Страница 96 из 143
Я испуганно отпрянула. Уселась в метре от него на кровати, продолжая ошарашенно хлопать ресницами. Взгляд Даннтиэля совсем помутнел, лицо приняло сосредоточенный вид. Губы перестали дрожать, а по мышцам прошла странная судорога. Рэдхэйвен нервно сглотнул, и я додумалась опустить глаза.
Да твою-то гхаррову бабушку!
Тонко вскрикнула, сдернула с него одеяло и обмоталась до подбородка.
Ну почему это происходит со мной? За что? И как я могла забыть, что сорочка превратилась чьими-то стараниями в лоскуты и теперь болтается на плечах, мало что прикрывая? Уф-ф-ф…
Вейн и тот видел меня в белье лишь единожды. Случайно причем (надеюсь)! Диккинс тогда отвернулся сразу, пытаясь соблюсти приличия. А этот… проклятый… квахар…
Никто и никогда так пристально меня не разглядывал. Даннтиэль смотрел жадно, напряженно, точно вот-вот набросится.
А мне даже его обвинить будет не в чем! Приползла, облизала, понадкусывала, а потом принялась голышом прыгать по кровати. Возмущение сменилось обреченностью: я сама виновата во всем, что произойдет дальше. А оно неминуемо произойдет, судя по взгляду.
– Эйвелин, – хрипло пробормотал мастер, с сосредоточенным интересом наблюдая за сменой эмоций на моем лице.
– Чего вам?
– Иди обратно.
Я помотала головой. Сначала ему придется меня поймать. Я сглупила, признаю! Но так просто не дамся.
– Еще три часа до рассвета. – Он приподнялся на локте и шумно, размеренно выдохнул. – Так и будешь там сидеть?
Кивнула ожесточенно: глаз не сомкну. Слова не давались, и я поджала губы. Знала, открою рот – буду или хрипеть, или сипеть.
Данн резко вскинулся, обхватил меня прямо в одеяльном коконе, притянул и уложил спиной к себе.
– Ты чего так трясешься? Я тебя не съем, – глухо прошептал в самое ухо. – А вот на твой счет у меня теперь большие сомнения…
Ну кошмар! Покусала королевского мастера, предварительно облизав. Для чистоты. Мало ли где он до меня валялся?
– Не бойся, драчунья.
– Боюсь, – призналась шепотом, купаясь в своей неловкости и тепле его рук.
– И если думаешь, что я не воспользовался ситуацией и не разглядел тебя во всех подробностях за те семь ночей, ты слишком хорошего обо мне мнения. – Он плотнее замотал меня в одеяло и собственнически положил руку поверх. – Я по твоим родинкам на животе могу «карту Звездносвода» нарисовать. По памяти.
– Проклятье! – всхлипнула, обреченно укладывая голову на подушку.
– И еще какое… зеленоглазое, – промурлыкал мерзавец. – Расскажешь, что тебе приснилось?
Горячее дыхание защекотало волоски на затылке, и мурашки привычно двинулись организованным строем вниз по позвоночнику.
– Что я дикая вирра, – пробормотала задумчиво, сонно жмурясь. – Сначала я замерзла, а потом нашла теплую пещеру. И там учуяла что-то…
– Что, Эйви?
– Точно не знаю. Что-то вкусное. Приятное такое. – Вздохнула, понимая, что так для меня пах сам Рэдхэйвен. – У меня аж живот скрутило – такой одуряюще невероятный был аромат. Я была дико голодной, замерзшей, одинокой, вот и… Я больше не буду. – Сглотнула виновато. – Наверное.
Крепкие пальцы легли на мой живот и потянули назад, прижимая теснее к жениху-самозванцу, напряжение которого чувствовалось даже через пару слоев одеяла и теперь передавалось и мне.
Сразу вспомнились и чудесный аромат, и терпкий солоноватый привкус кожи на его ребрах, и мое восторженное предвкушение… Ей-Варху, странная реакция. Требующая проверки и осмысления. Если я его еще разок лизну, когда Рэдхэйвен заснет, это будет совсем-совсем странно?