Страница 8 из 43
Куда и когда испарился Делсен, я не заметила. Но почему сбежал – поняла. Редкий мужчина выдержит увлекательный процесс выбора даже одного платья, а тут целый гардероб в планах! Я, конечно, не собиралась злоупотреблять, мне много не надо, но Делсен-то этого не знал. К тому же выбрать немногое – это, вы же понимаете, вдвойне сложная задача! Так что пусть, в самом деле, подождет где-нибудь в сторонке, нервы целее будут.
Процесс выбора оказался.. магическим. По мановению руки моей спутницы вокруг манекена возникла зеркальная круглая стена, огородившая нас от зала. Еще жест – и безликая кукла приобрела мои фигуру и внешность. А дальше на ней начали сменяться наряды. Некоторые исчезали быстро, стоило мне подумать или хотя бы ощутить: «Не то». Другие манекен показывал со всех сторон, точно имитируя мою походку, движения, даже любимые жесты! Цвет, длина, мелкие детали менялись, белое строгое платье обзаводилось кружевами и рюшами, меняло цвет на розовый, сиреневый, темно-лиловый, блузка делового кроя превращалась в романтическую, рукава-фонарики сменялись тонкими бретельками.. Меня так заворожил процесс, что и выбирать не хотелось, ведь это значило – остановиться!
Ощутимая разница в магофоне, грифоны, ритуалы.. честное слово, банальный поход по магазинам гораздо яснее показал, насколько отличаются наши миры. Магофон скачет и у нас, грифоны и ритуалы – это нечто действительно магическое, а покупки – что может быть обыденней?! Волшебство в повседневных делах впечатляет больше, ведь без него так легко обойтись.. Это вам не высшая магия.
Ой, боюсь представить, что могут называть в этом мире высшей магией!
Но даже очень вдумчивый и неторопливый подбор гардероба нельзя растянуть до бесконечности. Не знаю, час прошел или два, а может, и побольше, время пролетело незаметно. Но в конце концов пакет был собран, мне выдали гарантию на чары очистки, несминаемости, устойчивости к дождю, пятнам, кошачьим когтям и целому списку других повреждающих факторов и вывели пред ясны очи Делсена.
Тот сидел на диванчике и читал книгу. Так увлекся, что тоже, кажется, потерял счет времени, и мое появление заметил не сразу.
Вы никогда не замечали, как меняются лица людей, полностью поглощенных чтением? Делсен, насколько я успела его узнать, так сроднился с образом холодного аристократа, что даже в роли бродячего торговца оставался сдержанным, немногословным и корректным. А сейчас.. Не знаю, что он читал, но явно что-то очень увлекательное! То хмурился, сжимая губы и нервно постукивая пальцами по мягкому подлокотнику, то вдруг улыбался или кривился, что-то беззвучно шептал.. Отлистал на несколько страниц назад, вернулся.. Я стояла тихо, смотрела, и прежний образ Делсена Лоссеиваля рушился окончательно и бесповоротно, да и торговца Когтя, пожалуй, тоже. Делсен Шаррот был гораздо симпатичнее их обоих. Такой живой и настоящий!
Наверное, он почувствовал мой взгляд. Поднял голову, оглядел меня, спросил:
— Ты не стала переодеваться?
— Отложила это удовольствие до дома. Послушай, мне нужны еще кое-какие женские мелочи, и я не хочу, чтобы за них платил ты. Это.. немного неприлично.
Он фыркнул что-то себе под нос. Спрятал книгу, встал, подал мне руку:
— Ладно, не стану спорить с твоими понятиями о приличиях. Контора Гароха.
И мы оказались в знакомом мне банке.
— Как?! – прошептала я. – Портала ведь не было?
— Смотри, – Делсен показал под ноги: мы стояли на портальном круге. – Достаточно адресного амулета. Я сделаю тебе, если хочешь.
— Ты артефактор?!
— Нет, но кое-что простое умею. – Посмотрел на мое ошарашенное лицо и добавил с усмешкой: – Могу и тебя научить. Это легко.
— Научишь! – жадно согласилась я. Кто бы отказался?! Не знаю, на каком курсе учат такому наших артефакторов, но в программе ритуалистов амулетов такого уровня точно нет. «Легко», ха! С их уровнем магии многое легко. Представляю, какие глаза будут у моих однокурсников, если показать такой амулетик и сказать небрежно: «Сама сделала!»
В банковском отделе конторы я купила зачарованный от воров и потери кошелек, набила его деньгами этого мира и сразу почувствовала себя уверенней. Делсен тем временем решал какие-то свои дела в кабинете с табличкой «младший поверенный» («Раз уж нас сюда занесло, не возражаешь, Элсина?»), меня попросили подождать его в небольшом зале-приемной. Здесь, собственно, начиналась контора, сюда выходили двери всех кабинетов и отделов, и народу здесь толпилось изрядно. Самого разнообразного, так что меня снова настигло ощущение иномирности, и я, делая вид, что читаю буклетик о завтрашнем аукционе, тайком рассматривала посетителей.
Стремительно проползла огромная изумрудная с черным змея, у дверей кабинета превратилась в высокую статную женщину в изумрудном платье. Нагиня, я и не знала, что они такие красавицы! Залетела прямо в окно горгулья, сложила черные шуршащие крылья и поковыляла вразвалочку, цокая по полу стальными когтями. Пробежал рысью молодой цверг, стажер, наверное. Но эти, явные, все же были исключениями, большая часть посетителей выглядела как люди. Вот только, если присмотреться.. У кого-то зеленые дриадские глазищи, или золотые, как у той девушки в магазине, я даже не знаю, какой именно народ отличается такими глазами. У кого-то не вполне человеческое телосложение, или черты лица, или движения. Чем дольше смотришь, тем больше видишь различий. Кто есть кто, от кого чего ждать и как с кем себя вести? Попрошу Делсена с Улейвом объяснить. Ведь даже у нас к тем же цвергам надо обращаться не так, как к людям, у них свои приветствия, свои традиции. А здесь я и не знаю, кого могу встретить и на что этот кто-то может оскорбиться.
И тут в мельтешении лиц я увидела знакомое. Слишком, чтоб его, знакомое! Хагос! Старший брат Делсена – или они теперь не считаются братьями? – нынешний, как я поняла, глава рода Лоссеивалей. Такой же красивый, надменный и самоуверенный, каким я его запомнила по короткой прошлой встрече. Он приостановился в дверях, осмотрелся и неторопливо, с чувством собственного достоинства прошел сквозь толпу к одной из дверей. К счастью, не к той, за которой был Делсен.
Дверь закрылась, я перевела дух и только теперь поняла, что не дышала, пока этот памятник собственному величию шествовал здесь, словно король на выходе. Заметил он меня или нет? А если заметил – мог не узнать? Ой, вряд ли! Одна надежда, что я затерялась в толпе, а он не слишком пристально всматривался в лица.