокоила меня. Иначе я тут чокнусь.
Достаю дрожащими руками телефон, снимаю варежки и врубаю экран.
Чуть ли не плачу, когда вижу, что связи нет. Впрочем, чему я удивляюсь. Я уже проверяла несколько раз за утро: и в доме бабы Вали, и на улицах, пока шла. И даже возле автовокзала, на том же самом месте, где вчера стояла и разговаривала с Леной. Сегодня связи не было даже там.
Убирая телефон в карман и снова натягивая варежки, крепко зажмуриваюсь.
Похоже, что всё-таки придётся воспользоваться гостеприимством бабы Вали.
Горький смешок срывается с губ, когда в голове мелькает одна мысль.
Я её так боялась, а получается… она — единственная, кто пришёл мне на помощь в этом чёртовом Тайгинске!
По хрусту снега под чьими-то ногами определяю, что в мою сторону кто-то идёт.
Да плевать. Всё равно ведь пройдут мимо. Они тут все равнодушные и, можно сказать, даже бездушные.
Когда этот кто-то останавливается возле меня, я испытываю лишь лёгкое удивление.
— Я слышал, ты машину ищешь, чтобы уехать из города, — хриплый бас, раздавшийся над головой, заставляет резко открыть глаза и задрать голову вверх, чтобы посмотреть на говорившего.
Неужели в Тайгинске есть ещё кто-то, помимо старой женщины, кто готов прийти на помощь незнакомому человеку, попавшему в беду?