Отец подруги и его брат. Наш общий секрет

Глава 13

— А он точно приедет? — спросила я, выходя из ванной и затягивая полотенце потуже.

Я не захотела в этот раз оставаться в студии, предпочла отмыться и привести в порядок мысли дома. И каково же было моё удивление, когда Артём позвонил и сказал, что ждёт внизу. «Нужно обсудить завтрашний день», — заявил он и через пять минут сидел на моей кухне, будто так и было заведено.

— Точно, — ответил он, делая глоток кофе, который сам же и заварил, пока я мылась. Он выглядел свежим, собранным, как будто он не с дел вернулся, о которых мне говорил, а с курорта. Взгляд его был спокоен и слегка отстранён. Будто между нами ничего не было. Или будто всё уже было решено и обсуждению не подлежало.

— Просто завтра последняя фотосессия, и я надеюсь, что всё будет так, как договаривались, — сказала я.

Он поставил чашку.

— Я же сказал — не переживай. Он не из тех, кто просто возьмёт и кинет.

— Да уж, надеюсь, — вздохнула я. — А то мне и тех двоих хватило, которые в самый последний момент убежали.

Артём хмыкнул, но не стал развивать тему. Его взгляд скользнул по мне в полотенце.

— Лучше расскажи, как отреагировал твой заказчик. Всё в порядке? Он доволен?

При этих словах лицо моё расплылось в улыбке. Я вспомнила про смс, после которого всё напряжение и переживания окончательно исчезли.

— Да, касаемо этого.. — засияла я и тут же потянулась за телефоном, валявшимся на столе. — Артём, иди сюда, сам прочитай, что он ответил.

Он подошёл и обнял меня сзади, прижав к себе. Я почувствовала тепло его тела и.. нечто твёрдое и внушительное, упирающееся в мою попу через полотенце. Он, кажется, совершенно не смущался. Наоборот, его руки легли поверх моих, а подбородок упёрся в мое плечо.

— Показывай.

Я, смущённая, но стараясь этого не показать, пролистала свои переписки и нашла нужную. Отдала телефон ему в руки.

Артём взял его и начал читать вслух своим низким, размеренным голосом, в котором, однако, проскальзывала лёгкая нотка любопытства.

«Наталья, добрый день. Получил отснятый материал. Вынужден признаться, я.. впечатлён. Глубоко впечатлён. Это именно то, что я искал, но не мог найти. Эти кадры — не просто фотографии. Это характер. Это та самая внутренняя сила, о которой я говорил. Мужественность без позерства, уверенность без наглости. Ваши модели.. они идеальны. Особенно первый — тот, что снят на тёмном фоне. В его взгляде читается целая история. Это именно тот образ, который я хочу видеть как лицо клуба. Второй — тоже прекрасен, энергия другая, но от этого общая концепция только выигрывает. Жду с большим нетерпением совместные кадры. Работа проделана блестяще. Как только получите все материалы, высылайте счёт для окончательного расчёта. И.. будем думать о дальнейшем сотрудничестве. С уважением, Дмитрий».

Он закончил читать и несколько секунд молча смотрел на экран. Потом медленно кивнул, возвращая мне телефон.

— Ну что ж. Поздравляю.

— Это всё благодаря вам, — вырвалось у меня, и я тут же покраснела.

Он только сильнее прижал меня к себе, и его губы коснулись мочки уха. Голос был низким, бархатным, но в нём проскользнула непривычная нота — не командирская отстранённость, а что-то глубже, почти сокровенное.

— Мы ничего не сделали, это твой личный талант, — прошептал он, и его губы медленно двинулись к шее, оставляя за собой влажный, горячий след.

Мысленно я попыталась настроиться на отпор. «Стоп. Часть сделки выполнена. Я не должна.. это неправильно. Это уже не договор, это..» Но мысли путались, упираясь в воспоминание о его теле в свете софитов, о его руках, его губах, его члене, который заполнял меня так полно и властно. Жар пробежал по коже, и внизу, под полотенцем, предательски дрогнуло, сжимаясь от пустоты.

Его губы нашли мои, прервав внутреннюю борьбу. И я ответила. Все мои мнимые запреты рухнули в одно мгновение, сметённые этой внезапной, сладкой нежностью. Я обвила его шею руками, вцепилась пальцами в коротко стриженные волосы и ответила ему с такой же дикой, накопившейся жаждой, прижимаясь всем телом.

Полотенце, единственная преграда, мешало. Я, не прерывая поцелуя, дёрнула за узел на груди. Ткань распустилась и соскользнула на пол бесшумным облаком.

Он оторвался от моих губ, дыхание сбивчивое. Его серые глаза, всегда такие холодные, теперь горели тёплым, глубоким огнём. Он смотрел на меня, и в этом взгляде читалось не только желание, но и.. одобрение. Признание. Может, даже какая-то тень нежности.

— Такая нетерпеливая, — прошептал он и провёл пальцем по моим губам.

Я поймала его взгляд и, не отводя его, медленно взяла в рот его палец. Я обхватила его губами и начала сосать, кружа языком вокруг него. Я делала это нарочито медленно, чувственно, наблюдая, как его зрачки расширяются.

Он с глухим стоном вынул палец из моего рта. Он был влажным и блестящим. Опустил руку между моих ног. Его пальцы, тёплые и твёрдые, скользнули по моей киске, которая уже была насквозь мокрая, горячая, пульсирующая в такт бешеному сердцебиению. Он провёл ими сверху вниз, собирая влагу. Потом вошёл двумя пальцами глубоко и уверенно.

Я вскрикнула откинув голову назад. Он не двигал ими сразу. Он позволил мне привыкнуть к этой внезапной полноте. Потом начал. Медленно. Он не просто входил и выходил — он выписывал внутри меня сложные, изощрённые фигуры. Кончики его пальцев нашли, уперлись в мокрую стеночку и начали ритмично надавливать на неё, одновременно растягивая и сжимая мои внутренние мышцы.

— Артём.. — застонала я, ноги уже подкашивались.

Всё тело дрожало, сосредоточившись на этом невероятном, концентрированном удовольствии. Он ускорил движение пальцев, добавил третий, растягивая меня ещё шире, и в это же время его большой палец нашёл мой вздыбленный, невероятно чувствительный клитор и начал описывать вокруг него быстрые круги.

Это было невыносимо. Мои ноги ослабли, и я начала сползать по его телу.

Он тут же подхватил меня, не вынимая пальцев, и в несколько шагов перенес через всю кухню к мягкому глубокому креслу в углу. Он опустил меня в него, и я погрузилась в мягкую ткань, а его рука была по-прежнему занята мной.

Теперь я сидела перед ним, раздвинув ноги, полностью открытая, уязвимая и плывущая в этом сладком, нарастающем напряжении. Он стоял надо мной, и его взгляд, полный тёмного огня, скользил с моего лица на то место, где его рука исчезала между моих ног.

— Не кончай, — повторил он хрипло, и в его голосе была уже не приказная интонация, а сдавленная, почти мучительная просьба. — Дай мне ещё..

И он опустился на колени.