Страница 65 из 86
Я взяла бумагу – портрет Оллистера Кеймрона. Неизменный уже более восьмисот лет. Высокий, худощавый, русоволосый мужчина с хищным лицом и холодным взглядом, в черном кителе без нашивок и гербов. Единственное украшение – королевская печать: массивный диск на цепи, в центре которого изображен герб чародеев. Печать передавалась от короля к королю.
Бессмертный король чародеев выглядел опасным.
Путешественник подал мне следующий рисунок.
На картинке был самый обычный черный блестящий камень, формой напоминающий вытянутый ромб размером с куриное яйцо.
– Это Душа Тьмы – наша реликвия. Раньше он был частью украшения. – Темный подал еще один рисунок, тот же камень, вид сбоку.
С этого ракурса становилось понятно, что ромб с одной стороны выпуклый, с большим количеством граней, с другой – плоский.
– Украшением была тиара матери, ребенок которой попал под проклятие первым. Она отдала богам за помощь свои чары. Все, до последней капли. Потеряла долголетие, фактически стала обычной человеческой женщиной.
Еще рисунок, теперь срез – на него оказались нанесены мелкие руны.
– Странные у вас боги, – сказала я вслух то, что крутилось в голове. – Простите.
Темный хмыкнул, облокотился рукой о колено и улыбнулся:
– Боги такие же, как у всех, только не во всех мирах помнят, как к ним обращаться. Не всем они отвечают, и далеко не каждый соглашается на их условия. Они всегда что-то забирают взамен.
Последние слова прозвучали грустно: такое чувство, что Ариес не понаслышке знал о богах. Я удивленно воззрилась на темного:
– Вы с ними говорили? С богами?
Отец Эва молчал, смотрел на меня. В глазах клубилась тьма. Лицо ничего не выражало, вместо темного говорила бушующая внутри стихия.
– Что вы просили? – едва слышно прошептала я.
– Спасение.
– Что они забрали?
– Это не важно, Даяна.
– Эв знает? – Я отдернула руку, которая, помимо воли, потянулась к руке темного. Ему не нужны были жалость и сочувствие.
– Он знает, что мы обращались к богам, но не знает, что именно мне ответила Тьма.
– Что она вам сказала?
– Сказала, что только тот, в ком есть чары нашего врага, может помочь найти потерянное. – Чернота из взгляда Ариеса исчезла, он смотрел на меня с сожалением, словно отправлял не на разведку, а на смерть.
Удар сердца, и в глазах темного – только боль и тепло. Показалось? Показалось. Все тетушка со своими догадками! Ариес бы ни за что не послал меня на смерть. Если быть совсем циничной – я единственная любовь его сына. Точка. Другой не будет. Спасет он его ценой моей жизни, обречет на одиночество. Зачем такое спасение?
– Только чародей может найти нашу реликвию, – сказал Ариес-старший то, о чем я и так догадалась.
– Вы уже пробовали? – осторожно осведомилась я. – Были другие чародеи?
Темный медленно кивнул.
– У нас много друзей, в том числе среди чародеев. Да, я пытался, но не вышло.
Друзей? Разве речь шла не о любви?
Я нахмурилась, ожидая продолжения.
– Это было до того, как мы поняли, что враг должен быть непростым. Боги не всегда говорят всю правду. До чего-то мы должны дойти сами. Думаю, дело не в том, что нам должен помочь враг, – этот враг должен любить проклятого.
Однако точно он не знает. И ни разу не сказал мне об этом? Наоборот, заверял, что любовь играет главную роль! Я ведь девушка, молодая, романтичная. Мне нельзя говорить о том, что нам придется проверять не факт, а догадку.
Это задело за живое, но я затолкала возмущение и обиду подальше, заставила себя старательно изучить рисунки. Догадка или нет, больше вариантов спасти Эва нет!
– Значит, – я дотронулась до шрама в уголке губ, поморщилась, дурная привычка раздражала, – если вы правы, я увижу ваш камень?
– Да, даже если он будет скрыт чарами, – уверенно кивнул темный.
Я загнала сомнения подальше. Уже спрашивала, но надо уточнить еще раз:
– Невесту точно представляют камням? Одну? Ту, что выберет король? А если я ему не понравлюсь?
– Да. Одну. Понравишься.
– Почему вы так считаете? – Я поежилась, представив, что во дворце куча теней, очень напоминающих змей.
Темный откинулся на спинку дивана, задумчиво посмотрел на хрустальную люстру:
– Даяна, все эти годы Оллистер не был монахом.
– То есть фаворитки, которых он выделял, чем-то напоминали меня? Любит рыжих?
Бредовая ситуация. Я выясняю у отца парня, которого люблю, понравлюсь ли я другому мужчине.
Ариес-старший согласно прикрыл глаза.
– Погодите… Королева Бертрана выкрасила волосы в рыжий! Одной мне это кажется подозрительным? – Я проглотила смешок.
Куда занесло! Еще немного – и начну дворцовыми тайнами торговать!
– Именно поэтому я уверен, что у нас получится, – довольно прищурился темный.
– Потому что я рыжая?
– Потому что замечаешь чуть больше, чем другие. Быстро соображаешь. Про королеву не буду ничего говорить, но замуж она вышла по расчету.
А тут король чародеев неженатый под боком, рыжих любит. Заметит, решит помочь. Почему бы не стать вдовой? Не заметит – муж есть, тоже ничего. Так, что ли?
– Какая гадость, – поморщилась я.
– Политика, – пожал плечами темный. Показал на рисунок в моей руке, который я не выпустила из пальцев. – Так вот, вернемся к нашей Душе. Раньше она была центральным камнем тиары. Оллистер заменил камень подделкой.
То есть до сокровищницы шустрые Ариесы тоже добрались? Я с восхищением покосилась на темного.
– А теперь слушай историю знакомства с моим сыном и всего остального… – начал инструктаж Ариес-старший.
Он почти дословно повторил историю, рассказанную тете. С небольшими поправками.
Я так же неудачно путешествовала с женихом. Познакомилась с Эвом. Но не влюбилась, а подружилась. В процессе поисков поняла, что его мать может помочь найти партию выгоднее. Согласилась на встречи с женихами. Пока была занята свиданиями с новыми женихами и поисками старого, встретила помощника посла и получила приглашение. Естественно, благополучно найденный старый жених получил отставку. Или я получила отставку? Ему понравилось жить без родительского гнета.
В общем, оба получили отставку. С небольшим скандалом и мордобоем, потом спасением бывшего жениха. Все же соотечественник!