Страница 43 из 62
— Кадкин? Да, мы работаем с ним, очень приличный режиссер, зря вы так отзываетесь... Подъезжайте в офис, поговорим конкретно. Всего вам доброго.
— Ну и что? — спросил Сырник, положив трубку. — Поедем в офис или как?
— Похоже, эта фирма переживает не лучшие времена, — сказал я. — Ладно, посмотрим, что это за режиссер Кадкин.
Я включил компьютер.
— У тебя есть база данных на деятелей шоу-бизнеса?
— Где-то была.
— Давай, мне нужны координаты этого Кадкина, срочно! Туда и поедем.
— А на хрена? Мы должны девчонку спасать, а не каких-то там режиссеров выискивать!
— Мы должны делать то, что должны, — сказал я.
Оказывается, не совсем. Пока я занимался поиском режиссера Кадкина в базе данных, в моем мобильнике прорезался голос Артемова.
— Андрей, менты достают меня, — сказал он. — Кто-то звонил, выяснял адрес моей творческой группы. А может, и не менты, а те, кто...
Ну да, я же сам попросил его звонить, если что. Отпираться было бессмысленно, рано или поздно Сырник окажется в офисе, девушка узнает его голос, и тогда возникнет недоверие. Если уж мы на одной стороне баррикад, в чем я начал сомневаться, то должны быть откровенны. Но девушки в его офисе знают свое дело! Сразу сообщили начальнику о звонке!
— Это не менты, Роман, и не бандиты. Олег звонил по моей просьбе.
— А что тебя интересует? Мог бы у меня спросить.
— Не хотел беспокоить. Мне хочется поговорить с людьми, которые были с тобой в Крыму. С творческой группой.
— Зачем?
— Ты сказал, что девушки хотели, а ты — нет. Обиженная женщина на многое способна, понимаешь? Мне хотелось бы самому понять, что там к чему.
— Да нет проблем, — после некоторого замешательства сказал Артемов. — Я выясню, где Кадкин, и дам тебе его координаты.
Я поблагодарил бизнесмена, на том и распрощались. А адреса режиссера в базе данных Сырника не было, видимо, и вправду не ахти какой известный. Точнее, совсем неизвестный режиссер. И это подтверждало мою догадку, что дела фирмы «РЕКАРТ» идут далеко не блестяще. Я знал, что наружной рекламой занимаются несколько солидных фирм, и они вряд ли уступят часть своей доли. Сырник скептически поглядывал на меня, ожидая объяснений.
— Понимаешь, Олег, — сказал я. — Похищение Марьяны могли организовать девушки, отвергнутые Артемовым.
— Ага, и они же выследили, куда она поедет и когда, — мрачно хмыкнул Сырник. — Тогда это не девушки, а... черт знает что! Театральное ФСБ!
Я тоже так думал, но не стал говорить об этом Сырнику. Тогда бы пришлось объяснять, для чего он звонил в фирму и что все это значит. Я и сам всего этого не знал. Минут через пятнадцать перезвонил Артемов.
— Андрей, я нашел Кадкина, запиши номер его мобильника. Он готов встретиться с тобой и рассказать все, что нужно.
— Спасибо, Роман, — я записал номер телефона.
— Вот еще что... Андрей, ты говорил, что Гек... Нужно начинать с него. Он все знает, он должен сказать. Немедленно нужно начинать!
— Хорошо, Роман, я подумаю. Если решу взяться за него — скажу тебе. Но это будет ближе к вечеру. Созвонимся.
Я без проблем связался с Кадкиным, неизвестный режиссер был на «Мосфильме», что он там делал — одному Богу известно, но согласился встретиться со мной у входа, чтобы не тратить лишнюю энергию, заказывая мне пропуск.
Похоже, его просто некуда было заказывать.
Через десять минут мы сели в «копейку» Сырника и поехали на Мосфильмовскую. Режиссер Кадкин ждал меня у проходной знаменитой киностудии. Был он небрит, волосат, с большим, мясистым носом и нездоровым румянцем на щеках. Ну, это, учитывая мутные глаза, вполне понятно.
— Господин Кадкин? — спросил я.
— Нуда... А вы тот самый... Кораллов, что ли?
— Корнилов, но — тот самый.
— Понятно. И что вам нужно?
Не понравилось мне выражение его лица. Спрашивал, а сам уже знал, что нам нужно, и ответы на все мои вопросы тоже знал. Почему?
— Владимир Афанасьевич, вы работали с рекламным агентством Романа Артемова, так? Снимали клип в Крыму.
— Ну, работал.
— Погода была хорошая?
— Не очень. Когда как. А в чем, собственно, дело?
— Роман Артемов присутствовал на съемках?
— Конечно.
— Вы вместе вернулись в Москву?
— А это вы у него самого спросите.
— Спрошу, обязательно. Меня интересуют девушки, которые снимались в клипе.
— Девушка была одна, и она не хочет, чтобы ее имя тиражировала «желтая пресса». Она серьезная актриса, так что...
— Не скажете?
— Извините, не могу. А в чем, собственно, дело?
— А в том, что жена Артемова похищена. И к этому может быть причастна девушка, которую вы покрываете. И значит, вы тоже. Это серьезное дело, как минимум, пять лет строгого режима вам обеспечено в случае дачи ложных показаний.
Он не слишком опечалился, напротив, оживился, с интересом взглянул на меня.
— У Романа жену сперли? Так чего он переживает?
— То есть?
— Ну... мужик молодой, богатый, их у него куча, так и вьются вокруг.
— С той актрисой, что снималась в клипе, у него что-то было? Интимная связь?
Режиссер, только что утверждавший, что вокруг Артемова постоянно вьются женщины, мигом превратился в скромного незнайку.
— Я свечку не держал, спросите у него сами.
— Спрашивал, говорит, ничего не было.
— Значит, не было. А у меня, похоже, будет... — Кадкин заметно погрустнел.
— Что вас огорчает?
— Да что! Говорили, что у его фирмы проблемы, но я согласился работать за скромный, так сказать, аванс. Артемов обещал расплатиться, как только сдадим клип. Но теперь же у него проблемы, жену, видите ли, сперли! Поди попробуй заикнуться об оплате, злодеем окажешься!
— Кто говорил, что у него проблемы?
— А кто все это говорит? Бабки у подъезда! Все, начальник, больше ничего не знаю, И времени у меня нет.
— Если хотите, поговорю с Романом о вашем гонораре, — сказал я.
Кадкин вскинул голову, с ужасом взглянул мне в глаза.
— Вы что, совсем?.. Какой дурак со мной работать станет, если я через органы деньги выбивать стану? Нет, ничего не надо, я сам решу свои проблемы. До свидания.
И он затрусил к проходной «Мосфильма». Что ж, невеликие режиссеры всего боятся, это верно. Однако не слишком ли он был скрытным? Хотя... утверждение, что Артемов мог не переживать по поводу пропавшей жены, поскольку вокруг него постоянно вьются дамы, весьма интересно. Вокруг примерного семьянина виться не станут.