Пристанище Ноль. Первая крутка

— Поздравляю, хозяин! Тебе доступна система: задания, трофеи, капсулы, шанс, удача, унижение, зависимость. Очень культурная штука.

— Я час назад вскрывал голубя. Теперь вокруг горит город, на меня охотится владыка демонов, а ты выблевал мне под ноги золотой шар.

— Технически — выдал.

— И что мне с ним делать?

— Крутить! Из золотых выпадает всякое от ранга A и выше. Правда, она светится для всех, кто умеет смотреть, так что советую крутить где-нибудь подальше отсюда. И побыстрее.

— А если я откажусь?

— Тогда вторая новость. Видишь чёрный шар? Это кредит. Отказ невозможен, взыскание неотвратимо, а взыскатель ну, ты постепенно привыкнешь к слову «неотвратимо». Оно тут вместо «здравствуйте».

— Млякс. Скажи честно. У меня есть шансы?

— Конечно, хозяин! Шанс есть всегда. Так и на витрине написано.

[Первый пользователь Земли обнаружен.]

[Добро пожаловать в Демонические Игры.]

Арон Родович

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Конец ознакомительного фрагмента.

Арон Родович

Пристанище Ноль. Первая крутка

Глава 1

— Ну что, курлык-курлык? Пора посмотреть, что у тебя внутри.

Голубь лежал на металлическом подносе, зафиксированный ремнями, с прижатыми крыльями и круглыми глазами существа, которое уже всё поняло, но ещё надеялось на процессуальную ошибку.

Я поднял скальпель.

Слева в стеклянной клетке сидела жаба — большая, бурая, с мокрой кожей и бумажной наклейкой «Федя» на стенке. Федя смотрел на меня так, будто лично разочаровался в человечестве.

— Ничего, Федя, — сказал я. — Ты следующий.

И тут меня всосало.

Воздух за спиной схлопнулся, халат дёрнуло назад, пятки поехали по полу, колено ударилось о край стола, и скальпель улетел куда-то вправо. Голубь дёрнул головой. Я успел подумать, что курлык-курлык только что получил отсрочку по божественному вмешательству.

— Феееедяяяяяя дождись меня... Я тебя обязательно вскрою!

Потом лаборатория исчезла.

Меня протащило через белую муть, вывернуло, швырнуло и сжало так, что рёбра клацнули, а язык прикусился сам собой. Рот наполнился кровью. Это хотя бы было понятно: кровь означала, что тело всё ещё при мне.

Через секунду меня выплюнуло, и я шмякнулся задницей обо что-то живое. Поверхность подо мной была горячей и плотной, и мышца под ней напряглась так резко, что я едва не съехал вбок.

Я закрыл глаза. Организм иногда умнее головы: пока голова составляет гипотезу, он уже говорит — не смотри, Артём, там хрень.

Я открыл глаза и сразу захотел закрыть их обратно.

Передо мной стояла армия демонов. Строй щетинился копьями, рогами, хвостами и панцирями, над шеренгами топорщились крылья, из-под шлемов торчали клыки, лишние руки, глаза и пасти. При виде таких существ любому нормальному биологу полагалось заплакать, сесть за статью или пойти искать автора этой анатомической катастрофы, чтобы отбить его учебником по эмбриологии.

Я помолчал. Демоны тоже молчали.

— Так, — сказал я вслух. — Пробирки сегодня не бил. Ничего не нюхал. Жаб не облизывал.

Я покосился в сторону лаборатории, которой здесь уже не было.

Хотя стоп.

Федя.

Сонорская жаба, образец Ж-22, мерзкий характер, кожные железы с таким химическим набором, что один неосторожный лаборант потом два часа разговаривал с раковиной и называл её мамой.

— Если кто-то выпускал Федю и он тёрся об мою кружку с кофе, — сказал я, глядя на армию демонов, — у меня будут вопросы к санитарному журналу.

Сзади прогремело:

— Ты кто на хрен такой?

Голос звучал так, будто заговорила печь с генеральскими погонами, и поверхность подо мной дрогнула в такт словам.

Я опустил взгляд. Я сидел на огромном красном колене — горячем, с трещинами в коже, сквозь которые пробивался тусклый оранжевый свет. Жар шёл через халат и штаны, как от батареи, на которую я сел не глядя.

— Ты кто на хрен такой, я спрашиваю, — повторил голос. — И что ты делаешь на моей базе?

Я медленно повернулся. Передо мной сидело красное нечто метра три с половиной ростом, с шестью руками, четырьмя рогами, хвостом с костяным крюком и панцирными пластинами на груди. Морда у него была размером с дверь, глаза шли в два ряда, и ещё один маленький глаз сидел почти у самого уха.

Я завис именно на нём. Этот глаз выглядел оскорбительно лишним: с таким углом обзора он мог разглядывать разве что собственную мочку и немного стыд хозяина.

— А ты кто на хрен такой? — спросил я. — И где я на хрен?

Тишина стала гуще. Первый ряд демонов перестал дышать, или то, что они делали вместо дыхания, временно приостановилось.

Красное нечто наклонилось ко мне, и в лицо дохнуло горячим, с привкусом гари и старого мяса.

— Я Вельфей, владыка Седьмого Предела. Главный стратег армии демонов. Хозяин врат. Разоритель городов. Пожиратель народов.

— Артём Ильин. Химеролог. Трижды доктор наук, хотя одна комиссия это до сих пор оспаривает, потому что у них слабые нервы и нет уважения к перспективным исследованиям.

Вельфей моргнул, причём не всеми глазами сразу: маленький, возле уха, отстал.

Я скривился.

— У тебя синхронизация глаз хромает.

— Что?

— Глаз возле уха. Он моргает позже остальных. Это врождённое или после травмы?

Вельфей медленно открыл пасть. За первой челюстью раскрылась вторая — узкая, мокрая, с мелкими зубами, которые двигались сами по себе.

— О, — сказал я. — Вот это интереснее. Можешь чуть наклониться? Хочу разглядеть вторую челюсть. Уж очень интересно, нахрена она тебе там внутри.

Кто-то в первом ряду демонов очень тихо хрюкнул.

Вельфей повернул голову на звук. Первый ряд мгновенно превратился в образец воинской дисциплины, без единого хрюка и признака жизни в глазах. Очень профессионально.

— Я тебя сожру, — сказал Вельфей.

— Сначала наклонись. С твоего колена до пасти метра два, я отсюда ничего не разгляжу.

Он поднялся, и колено подо мной пошло вверх. Я съехал с него, зацепился халатом за костяной выступ, дёрнулся, оторвался и упал на чёрный пол. Пол оказался гладким, тёплым и неприятно упругим, и больше ничего про него знать не хотелось.