Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу

Глава 40

Маэлиса Леви

Утром домочадцы господина Релиана меня не беспокоили, я проспала дольше обычного. Тедион успел нанять курьера и отправить свой багаж домой, а ещё купить подарки мне, моему отцу и даже нашей кухарке. Сам он принарядился и выглядел таким счастливым, что у меня дыхание сбивалось при взгляде на своего жениха.

— Если господин Леви откажется выдавать за меня любимую дочь, — шептал он, пока мы ехали к порталу, — я этого не переживу.

— Почему вдруг откажет? — посмеивалась я его страхам. — Уверена, что папа посчитает лестным породниться с представителем аристократического рода.

— Притом, что сам был женат на принцессе?

— Как раз поэтому. Не выдавать же ему меня за какого-нибудь лавочника или мафиози.

Я была уверена, что найду убедительные для отца доводы. Никого кроме Тедиона я не хочу видеть рядом с собой, при этом должна торопиться с обручением, пока королевская семья не построила на мой счёт своих планов. Вряд ли его величество Аонар соизволит прислушаться к моему мнению или учтёт пожелания вырастившего и воспитавшего меня человека.

На портальной площади Вергаса мы, не сговариваясь, отказались брать экипаж. Мне хотелось пройтись по городу под руку с любимым мужчиной, а Тед, кажется, подсознательно откладывал момент судьбоносного объяснения. Хоть я и убеждала графа в том, что мой отец отнесётся к нему благосклонно, сама тоже волновалась.

Ясная безветренная погода располагала к неторопливой прогулке и приятной беседе. Мы шли по улице, обсуждая будущую поездку в Герствен. Меня пугала необходимость знакомиться с представителями правящей династии, Тедион же не сомневался, что я непременно очарую своих царственных родственников.

— Я так не думаю.

— Почему? Тебя воспитали настоящей леди, твои манеры безупречны, ты красива, талантлива, обладаешь выдержкой и всегда сохраняешь достоинство. Это непременно будет оценено положительно.

— Ну, знаешь, — с улыбкой теребила я руку жениха, — встреча с троюродным братом оставила у меня совсем другое впечатление. Его высочество Крис ужасно сердился и чуть не плахой мне грозил.

— Как? Почему? — удивился Тед, а потом сообразил: — Из-за вывешенного в салоне портрета короля? Я бы советовал убрать его, Мэй.

— Поговорю с отцом, — кивнула я.

Не стала озвучивать свои мысли, но подумала, что после того как я стану графиней, у папы уже не будет необходимости заниматься подделкой документов, значит, жуткую картину, служившую паролем для сомнительных клиентов, можно будет спрятать.

— О! Смотри-ка, цветочная лавка, — воскликнул Тедион и потянул меня к увитому гирляндой из декоративной жимолости входу, — давай зайдём, я хочу купить любимой девушке самый красивый букет.

Я с сомнением пожала плечами:

— Не стоит, ведь мы собираемся уезжать в столицу, не забирать же цветы с собой, а папе они точно ни к чему.

— Оставишь для украшения выставочного зала, — не унимался Тед.

Я не стала спорить, а зайдя в помещение, замерла от восторга. Сколько тут было чудесных композиций! Мне сразу же захотелось взяться за кисть и запечатлеть хотя бы некоторые из них.

У порога нас встретила сухонькая старушка с ласковым взглядом и добродушным, морщинистым лицом.

— Вам нужен свадебный букет, молодые люди? — догадалась она.

— Нет, — возразила я, осматриваясь. — Мы празднуем помолвку, свадьба ещё не запланирована.

— В таком случае, — поняв, что со мной обсуждать нечего, старушка обратилась к моему спутнику, — могу предложить композицию, достойную принцессы.

— Как раз то, что нужно! — обрадовался Тедион.

Пока я любовалась выставленными образцами, прикидывая, как могу изобразить их на холсте, цветочница объясняла моему жениху принцип, по которому составила букет:

— Обратите внимание, здесь три вида орхидей, обозначающих вечную молодость и аристократизм, красоту и роскошь. В контексте букета невесты они намекают на любовь, чувственность и многодетность. Орхидеи я дополнила ароматным ландышем и жасмином, они символизируют радость, материнство, нежность, счастье и женственность. Также в нашем случае нельзя обойтись без веточек мирта, это свидетельство принадлежности к роду королей.

— Вы просто кудесница! — воскликнул граф, ничуть не удивившись прозорливости старушки.

Возможно, она всем клиентам старалась польстить, сравнивая обычных девушек с принцессами, но в нашем случае попала в цель.

— Уверяю, букет останется свежим по крайней мере полгода, он зачарован.

— Благодарю, — ответил Тед расплачиваясь, — на свадьбу я закажу у вас другой.

— Буду ждать, — поклонилась нам цветочница, — нечасто у меня бывают такие покупатели.

Выйдя на улицу, я отказалась забирать букет у Тедиона.

— Предлагал украсить выставочный зал? Вот и украсишь!

— Любимая, не упрямься, возьми. Я глупо смотрюсь с цветами. Как будто это ты мне их подарила.

Я покачала головой. Нельзя сказать, что я сердилась из-за того, что жених не прислушался к моему мнению, его искреннее желание порадовать меня льстило. Но мне тоже неловко было идти по улице с шикарным букетом в руках, наша пара и без того привлекала к себе внимание.

«Долина уюта» уже открылась, правда, покупатели ещё не успели сюда заглянуть. Когда мы с Тедом вошли, Аленна, листавшая журнал регистраций за стойкой, вскрикнула и побежала к арке со словами:

— Позову господ!

Тедион проводил её растерянным взглядом и спросил:

— Нам приказано здесь ожидать?

Я ничего не ответила, удивлённо осматриваясь.

Половину моих картин, судя по всему, успели распродать, однако стены не пустовали. Морские пейзажи, выполненные в непривычной для меня манере, увенчанные снежными коронами горные вершины, пугливые лани, гордые орлы... Кто это всё изобразил?

Услышав быстрые и лёгкие шаги, мы с Тедионом застыли, словно взявшиеся за руки статуэтки.

Я словно своё отражение в зеркале увидела. Разве что спешащая к нам с Тедом женщина была постарше и одета иначе — в простое приталенное платье длиной до щиколоток с мелкими перламутровыми пуговками.

— Ты ещё долго будешь очень красивой, Мэй, — прошептал граф, разглядывая удивительно похожую на меня незнакомку.