Страница 86 из 143
Сказанное ощущалось горьким, гадким на вкус, прожигало язык, но в то же время было правильным. Вейн был мне хорошим другом: подстраивался под нужды, под вкусы, терпел заморочки. И мне тоже хотелось быть хорошим другом для него.
Я развернулась и пошла, оставляя в варховом коридоре остатки своего стабильного мира. Прощаясь с ними мысленно, понимая, что никогда к этому не вернусь. Диккинс меня не останавливал: он все понял тоже.
Размазывая невидящий взгляд по серым стенам, я лениво стряхивала со щек вялотекущие слезы. Брела по коридорам крыльев-корпусов, пока не пришла в магистерский.
Не то чтобы я снова хотела глазеть на статую Имиры, но ноги сами меня к ней несли. Хотелось спросить у проданной богини, покровительницы юных девичьих сердец, какого Варха вокруг происходит. Хоть я и знала, что белокурая красавица, заточенная в мрамор и золото, мне не ответит.
– Ой… – По ощущениям, мой гудящий висок врезался в стену, хотя ее никак не могло оказаться на середине коридора.
– В последнее время вы разводите многовато сырости, мисс Ламберт. С вами такое часто? – поморщился Рэдхэйвен.
Судя по морщине на лбу, он в эту самую секунду отчаянно жалел, что не внес пункт о количестве слез в вархов контракт. Который мне определенно стоило бы почитать, да…
– Осень, – пожала плечом, переводя взгляд в окно. – Вы разве не должны быть на своем занятии?
– А вы разве не должны быть на
моем
? – Открыл передо мной дверь кабинета Мюблиума и пропустил вперед.
– Выходит, мы оба прогуливаем? – С интересом на него покосилась. А для кого тогда Кили с Лети так старательно наряжались?
Рэдхэйвен сунул мне в ладонь черный платок, украшенный с краю золотой эмблемой. И плакать сразу расхотелось:
этим
я шмыгающий нос вытирать не буду.
В кабинете Мюблиума не было ни смущающих кроватей, ни тумбочек с разбросанными запонками… Одни шкафы да стеллажи. Так что я почувствовала себя увереннее. Не то что позапрошлой ночью, когда завалилась к хитанцу в спальню.
Рубашка на нем была застегнута и спрятана под темно-синим пиджаком, и меня почти ничто не отвлекало. Я прошлась по кабинету, огибая бедрами столы с возвышающимися на них стопками книг. Приблизилась к зашторенному окошку. Выглянула в щель, ощущая поясницей тяжелый взгляд.
Покрутилась у его стола и резко раздвинула шторы, напоминая и себе, и Рэдхэйвену, что сейчас утро, а не ночь. И я не россоха, а он не опасный дикий вирр, поймавший меня в ловушку. Но ощущение западни не пропало.