Страница 22 из 60
День хороший. Даже слишком хороший — понимаю к обеду. Чувство вины накрывает с головой. Как я могу радоваться после всего, что пережила? Разве имею на это право? Мы взяли велосипеды — покататься по парку, вокруг полно людей, чудесная погода, а я себя чувствую лишней на этом празднике жизни. Забраться под одеяло, забиться в тёмный угол. Понимаю, что это эмоции и гормоны, понимаю, что надо научиться с этим справляться, и не могу. Руки в который раз опускаются. Надо попросить психолога выписать таблетки, иначе окончательно тронусь головой. Думала, что сама смогу пережить, своими силами, но не могу.
— Давай вернёмся домой, — прошу Руслана, сдаваясь.
— Уже? — вижу — он разочарован, хотя пытается сделать вид, что всё в порядке. — Как скажешь. Посмотрим какой-нибудь фильм, закажем пиццу. Какую ты хочешь?
— Выбери сам.
Уверена, что даже вкуса еды сейчас не почувствую. Остаток дня проходит привычно — в молчании…
Первая рабочая неделя пролетает быстро, график мне нравится, вот только два выходных дома каждый раз выбивают из колеи. Не могу я тут находиться! Выхожу из квартиры и гуляю по району, пока позволяет погода. Смотрю на мам с колясками, постоянно думаю, что сейчас тоже ходила бы так. Сидела бы на лавочке с молодыми мамами, обсуждала малышей…
Каждый раз, когда пытаюсь закрыть эту дверь, она не поддаётся, боль слишком свежа. На работе я другая — снова улыбаюсь, общение с людьми здорово отвлекает. Дома не Руслан даже давит — стены, и нет возможности сменить жильё, разве что снимать, но мы не потянем.
Между нами происходит что-то странное, ощущение, что мы застряли, словно мухи в киселе, и никак не можем выбраться. Вроде всё наладилось, и обсуждать нечего, но прошедшее после потери время сильно изменило обоих. Я понимаю, что молчание — путь в никуда. Купила прописанные таблетки, но у них накопительный эффект, пока его не чувствую.
В очередной выходной буквально заставляю себя убрать в квартире, на ужин сил уже не остаётся. Придётся Руслану заварить лапшу, у самой аппетита нет, не знаю, на сколько уже похудела. Темнеет, он снова задерживается, равнодушно листаю каналы на телевизоре, взгляд ни за что не зацепляется.
— Эй, есть кто дома? — весело кричит Руслан из коридора. Я даже свет не стала включать, только телевизор освещает комнату.
— Ты чего тут сидишь в темноте? — он ставит несколько бумажных пакетов на стол перед диваном. — Чем будем ужинать?
— Прости, ничего не готовила, заваришь рамен?
— Ты серьёзно? — наконец смотрю на него: плечи опустились, ни лице обида. — Забыла, какой сегодня день?
— Какой? — пытаюсь вспомнить, какое сегодня число и день недели, не то, что значимая дата.
— У меня день рождения, — бросает Руслан, раздражаясь. От стыда бросает в жар, подскакиваю, хочу обнять, но он уворачивается.
— Проехали. Обычный день, ничего страшного.
— Русь, прости, что забыла! Давай что-нибудь закажем, что ты хочешь?
— Уже ничего. Сказал же — проехали.
Он уходит в спальню, по пути снимая пиджак. Иду следом, замираю, когда останавливается перед кроватью и вдруг с силой швыряет на неё пиджак. Выдыхает.
— Я понимаю тебя, Диан, — начинает глухо, не оборачиваясь. — Понимаю, что тебе тяжело, понимаю, что ты стараешься, но не знаю, как тебе помочь. Психологи говорят, надо принять поведение партнёра, не давить, позволить пережить горе так, как ему комфортно… Но, знаешь, — смотрит на меня через плечо, — ты потеряла сына, а я и сына, и жену.
Схватив пиджак, он выходит из спальни под моё беспомощное:
— Ты куда?
— Пройдусь, остыну, — бросает резко.
Трясёт. Обхватываю себя руками, смотрю на закрывшуюся дверь. Знаю, что я эгоистка, отлично это знаю. Но как всё исправить⁈ Он приходит через час, молча раздевается и ложится спать. Утром уходит рано, не целует на прощание, хоть я и делала вид, что сплю, но этот ритуал, сохранившийся с прошлого, был неизменен.
Буду поздно, не жди
Приходит сообщение ближе к вечеру. Вот он — мой шанс всё исправить! Покупаю маленький тортик — он так любит сладкое! Свет в его кабинете горит, жалюзи плотно закрыты. Уточняю у дежурного, на месте ли Дёмин.
— Вроде не уходил, — отвечает тот, не отрываясь от телефона, по которому идёт сериал.
Любые проблемы решаемы, надо только их проговорить. Почему я забыла такую простую истину? Прислоняюсь ухом к двери его кабинета, прислушиваюсь — тихо. С лёгкостью представляю, как он сидит за столом, склонившись над очередным делом. Тихо поворачиваю ручку, открываю дверь, заглядываю…
Руслан стоит спиной ко мне, по бокам — женские ноги, в оглушительной тишине звуки поцелуев кажутся громом. Так же тихо прикрываю дверь, ставлю тортик на стул у кабинета и ухожу, едва передвигая ноги.