Страница 24 из 108
Глава 10
Тедион Конни
Очередной поворот дороги открыл нам вид на усадьбу. Дом на вершине пологого, засаженного липами холма весело сверкал чистыми окнами второго этажа — первый пока прятался за кронами. Яркая и, судя по всему, свежая жёлтая краска стен свидетельствовала о том, что хозяин перед смертью был в силах, не позволял работникам бездельничать и запускать хозяйство. Дорога ведущая от ворот к деревянной набережной запруженной речки тоже производила хорошее впечатление. Крепкие скамейки, стоявшие вдоль неё, постриженные кусты барбариса, клумбы с цветущими тюльпанами, изящные каменные скульптуры и прочие освежающие вид приёмы не позволяли усомниться в том, что граф Ланцен Конни вовсе не спешил отправляться в загробные обители.
Сердце моё сильнее, чем прежде, сжалось от безвозвратности потери. Все предыдущие дни я винил себя за то, что не был рядом с умирающим отцом, не заметил его угасания и не поторопился домой. Теперь же получил подтверждение догадкам о насильственной смерти, а к ней невозможно подготовиться и угадать, когда наступит вечная разлука.
— Ох-хо-хох! — с нескрываемым восхищением воскликнул сидевший за моей спиной ловец душ, когда перед нами во всей своей красоте раскинулся Большой Графский пруд с корабельными соснами на другом берегу, с добротной набережной, с полощущимися на мостках прачками, лодчонками рыбаков и скользящими по синей воде плотами, усыпанными деревенской детворой. — Такую красоту терять преступно. Тут я вас вполне понимаю, ваша милость.
Я не стал оглядываться и отвечать, посмотрел на сгорбившегося и вцепившегося в руль сына управляющего. Парень всерьёз опасался расправы. Я не допускал мысли, что Жуль мог быть замешан в преступлении, но уже не сомневался, что тот догадывался, какова вина его папаши, и ждал часа, когда я отыграюсь на нём и на матери.
Мы заехали через распахнутые кованые ворота, медленно прокатились по подъездной аллее и остановились на площадке, где рядом с конюшней обнаружился недавно построенный гараж для магомобиля. Совсем недавно. Там ещё не вся крыша была покрыта.
Жуль вытащил из гнезда запускающий двигатель энергетический кристалл, спрятал его в предназначенный для хранения футляр и посмотрел на меня, как затравленный волчонок:
— Что ещё угодно вашей милости?
— Поговорить угодно, — усмехнулся я. — Расскажи всё, что знаешь, и я позволю вам с матушкой остаться в поместье.
В одно короткое мгновение на лице паренька промчались самые разнообразные эмоции — от испуга и сомнений до решимости.
— Мне мало что известно, — со вздохом признался Жуль. — Лишь то, что я случайно подслушал, когда папа беседовал с подозрительным незнакомцем.
Я кивнул, давая понять, что буду рад любым подробностям, но сказать ничего не успел. Нейем Морр, которому надоело сидеть без движения, тихонько толкнул коленями спинку моего кресла и попросил:
— Пока вы болтаете, я бы хотел посетить могилу. Нужно определиться с объёмом работы.
Выйдя из магомобиля, я помог выбраться консультанту и спросил его:
— Не желаете перекусить с дороги?
— Не желаю и вам не советую, — зашептал Нейем, скосив глаза на паренька, занявшегося протиранием пыли с бортов и фар машины. — В доме, где возможно произошло убийство, следует быть очень осмотрительным.
Вот я глупец! Даже не подумал о том, что отравитель может всё ещё находиться в поместье. В таком случае, он испугается разоблачения и продолжит устранять тех, кто намерен этим заняться. С благодарностью пожал руку консультанту и, немного отведя его в сторону, объяснил, как пройти к воротам кладбища.
— Усыпальницу рода Конни вы заметите сразу. Над входом в неё выбит наш герб, — я показал вышивку на лацкане своего камзола, — вот такой.
— Я знаком с историей ваших предков, — серьёзно кивнул Морр. — Ловцы душ никогда не отправляются на дело неподготовленными. Дух покойного должен проникнуться доверием и согласиться на временное заключение. Так будет проще, чем действовать принуждением.
— Полностью доверяю вашему профессионализму. От меня что-то потребуется?
— Разумеется! Как только закончите с ним, — Нейем кивнул на парня, уже завершавшего чистку магомобиля, — приходите в склеп.
Консультант направился к воротам, насвистывая бодрую мелодию, чем вызвал птичий переполох в кронах ближайших лип. Я же подошёл к Жулю и положил руку на худенькое плечо парнишки.
— Рассказывай, что за беседу тебе удалось подслушать?
На первый взгляд информация не показалась мне существенной. Незнакомца Жулю разглядеть не удалось — парень нарушил отцовский запрет и бегал на посиделки деревенской молодёжи, поэтому нырнул в кусты и залёг, заметив сидевшего на скамейке управляющего. Юный нарушитель надеялся, что папаша отдохнёт и вернётся в поместье, однако к нему присоединился второй мужчина, судя по их общению, стало понятно, что это их далеко не первая беседа.
Зачем этим двоим было обсуждать прошлое графа Ланцена Конни, и чем их интерес грозил мне, я выяснил не сразу. Выслушав сбивчивый рассказ Жуля, я пожал плечами:
— Ты считаешь тот разговор важным.
Паренёк активно закивал.
— Да, ваша милость! Я уверен, что всё началось именно с этого! Вскоре в поместье прибыл поверенный графа, они надолго заперлись в кабинете, а после отъезда поверенного его сиятельство был очень расстроенным.
Значит, посещение поверенного нельзя откладывать, хотя я по-прежнему считал более злободневным разговор с духом отца. Если он ещё здесь, конечно!
— Ты боишься магии, Жуль? — Я посмотрел парню в глаза.
— Вы же видели, господин! — искренне обиделся тот. — Я умею обращаться с артефактами.
— Позволишь мне использовать такой, чтобы выяснить подробности той беседы, если ты вспомнил не всё.
Глаза у парня заблестели восторгом и любопытством. Просто удивительно, какой интерес вызывает магия у простых людей. Я достал из внутреннего кармана ленту с магическими сенсорами — недавно поступивший в посольские службы артефакт. Он позволял целенаправленно вызывать у собеседника нужные воспоминания. К сожалению, приходилось убеждать свидетеля в безопасности эксперимента, многие опасались за своё здоровье. Жуль с готовностью повязал ленту у себя на голове и замер в ожидании чуда.
Артефакт работал превосходно, уже через четверть часа я так хорошо представлял сцену сговора управляющего с мошенником, будто сам тогда лежал в кустах рядом с парнишкой.