Страница 123 из 181
«Дом Пионов» на первый взгляд казался самым обычным борделем. Однако внимательный к деталям Яо Линь сразу же обнаружил довольно интересные вещи: изысканная мебель, явно стоившая целое состояние, живые цветы, разноцветные шелковые ленты, игриво обвивающие перила лестниц и создающие атмосферу вечного праздника, и другие предметы роскоши. Снующие туда-сюда девушки носили изысканные наряды, что могли своей дороговизной посоперничать с облачениями богатых столичных красавиц. Да и сама хозяйка разве что в золото не обряжалась – от количества перстней на ее руках рябило в глазах.
Денег у «Дома Пионов», кажется, было довольно много. Наверняка кто-то влиятельный и богатый помогал хозяйке борделя, потому что продажа девушек – довольно прибыльное дело, но даже не всякий публичный дом мог позаботиться о столь роскошном внутреннем убранстве или потратить немаленькую сумму на покупку красавицы-наложницы.
Но Яо Линь знал, что под внешним лоском часто скрываются гниль, грязь, мрак, и очень многие обжигались и разочаровывались, когда принимали эту «маску» за истину.
Тут вернулась Фу Чан, но уже без Чжи Ханя. Следом за хозяйкой в комнату вошли обряженные в шелка и драгоценности проститутки.
Двадцать девушек разных возрастов выстроились по линии, с интересом разглядывая Яо Линя. Пополнение в борделе всегда сопровождалось историей о еще одной трагичной судьбе, ведь редко кто попадал в такие места по своему желанию. Поэтому все тут же принялись интересоваться новоприбывшей и уже начали готовить слова утешения.
Вдруг вперед выскочила совсем юная девушка, лет шестнадцати, и схватила его за руку:
– Я сестрица Ци! Теперь ты всех нас можешь называть сестрами!
Яо Линь выдавил из себя вежливую улыбку и подумал: «Это будет сложнее, чем мне казалось…»
Глава 16
После очень короткого знакомства с другими работницами госпожа Фу Чан сразу же увела Яо Линя прочь, и из-за этого он не сумел переброситься с девушками и парой слов.
Хозяйка борделя явно считала Яо Линя своей собственностью и не хотела терять время, надеясь как можно скорее приступить к его обучению. Она являлась пусть и своеобразной, но все-таки ценительницей красоты и, видя что-то привлекательное, тут же забывала обо всем на свете, кроме новой для нее вещи, будь то люди или же золотые украшения. Однако сейчас эта ее страсть не играла юноше на руку.
– Здесь комната Дунь Ми, здесь – Ци Хоу…
Фу Чан вела Яо Линя по коридору, стены которого были украшены красными и золотыми узорами и где едва ли не в каждом углу стояли красивые расписные ширмы с изображениями цветов и птиц. Госпожа указывала длинным ногтем на ту или иную комнату с именной табличкой на двери и опосредованно знакомила Яо Линя с другими жительницами «Дома Пионов».
Хозяин постоялого двора внимательно осматривал все вокруг, стараясь запомнить любые мелочи. Его взгляд задержался на одной двери, мимо которой Фу Чан прошла, не сказав ни слова.
– А это чья комната? – тут же спросил он, кивая на дверь.
Фу Чан остановилась. Медленно обернулась. Ее лицо на миг омрачилось, и в глазах сверкнуло что-то похожее на сожаление, но она быстро взяла себя в руки.
– Теперь ничья, – ответила она с сухим равнодушием. – Комнату скоро уберут, и там поселится новая девушка.
Яо Линь уловил неискренность в ее голосе, но решил не настаивать. Поведение госпожи Фу Чан в этот миг заставило его подумать о Ган Чи. Он был почти уверен, что раньше комната принадлежала именно ей.
Не дождавшись от него новых вопросов, Фу Чан продолжила свой путь. Наконец хозяйка подвела Яо Линя к одной из лучших комнат – ненавязчивый способ еще раз подчеркнуть, что она к нему относится по-особенному. Но это лишь поначалу, наверняка надеется сбить с толку молодую и неопытную. За любезностью всегда скрываются тайные мысли.
Комната действительно выглядела роскошно: кровать с шелковым покрывалом, мебель из дорогого красного дерева и даже изысканный чайный набор на несколько персон.
– Благодарю, – кивнул Яо Линь.
Фу Чан одарила его счастливой улыбкой и покинула комнату, оставив одного.
Но долго скучать ему не пришлось.
Как и ожидалось: едва он проверил мягкость своей новой кровати, как в дверь постучали. Яо Линь устало вздохнул и поднялся с постели. На пороге его новых покоев стояли девушки, чьи лица выражали одновременно настороженность и интерес.
– Сестрица, – начала одна из них, – мы хотели убедиться, что ты хорошо тут устроилась!
Другая девушка, ободренная отсутствием резкого отказа, сделала шаг вперед. В руках она держала курительную трубку, из которой исходил дым.
– Мы подумали, что ты могла заскучать, и решили разделить с тобой вечер, пока к нам не пришли клиенты. – Она беззастенчиво выдохнула клубок дыма прямо в лицо Яо Линя.
– Да! – добавила та самая сестрица Ци, что так радушно встретила его. – Мы хотели бы рассказать, как у нас тут все устроено. Давайте заходите уже, что ли, чего в дверях толпимся!
Яо Линь недоверчиво посмотрел на девушек, отмечая про себя, что их интерес к нему явно выходил за рамки обычного гостеприимства.
Неожиданное дело, но работницы заведения оказались – пока что – не такими злыми, хоть и чересчур любопытными. Наверняка пришли к Яо Линю лично, надеясь вызнать у него побольше всяких сплетен, чтобы было что обсудить между собой потом. Яо Линь позволил им зайти, и девушки тут же разбрелись по всем углам комнаты, пристально изучая внутреннее убранство. Скорее всего, они хотели сравнить свои собственные комнаты с покоями новенькой, и результаты, видимо, их не слишком радовали: за любезными улыбками и веселыми смешками не слишком успешно прятались зависть и презрение к пришлой девке, мигом отхватившей кусок побольше.
– Сестрица, ты как себя чувствуешь? То, что тебя продали… Ужасное дело, но это ничего, главное – идти дальше! – Сестрица Ци обхватила ладони Яо Линя своими, выражая тем самым свою поддержку.
Голос Яо Линя, хоть и был мягким и нежным, не совсем соответствовал его новому образу, поэтому ему приходилось прилагать все усилия, чтобы сделать его еще более женственным.
– Не переживай, все в порядке.
– Ох, у тебя такой приятный и нежный голос! – тут же заметила одна из девушек.
Если бы Яо Линь не скрывал свою мужскую сущность, он, возможно, воспринял бы эти слова как комплимент.
– Тебя твой муженек продал, да? Красивее нашел, что ли? – напрямую спросила девушка в фиолетовом платье.