Страница 44 из 60
— Мы где сейчас были? Это УВД или что такое?.. Это был театр! Малько устроил нам представление на манер мыльной оперы... Ладно, проехали! Надо работать... Я еду в школу, где работал тот маньяк. Мне кажется, что этот эпизод в центре клубка... Слушай, Лев!
— Слушаю внимательно!
— За тобой Городской суд. Кто работал вместе с Котенковым, вел ли он дела, из которых могла родиться эта «Месть»?.. Ну, ты сам все понимаешь...
— Нет вопросов!
— Так... Вадим, за тобой морг. Результаты вскрытия, пуля и все такое... А ты, Ирина, посмотри окружение Котенкова в последнее время... Если нет вопросов, то разбежались!
И Муромцев решительным шагом пошел искать школу, где двадцать лет назад учил детей Дмитрий Астахов, которого потом осудили как маньяка, как серийного убийцу...
Кузыщн, оставшись за старшего, решил дать советы:
— Тебе, Вадим, официально в морге ничего не дадут. Я думаю, что Малько уже постарался предупредить... Ты узнай, кто там судмедэксперт. Если женщина, то я тебе помогу. Тут у меня никогда сбоев не было...
* * *
Московские школы в новых районах не очень уютные. Они все очень одинаковые и скучные. А вот седьмая школа Шадринска была построена сто лет назад. При открытии она называлась «Классическая гимназия».
Понятно, что в разные годы здание перестраивали, многократно меняли вывески, портреты на стенах и стенды в холле. Но во всех помещениях витал дух тех, кто здесь работал, кто учил и учился... Первый выпуск гимназистов прошел в самый разгар революции. А потом здесь было общежитие, курсы военных связистов, текстильный техникум. И уже сорок лет — нормальная «Средняя школа номер семь».
Алла Бакунина окончила это заведение тридцать лет назад. Очень мало осталось тех, кто учил ее, кто учился с ней и кто ее помнил. Но Паше Муромцеву повезло. На входе он уткнулся в пожилого охранника, предъявил ему удостоверение и сразу встретил радушный прием.
— Это вы по поводу Аллы Бакуниной?.. Угадал?
— Да. Мы расследуем это дело... Тут нет большого секрета!
— Какой секрет! Уже пятый день все в школе шушукаются насчет ее убийства... Все знают, что она здесь училась, а детали про нее никто не помнит. Никто, кроме меня!.. Я не представился?.. Беднов Максим Борисович, бывший майор...
— А какого рода войск, если не секрет?
— Не секрет, конечно... Я служил в МВД... Зам начальника ГАИ города... Так вот, я вместе с Бакуниной учился. Но когда я заканчивал школу, а она еще в пятом классе была... Но вот моя жена с Аллой до выпускного на одной парте сидела... Подружки были — не разлей вода!
— А где сейчас ваша жена?
— Дома! И она очень много знает!.. Могу ее сюда вызвать, если хотите? Или допросите ее на квартире? Наш дом рядышком — три квартала отсюда... Как скажете, товарищ Муромцев...
Пока Павел искал квартиру Бедновых, хозяйка в спешном порядке переодевалась, причесывалась и наводила порядок в гостиной, которую она смешно называла «залой».
— Ой, товарищ Муромцев, вы уже пришли, а у меня зала не убрана... Я последние дни так переживала по Аллочке. Думала, что меня сразу будут допрашивать. А наши лопухи не дернулись, даже когда Игорька застрелили.
— А вам, Зоя Федоровна, есть что сказать?
— Ой, товарищ Муромцев, у меня есть масса версий. Я вам сейчас разложу их по всем полочкам...
Версий у Зои Бедновой оказалось не так много — всего одна!.. И это даже не версия, а набор интересной информации из школьной жизни Аллы Бакуниной и Игоря Котенкова...
Эти двое, как и Зоя Беднова, учились в одном классе. Начиналась последняя школьная весна. Дело шло к выпускным экзаменам. И вдруг у Аллы и Игоря случилась любовь... Это был бурный роман, о котором знала вся школа, включая уборщиц и учителей.
Невольно в этой истории Зоя сыграла роль провокатора — она передала Алле ключи от теплой зимней дачи. И влюбленные провели там воскресенье... Все бы ничего, но у идиота Котенкова был с собой фотоаппарат. И он запечатлел сначала одну Бакунину как Венеру, а потом и их обоих в позах скульптур Родена...
Случайно так получилось, что эти фотографии стали гулять по школе. Поговаривали, что это сама Алла покрасоваться решила... И все это произошло перед Первомаем! Назревал не просто скандал, а скандал с политическим оттенком. Директор школы Зотова пыталась историю замять, ссылаясь на Ромео с Джульеттой. Но комсомольский лидер Дима Асадов раскрутил все по полной программе. Правда, из комсомола ребят не исключили, но заставили прилюдно покаяться и обоим закатили строгача с занесением...
— А через десять лет Димка Асадов оказался маньяком. И Аллочка в статьях его так пропечатала, что мало никому не показалось!
— Понятно... А какая у вас версия, Зоя Федоровна?
— Ой, товарищ Муромцев, если бы я знала... Я думаю, что Бакунину из мести мог убить Асадов, но зачем ему Котенков — не ясно... А если ее убил Котенков, то кто убил его?.. Я совсем запуталась!
— Да, Зоя Федоровна, это дело запутанное... Но спасибо вам за информацию!
* * *
Хирургом, проводившим вскрытие Котенкова, оказалась женщина средних лет. Вадим Хилькевич побоялся выходить с ней на контакт. Он боялся провалить дело. Тут нужен крупный специалист по тонкой женской душе... Тут нужен Лев Кузькин!..
Оперативник должен уметь перевоплощаться... Кузькин всегда таскал с собой парик, очки, усы и всякий шпионский грим. Сегодня все это понадобилось. За пять минут у Вадика появились противные усики, синяк под глазом и другие атрибуты городского хулигана...
Черная «Волга» притаилась у морга... Ирина сидела за рулем и на всякий случай не глушила двигатель. Кузькин инструктировал Хилькевича, а тот морально готовился к совершению нехороших поступков. Ему предстояло и словом, и делом оскорбить незнакомую женщину...
Патологоанатом Дарья Носова всегда с работы ходила пешком. Для этого было много причин. Первая — Шадринск город маленький, и за полчаса его можно пройти из конца в конец. Вторая — банальная экономия денег. Третья — при такой «убойной» работе вечерние прогулки очень полезны для нервов. И последняя — в пустой квартире Дарью никто не ждал, и она оттягивала время прихода домой.