Страница 55 из 122
— Не у всех папа Гнев, у которого миллионы в карманах, — вспылила Харпер и резко встала. Кем бы эта девица не была, как бы она сама иногда не злилась на Санкт-Петербург, другим его обижать не позволит. Поэтому надо скорее ретироваться с кухни. — Я спать.
— Ты вроде еду искала? — с усмешкой спросила Офелия.
— Аппетит пропал, — процедила Харпер.
Деймонд взял все в свои руки, требовательно потянул Харпер к себе, и она послушено села за стол. Подвинул к ней чашку с чаем, вытащил из ящика плитку шоколада, пачку печенья и даже зефир.
— Давай так, — заговорил Деймонд. — Я задам тебе несколько вопросов. Если ответишь честно, а ответы мне понравятся, то ты поедешь с нами в Париж. Если нет — я лично отсеку тебе голову.
— Как не стыдно! Мне пару лет понадобится, чтобы вернуться!
— Именно. За эти пару лет мы успеем разобраться со всем этим дерьмом. — Деймонд сел рядом с Харпер, что уже вовсю жевала шоколад. Без еды эту ночь точно не пережить. — Сделка?
— Ладно. Начинай.
— Ты сказала, твой отец поспорил. С кем? На что?
— Это не могу рассказать. Но он поставил на то, что небеса обрушены не будут. Сначала он пошел по легкой дороге и хотел довести избранную до самоубийства. Но передумал. Из-за тебя, Деймонд. И твоего отца.
Офелия зашуршала пачкой печенья, с аппетитом откусила и стряхнула крошки со стола и с юбки на пол. Феликс нахмурился, но промолчал.
— Люди в масках — на кого работают? Того, с кем поспорил Кейлус?
— Не знаем. Возможно, на Голда. Его мотивацию мы не знаем, он темная лошадка. Но уверены, что он просто хотел пробудить магию в Харпер, чтобы вы отправились в Париж за свитком. Зачем он перепрятал свиток мы тоже не знаем.
— Откуда вы узнали, что Харпер избранная? Ее имя появилось в свитке в момент, когда я его вскрыл.
— Верно. Но было очевидно, что избранные — потомки тех, кто свитки оставил. Немного покопались в прошлом и выяснили, что одна из семей — Адамсы. Дальше дойти по генеалогическому дереву до Харпер было не сложно.
— Я Болконская, — упрямо заявила Харпер.
— Угу, потому что когда-то в семье оставались только девушки, которые перенимали фамилии мужей. А лет триста назад один из твоих прадедов остался в этом мире, потому что влюбился в девушку. Русскую. И вот мы здесь!
— Вы нашли второго?
— Нет. Его след утерян. У нас были еще варианты на первого избранного, но в итоге это все же оказалась Харпер. Они все живы. Не беспокойтесь. Ну, один сейчас лечение у психиатра проходит.. но уже идет на поправку.
Харпер поежилась: ее тоже хотели довести до психиатра. Нет, хуже — до самоубийства. Антидепрессанты ей бы ни за что не разрешили принимать.
— Зачем ты едешь с нами в Париж? — продолжал Деймонд.
— Кто-то должен вам помочь. Феликсу не зайти в коридор со свитком, а я зайду. На свитке сложная и древняя магия, вдвоем вы не справитесь.
— Офелия.. — начал Деймонд, но она требовательно вскинула руку.
— Харпер новенькая. Вам нужна помощь. Не отрицай.
— Почему ты?
— Сама вызвалась. Мне скучно. Одиноко. Я скучаю по дяде. — Офелия перевела глаза на Феликса. — И только ко мне у вас может быть доверие. Ну, был еще вариант отправить Дженсена, но..
— Ни за что, — пробурчал Деймонд, и Офелия кивнула.
— Других вы не подпустите к себе.
— Что вас связывает? — встряла Харпер. — С Феликсом?
— Он мой дядя. Нянчил меня. Научил развлекаться, водил в клубы, учил флиртовать.
Харпер вскинула брови, перевела взгляд на Феликса. Тот кивнул.
— Мы с Кейлусом были довольно близки. До того, как он создал свое светлое сообщество. Я был против обрушения небес всегда, поэтому не могу поверить, что он действительно борется за то, чтобы все осталось, как есть.
— Он хотел обрушить небеса, — заявила Офелия. — Пока не встретил одну суку, с которой они повздорили. А потом поспорили. Именно встреча с ней и доказала папе, что все стоит оставить, как есть. А, ну и я. Я люблю оба мира. И не хочу выбирать из них один.
— Ладно. Едешь с нами, — заявил Деймонд. — Но свиток ты в руки не возьмешь. Я главный. Ты слушаешь меня. Это ясно?
— Разумеется, — подмигнула Офелия. Кажется, она слушать никого не собиралась.
— Умрешь — оставлю твое тело там, где это произойдет.
— Не страшно. Дядя меня отнесет в безопасное место.
— Спальню выберешь сама, — закончил Деймонд и встал. Харпер поспешила за ним: настолько устала, что хотела лишь одного — лечь спать.
Они молча дошли до второго этажа. Немного посмотрели друг на друга, застыв в неловком молчании.
— Я очень устала, — в итоге сказала Харпер. — Поговорим утром, ладно?
— Я тоже устал, — согласился Деймонд.
Уснуть снова не получалось. Усталость валила с ног, но мысли! Чертовы мысли мешали. Харпер помнила, что в доме уже не один грех, а два. И если к Феликсу она привыкла, то вот с Офелией смириться оказалось гораздо сложнее. Девчонка явно не в себе.
А еще не давала покоя одна мысль. Настолько, что Харпер все же зашла в спальню Деймонда, нерешительно замерла у кровати, ведь он не реагировал. Присела на край, не спуская глаз с его спокойного лица, укрытого полутьмой. Хотелось коснуться его, лучше поцеловать, а потом прижаться и всю ночь провести в его объятиях, зная, что она под защитой от всего на свете. Наивно верить, что он и правда может что-то к ней чувствовать, да? Еще наивнее верить, что он сумеет спасти ее от любой напасти. Но она верила.
Внутри все горело, пока она любовалась Деймондом. Одеяло сползло, оголяя его спину и плечи. Он не каждый день брился, поэтому у него почти всегда легкая щетина, черные кудри мало его слушались, но безумно шли. А какие у него глаза.. которые все же открылись и уставились на нее.
Деймонд повернулся на спину, на щеке остался след от подушки. Он потер сонные глаза.
— Если ты за сексом, то я только за. Если для длинного разговора, то давай до утра отложим? Я жутко хочу спать.
— Я просто все думаю.. — Харпер пересела ближе. Не удержалась и начала водить пальцами по его груди, горячей коже.. Она качнула головой, вырвалась из глупых желаний. — Я все еще жива, потому что ты влюбился в меня. Это же..
— Только не говори, что ты пришла, чтобы отдать долг! — воскликнул Деймонд, мигом просыпаясь. Харпер стыдливо опустила глаза. Когда он выучить ее успел? — Ты ничего мне не должна! Мать твою, Харпер.. так нельзя. Надо принимать подарки и помощь с благодарностью, а не вечно считать себя потом должной!
— Но я жива благодаря тебе, а я даже не разрешаю себя целовать. Хотя вряд ли тебе нужны поцелуи. Это женская штука.. как и объятия. Вам нужно другое.