Страница 23 из 60
— Тебя вздрючат, — пригрозил он. — Мало того, что подруга сбежала, она еще и это сюда приволокла. Чем бы оно ни было, надо доложить командиру.
Бандиты вышли, даже не посмотрев на Глеба. Он тотчас заглянул в подсобку. То, что он там увидел, не слишком его удивило: посередине помещения, как-то зрительно умаляя его, стояла скифская баба. Лара ушла во времени. Ничего не сказала ему. Просто бросила его здесь расхлебывать все это с людьми Доцоева.
А что, если она больше не вернется? По ее собственному предположению, Зонгар раскрыл перед Доцоевым не все свои карты. Возможно, Доцоеву известно, что у Зонгара есть некий способ взорвать АЭС. «Командир» ничего не знает о перемещениях во времени, о том, кто такие Лара и сам Зонгар. Именно поэтому они и приволокли «ужин», ничего не зная о свойствах волшебной дудки.
Тогда террористы просто обвинят Глеба в том, что он помог Ларе бежать. Еще и дураком посчитают, что ей помог, а сам остался. Да просто клиническим сумасшедшим: приволок еще зачем-то скифскую бабу и сидит с нею тут, ухмыляясь лицом идиота.
Впрочем, Глеб понимал, что Лара вернется, поскольку ей и Зонгар нужен, и Джинн, только вот вопрос: когда? Успеют ли его за это время расстрелять или повесить? Ведь если он начнет рассказывать правду... Или даже попросит самого Зонгара подтвердить... Не встанет на его сторону Зонгар, вместе со всеми будет смеяться.
Глеб припомнил кадры из фильма, как чеченские боевики режут кому-то спереди горло, словно барану. Интересно, а какой способ предпочитают русские боевики?
Глеб вдруг подумал, что все эти люди, включая их вожака, народного мстителя, не могут быть интеллектуально сильнее историка с высшим образованием. Просто не стал бы умный человек пускаться в подобную авантюру. Значит, есть еще выход, значит, он может придумать что-то, найти какие-то правильные слова, чтобы хотя бы оттянуть время до возвращения Лары...
30
Глеб не успел обдумать все это, поскольку ее смуглое лицо вдруг выглянуло из-за плеча скифской бабы: Лара вернулась из времени.
— Я хотела перепрятать его, — хмуро сказала она.
— И что?
— Его уже там не было.
— Не было — где?
— В склепе Гермона. Я думала вытащить оттуда амфору. Или его из амфоры... Но амфоры там уже не было! И репер стоит на месте.
Глеб призадумался. Что-то не сходилось.
— Постой. Но амфоры там никогда не было! Я своими руками раскопал склеп архонта Гермона... И откуда ты... Почему ты назвала склеп именно так, ведь это я придумал.
— Да он и есть склеп рода архонта: правильно ты придумал. Только не в этом дело. Амфора там была, я сама ее туда поставила. Но в какой-то момент времени Зонгар нашел ее и перепрятал. И теперь получается, что он опередил меня дважды.
— Почему же амфору нашли в скифском могильнике?
— Именно там и захоронил ее Зонгар где-то в начале новой эры. Теперь же оказывается, что он стащил ее и в четвертом веке до!
— Зачем?
— Чтобы я ее не перепрятала.
— Откуда он узнал о том, что ты ее перепрячешь?
— Люди Доцоева рассказали ему, что в свинарник кто-то приволок каменную статую. Он сразу понял, что произошло, отправился обратно и перешел мне дорогу. Думаю, на несколько часов. Нам остается только ждать, — вздохнула Лара и присела на матрас. Глеб опустился на свой.
— Я не могу понять одного: как возможны вообще эти путешествия во времени?
— Возможны, как видишь.
— Да вижу... На как вы обходите парадокс дедушки, я в толк не возьму!
— Какого еще дедушки?
Глеб придвинулся поближе. Он давно хотел выяснить с этой путешественницей некий краеугольный вопрос. Парадокс еще требовал формулировки. Глеб мысленно повторил его и озвучил с максимальной точностью:
— Допустим, я перемещаюсь во времени назад и убиваю своего собственного дедушку, когда он еще был молодым и неженатым. Получается, что дедушка не оставил потомства, и я никогда не рождался. Кто же тогда переместился во времени и убил дедушку?
— Ты говоришь глупость, — немедленно отозвалась Лара.
— Это придумал известный ученый, человек, который во сто крат умнее тебя.
— Может быть. Великий теоретик, я понимаю. Но на практике все выглядит по-другому. На самом деле — ты просто не сможешь убить своего дедушку.
— Как это не смогу? Я возьму пистолет и выстрелю дедушке прямо в лоб.
— Пистолет даст осечку.
— Я подойду к дедушке вплотную и буду нажимать на курок, пока затвор не сработает.
— В этот момент окажется, что ты потерял все свои патроны.
— Я задушу своего дедушку! — вскричал Глеб.
— Что-нибудь да тебе помешает. В том-то и загадка путешествий. Ты сможешь сделать в прошлом только то, что не помешало бы тебе попасть в это прошлое. И, действуя в прошлом, ты сможешь изменить только будущее, которое начинается с того момента, как ты отправился в путешествие, сечешь?
— Не совсем.
— Попробую объяснить. — Лара достала лз кармана монетку. — Что у меня в руке?
— Старинная золотая монета. Профиль царя Митридата Евпатора. Первый век нашей эры... Постой! Это же та самая. Ты вытащила ее у меня...
— Нет. Слушай сюда. — Лара сжала кулак. — Монета зажата в моей руке, мы ее не видим. Допустим, ты перелетишь во времени на минуту назад, возьмешь монету с моей ладони, где она только что лежала, спрячешь себе в карман и вернешься обратно. Где будет монета?
— У меня в кармане.
— Ответ верный. А что будет у меня в руке?
— Монета. Вторая монета!
— Ответ неверный. В моей руке не будет ничего.
Лара разжала пальцы, и Глеб увидел ее пустую ладонь.
— Это что — фокус?
— Конечно.
Лара перевернула руку, и Глеб увидел, что монетка зажата между средним и безымянным пальцами.
— Отдай мне ее обратно — это все-таки артефакт. И когда ты успела ее стырить?
— Я ее не тырила.
— Стоп. Монета была у меня в кармане, древняя монета из склепа. Потом ты достала ее из кармана, но уже своего. Значит, ты ее незаметно взяла у меня.
— Не значит. Монетку я подобрала в склепе. Там же, где и обронила. В том же самом времени. Я отправилась туда прямо отсюда. И вернулась — прямо сюда. Перемещение во времени всегда связано с перемещением в пространстве, и можно этим управлять. Монетка исчезла из твоего кармана в тот самый момент, когда в четвертом веке до нашей эры, по вашему исчислению, я подобрала ее с пола в склепе. Доволен?
— Ага! — воскликнул Глеб. — Ты проясняешь самое начало.