Страница 2 из 31
Этот же мужчина своим видом молча заявлял: «Я — лучший». Не потому что качался по десять часов в день, а потому что сама жизнь, дисциплина и, возможно, трудная профессия выковали его таким. В нём была история. Суровость. Надёжность. Он был настоящим. Тем, кого ищут для съёмок не рекламы дешёвого протеина, а для того, чтобы повесить его плакат на стену и любоваться в особо одинокие дни.
«Идеальная модель», — пронеслось в голове, заглушая все остальные мысли. И тут же, следом, ледяной душ реальности: «Это отец твоей лучшей подруги, дура. И он явно не из тех, кто соглашается позировать в трусах за еду».
— Пап, это Наташа, моя подруга, фотограф, — протараторила Лена, снимая с него пальто. — Наташа, это мой папа, Артём Сергеевич.
Он кивнул мне, коротко и чётко.
— Привет.
Голос был низким, бархатным, командирским. Голос человека, который привык, чтобы его слушали.
— Здравствуйте, — выдавила я, чувствуя, как горят щёки. Мой профессиональный взгляд автоматически выискивал ракурсы, свет, тени на его лице. Чёрт, даже сейчас, в полумраке кухни, он смотрелся кадром из дорогого кино.