Страница 7 из 27
Какой-то нервный звук вырвался из моего горла, вынудив мужчину удивлённо вскинуть брови.
– Простите, – я попыталась исправиться, а у самой руки заметно задрожали, когда я нервно расправила юбку на животе. – Благодарю вас. Была рада знакомству. Простите меня, мне нужно идти...
Я сделала шаг вниз по лестнице, ещё один, пытаясь показать, как мне неловко покидать его.
– Всё в порядке, – он торопливо пошевелил рукой, как бы говоря, что я могу идти, и запоздало остановил себя.
Вот они, привычки человека, привыкшего командовать.
Я натянуто улыбнулась ему на прощание и ушла, не оглядываясь. Возможно, моя фантазия расшалилась, но мне казалось, что лорд Грейвхарт до последнего стоял на ступенях и смотрел мне вслед.
Я свернула в «Семь булочек», лавку-мастерскую бабушки Греты.
Меня за секунду пропитало изумительным ароматом горячих сладких булочек и дрожжевого теста.
Колокольчик над дверью громко зазвенел, и бабушка Грета тут же поднялась со стульчика за прилавком.
– Кали, пришла! – обрадованно воскликнула она. – Садись за стол, я тебя чаем напою.
Я не стала спорить.
Через пару минут мы со старой знакомой сидели у окошка. Перед ней стояла чашечка простого чёрного чая, передо мной – чашечка какого-то очень необычного чая из перетёртых фруктов, ягод и трав. А ещё блюдце с тремя разными кремово-ягодными пирожными.
– Рассказывай, как у тебя дела! – потребовала бабушка Грета.
Понимая, что утаивать это от всех не получится и слухи всё равно поползут, я и рассказывала.
О том, что развелась и теперь буду жить. Что нужно восстановить дом, а для этого мне нужны мастера.
– Начать следует с очистки участка, – всё же решила я.
– Сходи в лавку к Герду Лоэ, он плотник. У него можно заказать мебель и доски для пола. Сыновья у него рукастые, договорись с ними, чтобы они тебе кусты выкорчевали и землю перекопали.
Я внимала совету с повышенным вниманием и старалась всё запомнить, невольно кивая.
– Потом сходи к Ксанду Сорвейну, он сидит в администрации, скажи, что тебе нужны строители. Он строительство подрабатывает, поможет и сориентирует.
– Спасибо! – поблагодарила я от души.
Бабушка Грета отмахнулась и настойчиво велела:
– А теперь рассказывай в подробностях, почему Аржант с тобой развёлся и сослал домой?
Моей благодарности как не бывало.
Я придала лицу нейтральное выражение, невольно села чуть ровнее и спокойно сказала:
– Нечего рассказывать, просто развёлся. С чего вы взяли, что это он меня сюда отправил, а не я сама пришла?
Понимая, что подробностей не будет, женщина откинулась на спинку стула, расстроенно посмотрела на меня и сказала:
– Догадалась.
Мы немного посидели в молчании, я в это время ковыряла пирожное ложечкой и уже собиралась отправить его в рот, когда бабушка Грета вдруг спросила:
– Ну а Колин что?
Я содрогнулась, как от удара. Ложечка выпала из задрожавших рук и громко неприятно звякнула о блюдце.
Чувствуя, как начинаю задыхаться, а сердце тонет в крови, я вонзилась глазами в глаза бабушки Греты.
Он вздрогнула и побледнела. Должно быть, у меня был очень жуткий взгляд.
Но ещё хуже ей стало, когда я сухим треснувшим голосом сказала:
– Колин мёртв.
– Ах! – она прикрыла рот рукой, во все глаза неверяще глядя на меня. – Как же так, Кали, девочка? Как же?..
Я молча поднялась, оставила на столе аргентовую монетку, страшно переплатив за чай, и вылетела на улицу.
Не разбирая дороги, но по привычке держа голову высоко поднятой, я едва сдерживала слёзы и почти бежала прочь от площади.
Мне казалось, что каждое здание пытается напрыгнуть и похоронить меня под тяжестью своих камней. Неровная каменная дорога заплясала и заскакала, заставляя спотыкаться на каждом шагу и едва не падать.
Никого не замечая, я уходила к краю города, держась правой рукой за стены, которые были моей единственной опорой.
«Кали, бежим!» – голос любимого оглушил изнутри.
Сердце грохотало, как в последний раз. Кипящая кровь с шумом носилась по венам. Я чувствовала, как разрывались сосуды и внутренние органы.
«Вон портал, скорее!»
Мне хотелось закричать «Остановись!». Хотелось вернуться в тот вечер и всё сделать по-другому.
Не позволять Колину читать сложное древнее заклинание, которое так сильно его ослабило, но уничтожило брачный артефакт на моей руке.
Не пускать его в комнату. Выгнать. Сказать, что больше не люблю, чтобы он убирался прочь... и оставался жив!
Так много хотелось изменить, но я ничего не могла сделать. Ничего. Мне оставалось лишь пытаться жить с этой болью и чувством вины.
Я и не заметила, как добрела до края города. Это был спальный район с небольшими потрёпанными домиками. Улица упиралась в каменную стену высотой с человеческий рост, за ней начинался тёмный лес.
А слева ещё одна улочка заканчивалась небольшим обработанным полем, которое с двух сторон было окружено лесом и поднималось на холм, с которого открывался изумительный вид на равнину и мелкую извилистую речку внизу.
Вот именно со стороны этого поля я и услышала крики.
Глава 7
Я торопливо прошла на несколько домов назад, чтобы лучше видеть.
Из ближайших зданий на крик выбежали три женщины, у одной на руках был младенец. Вероятно, все трое были мамами, потому и сидели дома в рабочие часы.
– Вернитесь в дом и заприте двери! – громким твёрдым голосом приказала я, решительно направляясь к полю.
Общение с целой сотней прислуги научило меня командовать и быть убедительной. Женщины даже спорить не стали и разбежались по домам.
А из поля к городу бежала ребятня. Четверо мальчишек, один очень высокий и длинноногий, наверно, самый старший. Он был впереди, ещё двое почти не отставали.
А вот мелкий бежал самым последним, не успевая за друзьями шагов десять.
На него и напали.
Гибкое мощное тело рвануло из ближайших кустов, беззвучно взмыло вверх и по дуге полетело прямо на ребёнка.
– Гардиа! – я вскинула руку и выплеснула энергию, с силой швыряя заклинание.
И едва успела!
Волна энергии врезалась в тело зверя и отшвырнула его на десять шагов назад. Он тут же вскочил, отряхнулся и оскалился, приготовившись к новому прыжку.
Леденея от ужаса, я узнала в острой морде и бритвоподобных клыках псаря...
Они никогда не ходят по одиночке.
У меня не было времени на дикую панику.