Страница 80 из 122
— Я так больше не могу! — крикнула Харпер, всерьез задумываясь над предложением кинуться с крыши. Вся жизнь вдруг потеряла смысл. Все, что она делала, оказалось напрасным. Нет, не так. Оказалось глупостью. Тратой времени. Книжный мир ее растоптал, разбил вдребезги и просто убил. О да, больно именно так: словно кто-то очень близкий умер. Кто-то действительно умер сегодня. Часть ее души. — Я сдаюсь!
— Нет, Харпер, нет! — Деймонд схватил ее за щеки, впился взглядом, пытаясь растопить лед, что покрыл сердце, не понимая, что иней уже исколол ее до точки невозврата. Эти шрамы не заживут. — Это всего одно издательство. Есть другие..
— Нет, Деймонд. Это не одно издательство. Это десять лет, мать твою, моей сраной жизни. Двадцать написанных книг. Двадцать! Сотни отказов. Новых попыток. Тысячи снятых видео. Нет.. я так больше не могу. Не могу!
Она заплакала еще сильнее. Боже, зачем она в это полезла? Зачем поверила в себя? Эти книги.. зачем мир сделал ей так больно⁈
— Харпер.. — Деймонд осторожно стер слезы с ее щёк большими пальцами, но так и не выпустил. — Ты права. И сейчас ты позволишь себе пережить это. Бросишь все. Отдохнешь. Будешь просто жить, да? Дашь себе время, чтобы восстановиться. Но потом ты вернешься и надерешь всем зад. Потому что ты этого достойна, поняла? Достойна и все тут.
Харпер помотала головой. Будь она достойна, мир бы не отвергал ее книги столько лет. И сейчас ее бы не кинули..
— Я же был на твоей встрече. Тебя любят! Читают! Столько людей пришло! Ты умница, слышишь? Умница. Ты сделала достаточно. Все, что могла, и даже больше. Плевать на эти издательства! Но ты же любишь писать, правда? И читатели любят твои книги. И ждут следующие. Пожалуйста, не смей бросать писать.
— Бросить? Да ты с ума сошел. Вот бросить издаваться.. эти блоги.. с удовольствием. Я устала, Деймонд. Я чертовски устала. Столько сил.. и что? Ничего. Я не Стивен Кинг и не Джоан Роулинг. Обычная неудачница.
— Харпер, что мне сделать? Как помочь тебе? — взмолился Деймонд. Харпер стерла слезы. Кажется, пик прошел. Осталась лишь ноющая боль в груди и уверенность, что хорошо ничего уже не будет. — Хочешь, мы их уничтожим? Сделаем банкротами?
Харпер задумалась, хлюпнула носом и скорее обхватила себя руками, словно замёрзла от самой мысли.
— Другие авторы не заслужили пережить такое. Они мне ничего не сделали. Не надо.
— Хочешь издаваться в Мунфоле? Я устрою.
— Это будет не по настоящему.. и мои читатели ждут вторую книгу здесь. Не в Мунфоле.
— Тогда как мне помочь тебе? Скажи. Пожалуйста.
Харпер подняла глаза к крыше, словно так могла сдержать слезы, которые все равно побежали по щекам. Снова. Твою мать! Нельзя столько плакать!
— Просто.. не бросай меня. Пообещай, что будешь любить меня даже сейчас, когда.. у меня ничего не осталось. Когда я снова на старте. Даже.. еще дальше. На дне. На таком глубоком дне..
Деймонд притянул ее к себе. Крепко обнял. Она расслабилась, отдаваясь его власти, отпуская все эмоции наружу.
— Я люблю тебя, Харпер. Тебя. Как личность, — горячо зашептал он. — Тебя достаточно. Всегда. И ты сделала все, что могла. И я горжусь тобой. И безумно люблю. И всегда буду любить.
Харпер забралась на него сверху, прижалась, впиваясь ногтями в шею. Продолжала плакать, но открывала свою душу, не таясь и не боясь, что ей сделают еще больнее, стоит ей проявить слабость.
— И ты не на дне. — Харпер отдалилась, не веря посмотрела на Деймонда, и он продолжил: — Плевать на это издательство. Вспомни, сколько людей пришло к тебе. Все они ждут вторую часть. Готовы поддержать тебя. Ты собрала такую замечательную аудиторию. Ты огромная молодец.
— Мои небеса рухнули, Деймонд, — сказала вдруг Харпер. — Может, никакого конца света нет? Может, все это метафора? И избранным суждено сделать что-то другое?
— Плевать. Плевать на все, слышишь? Найдем эти свитки, уничтожим и.. начнем все заново. Вместе. Хочешь уедем прямо сейчас? Спрячемся так, что нас никто и никогда не найдет.
— Как мой папаша жить в бегах? Я пока не дошла до такого отчаяния. — Харпер сделала глубокий вдох. Вот теперь, кажется, и правда чуть отпустило. Стерла влагу из-под глаз, молясь, чтобы тушь не растеклась. — Поехали домой. Пожалуйста.
— Суши?
Они собирались съездить в ресторан после встречи, чтобы отпраздновать. Теперь праздновать нечего. Харпер кивнула, и Деймонд подал ей свой телефон.
— К моему моя карта привязана.
— У меня тоже есть деньги, между прочим, — пробурчала она, но не отказывалась.