Страница 37 из 50
Его с трудом оторвали от нее, когда радужная сфера стала совсем бледной.– Отец, вы почти исчерпали свой резерв, остановитесь, иначе и вы погибнете. Ее уже не спасти, но вы нужны здесь! – уговаривал Фрушрика Свад, разрывая последние объятия своих родителей.Мара подхватила под локоть своего нового родственника, он полностью поседел за те десять минут, что ушли на тщетные попытки спасти истинную.– Пойдемте, господин Фрушрик.. папа. Вам нужно отдохнуть. Завтра будет тяжелый день.Слуги с ужасом в глазах подхватили тело хозяйки и унесли готовить к траурному прощанию.Тем временем в замке уже был отряд стражей. Они подхватили Розарику, бьющуюся в истерике, и полуобморочного Яррика, которой все время повторял:– Я не знал о ее планах.. не знал. Она обманула меня.. Мой дворец.. Я не знал..Господин Истрик подошел к Сваду, низко поклонился ему и неуверенно заговорил:– Соболезную вашему горю, – дождавшись сдержанного кивка черного дракона, страж продолжил, – Как вы догадались, что Розарика за картиной?– Я знаю все тайные ходы этого замка и их секреты. В верхнем левом углу летят орлы.. Видите, две черные точки?Истрик с любопытством осмотрел пейзаж. Действительно, над горами с белыми шапками снега кружили орлы, но у художника они скорее были изображены как два черных мазка.– Я знал, что в этих орлах дырки для глаз, и внимательно наблюдал за ними, поэтому заметил сестру. Но и вы раскройте секрет, как вы догадались осмотреть конюшню?– Опыт, – пожал плечами Истрик.Собеседники были удовлетворены полученными ответами, раскланялись, и стража удалилась. В столовую вернулась Мара вместе со служанкой, которая тут же принялась отмывать пол. Драконица же подошла к своему истинному, обняла его и предложила:– Пойдем отдыхать. Я попросила, чтобы приготовили твою комнату, нам туда принесут ужин.Свад растерянно посмотрел на жену и переспросил:– Ты попросила приготовить мою комнату? – смешок, – Тебя ждет сюрприз.Он взял девушку за руку и повел сначала по широкой парадной лестнице на второй этаж, где обычно располагались личные апартаменты хозяев, но дракон продолжил путь, увлекая спутницу по узкой лестнице на третий. Здесь чаще всего располагались гостевые. Но и тут Свад не задержался. По узкой винтовой лестнице мужчина привел Мару на чердак.Здесь царил полумрак. Небольшое полукруглое окно давно не мыли. Благодаря стрельчатой крыше, высота потолка пряталась в темноте. В углах под скатами скопились хлопья пыли. Из мебели стояла узкая кровать и маленький стол у окна, рядом с которым ютился деревянный стул.– Ты хочешь сказать, что здесь прошло твое детство? – прижимаясь к мужу, с ужасом спросила Мара.Свад кивнул и повел девушку вниз. Им навстречу торопилась шустрая полненькая служанка с кипой чистого белья в руках.– Мы будем ночевать здесь, – строго сказал Свад, махнув рукой на ближайшую гостевую комнату, – Накройте там ужин и заправьте постель.– Слушаюсь! – поклонилась девочка и юркнула в указанном направлении.Пока им готовили спальню, Мара и Свад стояли у окна. Девушка прижала щеку к широкой груди истинного, и дракону казалось, что она слушает, как мерно бьется его сердце.
Он чувствовал через ткань камзола, как ласково бегают ее пальчики по его уставшей спине.– Свад, – нарушила тишину Мара, когда служанка убежала за ужином, – Папа, очевидно, любит тебя, почему он позволял так с тобой обращаться?– Он считал, что так воспитает из меня настоящего сильного дракона.– Это было слишком жестоко.– Ты жалеешь меня? – нахмурился Свад.– Нет, я жалею того маленького дракончика, который хотел любви и заботы родителей, а получил темный, пыльный чердак.– Да, там было так страшно, что я проводил все дни напролет в библиотеке и перечитал почти все книги. Может быть, благодаря этому я такой умный, – усмехнулся дракон.Мара улыбнулась истинному, но тут же грустно спросила:– Скажи, а ты знаешь, почему твоя мать так холодно к тебе относилась?Свад прижал к сердцу любимую, поцеловал ее в макушку и заговорил немного охрипшим от волнения голосом:– Спасибо, что выбираешь такие деликатные выражения. Моя мать ненавидела меня, она с трудом переносила мое присутствие, и сколько я себя помню, не уставала повторять, что Розарика такая замечательная, что только она и достойна стать главой рода. В детстве мне было, мягко сказать, обидно. И я не понимал, копался в себе, пытался стать лучше, чтобы доказать всем и особенно матери, что достоин любви. Какое там.. Зато я стал идеальным, – снова пошутил он с горечью. Мара лишь грустно улыбнулась в ответ. И мужчина продолжил, – Только сегодня я узнал, почему она меня ненавидела. Когда Розарике было пять лет, они с мамой были на ярмарке в соседней долине, и какая-то человеческая старуха нагадала ей, что она примет смерть от дитя своего. А на следующий день мать узнала, что ждет меня. Отец тогда сказал, что это чушь, но как видишь, он ее не убедил.– Это ты все прочел в ее голове сегодня?Свад кивнул.– А почему раньше этого не сделал?– Как только они поняли, что я телепат, она купила дорогой защитный артефакт – бирюзовый браслет. Меня давно не было, видимо, поэтому мать подарила его Розарике, сочтя, что я все равно не появлюсь в родном замке, а сестре в столице такая вещица может пригодиться.– Получается, что Занрике все верно предсказали, но она сделала неправильные выводы и сама воспитала монстра, – задумчиво проговорила Мара.– Да, ты права.. – откликнулся Свад.– Давай ужинать, – предложила Мара, – Завтра будет ритуал погребения. Нам понадобятся все наши силы. Хорошо, что у твоего отца магическое выгорание, благодаря этому его эмоции на нуле.– Ты опять права, это может спасти его от импульсивных поступков..Они поужинали, умылись и вместе легли спать. Мара демонстративно сняла булавку и положила ее на прикроватную тумбочку, впуская Свада в круговорот своих мыслей и чувств. Никогда еще черный дракон не чувствовал столько любви и восхищения в свой адрес. В ответ он постарался подарить истинной всю нежность и ласку, на которые были способны его огрубевшие руки и сердце.