Страница 8 из 253
Яо Линь поджал губы, догадываясь, чем руководствовались Полуночники, когда отправляли Чэнь Цзюня устранить Бао Муяна. Но обсуждать это с Юнь Шэнли он точно не собирался.
– А что с Фу Чан? Неужели Ведомство ее отпустит так же легко, как госпожу Иньхань? – Яо Линь прикоснулся к губам, на которых расцвела язвительная улыбка. – Неужели вы продались ей и отпустили с миром, стоило ей потрясти мешком с деньгами у вас под носом?
Юнь Шэнли посмотрел на него полным обиды взглядом:
– Не будь таким! Разве Ведомство наказаний может продаваться людям, сотрудничающим с Орденом Полуночников?! Мы начали расследовать дело, допросили ее, но на большее не можем решиться. Я планировал взять ее под стражу, поэтому и придумал весь этот план с борделем, но кто знал, что за ней стоит госпожа Иньхань? Подпольная арена и так хочет моей смерти, если разозлить Орден еще сильнее, то, боюсь, они потеряют терпение и придут по мою душу. Сейчас еще не время, чтобы противостоять им в открытую, но мы однозначно не оставим никого из них без присмотра. Фу Чан закрыла бордель и удалилась в одно из своих имений, и мы ведем за ней слежку. С этими Полуночниками не стоит терять бдительность.
На самом деле Юнь Шэнли не хотел признавать того, что их действительно «купили». И не кто-нибудь, а высшие чины империи. Именно из-за этого император так сильно разозлился и приказал не трогать Фу Чан, чтобы не усугубить дальнейшие отношения, и приказал решить дело «тихо и без лишних следов», что значило бросить расследование как есть и отпустить госпожу на все четыре стороны. Было обидно, что все усилия канули в никуда из-за желания императора скрыть чужие преступления.
– Прошлый император Ванди, отец нынешнего императора, имел очень… – Юнь Шэнли откашлялся, – тесную связь с предыдущей госпожой подпольной арены. Поэтому это место никогда не трогали, и будто бы даже, наоборот, из-за их связи влияние арены только укреплялось стараниями правителя и его приближенных.
Яо Линь не мог понять, почему вдруг Юнь Шэнли вспомнил прошлого императора:
– Император Ванди… Разве у него было мало наложниц? Почему его привлекла преступница?
– Прошлая госпожа не просто так основала подпольную арену. У нее было много полезных связей, и, возможно, это заинтересовало императора Ванди. Однако в свой гарем он ее не принял. Их отношения были более сложными, чем может показаться на первый взгляд.
– А что же нынешний император? Неужели он тоже связан с хозяйкой арены? Неужели у них всех такие странные вкусы? – Яо Линь устроился поудобнее у изголовья. Сплетни столицы не были для него чем-то новым, но раз сам Юнь Шэнли решил поделиться с ним очередной «тайной», он не мог не выслушать. – Я считал, что он предпочитает более покорных особ.
Едва Юнь Шэнли представил, как нынешний император и госпожа Иньхань… Он тут же скривился и закашлялся еще сильнее. Нет, такого быть не может! Только не эта демоница… Она не должна стать еще ближе к власти! Мало того что это было бы неправильно с точки зрения морали, так еще и рыба начинала гнить с головы – если подле императора будет кто-то вроде Иньхань, Великая Ся не протянет и пары лет.
– У них близкие отношения, но не те, о которых ты думаешь, – сказал Юнь Шэнли, не зная и сам, как относится к этим сведениям. Об императорском дворе слухи и сплетни ходили всегда, но к такому повороту событий Юнь Шэнли оказался не готов, сам недавно узнал обо всем от отца и до сих пор пытался переварить услышанное. – Госпожа Иньхань не та, кем кажется. Не думаю, что император обольстился бы красотой преступницы, не настолько он… падок на женские чары.
Юнь Шэнли вспомнил, каким разгневанным был Сын Неба во время аудиенции, как сыпал обвинениями и угрозами, требуя призвать «неоперившегося птенца» к ответу. Простые денежные проблемы и недовольство чиновников и столичной знати, вызванные падением арены, не вывели бы императора Хундэхуэя из себя так сильно. Значит, дело было в чем-то другом. И раз уж прошлый император был замечен в связи с бывшей госпожой подпольной арены, то нынешний…
Даже от простых мыслей о таком становилось не по себе. Хвала Небесам, что правда о связи нынешнего правителя с подпольной ареной была куда прозаичнее и скучнее.
– Мне не стоит трогать госпожу Иньхань лишний раз и создавать себе новые проблемы. В прошлом, когда тебя, такого мелкого, еще не было на свете, – Яо Линь в ответ на колкое замечание от главы Ведомства не удержался и закатил глаза. Если он моложе, это не значило, что над ним можно насмехаться, – император Хундэхуэй перед тем, как взойти на престол, потерял своего любимого младшего брата и едва не умер сам из-за неизвестной болезни. Тогда никто не надеялся на хороший исход, но неожиданно подпольная арена пришла ему на помощь, предоставив редкие и ценные лекарства. Поправившись, Его Величество занял Трон Дракона.
Яо Линь, конечно, слышал о нелегком пути императора к трону, но подробности об участии арены в этом деле были чем-то новеньким.
– Не кажется ли это слишком необычным? Если госпожа Иньхань и бывшая госпожа арены помогали императору, то зачем арене поддерживать Орден Полуночников?
– Я не знаю. Но, возможно, император или не знал об этой связи, или просто закрывал глаза на происходящее. На связи госпожи Иньхань с Орденом Полуночников из-за прошлых заслуг. Но как только появилась возможность, он решил показать, кому принадлежит власть в столице. Однако для ее задержания у него не хватило духа. Из-за этого мне не позволили взять под стражу Фу Чан. – Юнь Шэнли сжал зубы от негодования. Эти две женщины, две интриганки, посмевшие его оскорбить, останутся безнаказанными! Не стоит и говорить о том, насколько сильно приказ императора не трогать ни одну, ни вторую порочит его репутацию главы Ведомства и выставляет его дураком, который расследовал дело впустую и ничего не добился. – Поскольку подпольная арена финансировала публичный дом, эти дамы явно в хороших отношениях друг с другом. Из-за связи Фу Чан и госпожи Иньхань нам не дали обвинить Фу Чан в полной мере и привлечь ее к суду. Старуха прячется под крылышком у хозяйки арены, и до нее теперь не добраться.
– Ты ударил по траве и спугнул змею
[8]
[Идиома, означающая: преждевременно выдать себя и вызвать опасность.]
, – фыркнул Яо Линь. Изначально все началось с подпольной арены, а сейчас дело дошло до самого императора, и неясно, чем обернется в конце.
– Пролитую воду не собрать…
[9]
[Идиома со значением «того, что сделано, уже не исправить».]