Страница 15 из 60
В конце коридора послышались голоса, Глеб сразу узнал высокое сопрано третьей октавы — очень хорошо знакомый ему тембр. Светка шла между бравыми парнями в милицейской форме. Ее лицо было хмурым, озабоченным, а блюстители порядка сияли, радуясь общению с культурной женщиной, а не с бомжичками и шлюхами, с которыми им приходилась валандаться по долгу службы. Завидев Глеба, Светка рассеянно кивнула.
Это была его сокурсница. Конечно, теперь у нее строгая юбка и изящные очки, и она имеет ученую степень, и называют ее не иначе как по имени-отчеству, но для Глеба она так и осталась Светкой — девчонкой, с которой он чуть было не расписался на третьем курсе.
Формальности были закончены, протокол составлен, воины плаща и кинжала ушли.
— Если этот придурок ничего не взял, и даже наоборот, то вам и беспокоиться нечего, — сказал напоследок один из них.
— Что значит — наоборот? — спросил Глеб.
— Этот человек проник в музей не для того, чтобы украсть. Он принес с собой ценные предметы, — ответила Светка, недоуменно пожимая плечами.
Они спустились в хранилище. Глеб сразу заметил эти предметы: они просто валялись на полу. Пахло почему-то, как в шашлычной поутру — остывшим бараньим жиром.
— Ты уверена, что он это принес, а не взял откуда-то с полки? — спросил потрясенный Глеб.
— Уверена. В музее не пропало ни одной вещи.
— Кое-что, я думаю, пропало, — пробормотал Глеб разглядывая следы пиршества.
Краем глаза он заметил, что Лара хитро улыбнулась этим словам.
На полу лежало большое овальное блюдо, медный кувшин и два кубка. Все это было довольно искусно сделано. И завалено грудой обглоданных костей. Отсюда и исходил неуместный запах.
— Это подделка! — воскликнул Глеб.
— Вовсе нет, — возразила Светка, взяв в руки один из кубков, тот, что был чистым, меж тем как из второго, который валялся на блюде, явно пили.
Глеб поболтал кувшин: внутри что-то плескалось. Он понюхал: вино — хорошая красная Изабелла.
— Я бы отнесла эти предметы к третьему веку до нашей эры, — авторитетно заявила Светка, будто вела речь на симпозиуме. — Колониальная культура. Гермонасса, Фанагория или Пантикапей. И они в очень хорошем состоянии, просто как новые. Да им же цены нет! — воскликнула сотрудница музея.
Лара тронула Глеба за рукав, потянула в сторону.
— Он тут жрал, — тихо сказала она. — Причем с большим аппетитом, за двоих! И бросил посуду. Не брать же ее с собой?
— Откуда же она взялась?
— Ты ж все равно не поверишь. Есть такая скатерть. Ее надо расстелить на ровном месте, сыграть кое-что на дудке. Тут и появится скромная еда.
— Скатерть-самобранка? — улыбнулся Глеб, покосившись на Светку, которая издали прислушивалась к их разговору.
— Называй как хочешь, — сказала Лара, повысив голос. — Но эта тряпка как раз и приносит именно подобную ерунду: такие вот кувшины и кубки, две горячие бараньи ноги, две крупные луковицы, всякую зелень. Ну и — хлеб, конечно.
Светка с любопытством смотрела, как ее бывший возлюбленный шепчется с юной красавицей. Глеб только покачал головой. Не хватало еще, чтобы серьезный ученый, которым сейчас является его сокурсница, заподозрила, что он влюблен в сумасшедшую.
Глеб достал из сумки-планшета каталог и показал разворот работнице музея.
— Я бы хотел взглянуть на эту вещь. Если, конечно, грабитель не похитил ее.
В этот момент на лице Лары опять возникла странная улыбка, будто она знала что-то неизвестное ему.
— Да нет, вряд ли, — заметила Светка. — Зачем человеку, который тайком приносит в музей ценности, еще и похищать какую-то рядовую амфору?
Они прошли в соседнее помещение, где на стеллажах от пола до потолка высились керамические изделия. Крупные пифосы, почти в человеческий рост, стояли на особых подставках в нижнем ряду. Далее шли амфоры и горшки.
— Я помню эту амфору, — сказала Светка, — ее добыли твои коллеги на Тамани. В скифском кургане.
Она делала ударение на втором слоге слова — амфора, а не амфора — как говорят профессиональные археологи, вроде мореманов, которые непременно щегольнут жирным «а» в слове «компас».
— Честно говоря, странно... — продолжала Светка, разглядывая стеллажи. — Греческое изделие в скифском могильнике — не припомню такого.
Как и скифское в греческом, подумал Глеб, вспоминая «репер времени».
— Вот она... Гм! Ее действительно трогали недавно. Это видно по слою пыли на полке. Но аккуратно поставили на место.
Глеб осторожно взял амфору. Обыкновенный, литра на три-четыре домашний сосуд, в хорошем состоянии. Знак гончара на месте. Он заглянул в черное горлышко.
— Тогда они взяли что-то оттуда! — настаивал он.
— Да нет же! — ответила Светка. — Амфора всегда была пустой.
— Кое-что все же там было, — шепнула Лара, все с тем же хитрым выражением лица.
Задерживаться она не собиралась ни на минуту. Когда Глеб завел разговор со Светкой об археологических делах, Лара принялась теребить его за рукав, почесывать тайком по спине... В конце концов Глеб отдал Светке тубус с чертежами, предварительно вытащив оттуда носки и скороговоркой уведомив удивленную подругу юности, что заглянет позже. Как-нибудь... На днях.
21
— То, что было в амфоре, не обязательно запечатывать, — пояснила Лара, когда они вышли из музея и вновь оказались на тенистой Гимназической улице, над которой буквально смыкался свод из каштановых крон.
— Объяснишь на сей раз? — вялым голосом, безо всякой надежды спросил Глеб.
Лара посмотрела на него с той же усталой грустью. Глеб ей не верил, и она это знала. Зачем попусту тратить слова? — вот о чем говорил ее взгляд.
— Это может находиться внутри любого сосуда, даже открытого, — сказала Лара. — Сосуд запечатывает не пробка, а заклинание. Зонгар просто не пожелал тащить тяжелую амфору, а воспользовался чем-то поменьше. Армейской фляжкой из-под спирта, например.
— Да что там такое может быть? — засмеялся Глеб. — Уж не джинн ли?
— Джинн, — серьезно ответила Лара.
Глеб молча смотрел на нее. Лара говорила, глядя на свои шагающие ноги, бесцветным голосом, просто, казалось, размышляя вслух.
Теперь она точно сможет найти джинна. Потому что у нее есть волшебная дудка. Самого джинна дудка не определяет, но определяет Зонгара. А джинн сейчас в руках Зонгара. Пока Зонгар его снова не спрятал, она может найти и перехватить джинна.