Страница 5 из 14
- Успокойтесь, милорд, - возник за моей спиной маг, - позвольте мне поговорить с вами. Наедине.
Я в последний раз зыркнул на раскрасневшуюся от ярости девицу. Хм. Таких строптивых у меня никогда не было.
Олаф втащил меня в свою комнату, находившуюся неподалеку.
- Примите мой нижайший совет, милорд, - склонил он голову.
- Говори, - позволил.
- Ритуал требует согласия. С обеих сторон. Вам не запугивать ее надо. А договориться.
- С ней невозможно договариваться, - проворчал я.
- Тогда нужно показать ей, от чего отказывается. Поместить, так сказать, в неподходящие условия.
- Неподходящие условия, говоришь? Уж ли не на старый замок моей бабки Логредии намекаешь? Там сейчас кроме мышей и пауков и нет никого. А кругом непроходимый лес с диким зверем.
- Женщины - создания нежные и беспомощные. Через неделю в одиночестве она станет шелковой и послушной. Будет сама умолять забрать ее оттуда. На любых условиях.
- А если сбежать надумает?
- Так я вокруг замка защиту поставлю. Ей не выйти будет.
Я потер переносицу в раздумьях.
- Что ж. Пожалуй я согласен. Другого выхода нет.
________________________________________________
Дорогие читатели!
История выходит в рамках литмоба "Пышные попаданки"
https://litnet.com/shrt/fwR8
5
Я ходила из угла в угол, закутавшись в простыню, как в тогу римского императора.
Другого варианта просто не нашлось.
Увы.
На мою упитанную тушку, именно так, без прикрас, ничего подходящего не было. Простыня хоть как-то спасала положение.
Платья в шкафу висели замечательные. Просто загляденье. Из тонкой, гладкой ткани, ярких, сочных расцветок. Все длинные, в пол, с пышными юбками. Корсажи, расшитые кружевом, аккуратной вышивкой и тонкими лентами.
Красота.
Но не для меня.
Я провела пальцами по ближайшему - нежно-голубому, с жемчужными бусинами. Как же мне хотелось быть тоненькой, как тростиночка. Носить облегающие наряды, демонстрировать стройные длинные ножки, ловить взгляды не потому, что «у меня много лишнего», а потому, что красиво.
Но генетика распорядилась иначе.
Моя матушка была дородной. Или, как она сама любила говорить, видной женщиной. Папа - мужчина крупный, основательный. И фамилия мне под стать. Пышкина.
Так ко мне с детства и приклеилось прозвище - пышка.
Я поморщилась.
Как же я раньше с собой боролась. Сидела на диетах, борясь с вечным голодом. Скидывала пять, а срывалась и набирала десять. Слёзы, ненависть к отражению, чувство вины за каждый кусок.
А потом просто приняла себя такой какая есть. С животиком. С крутыми бёдрами. С пухлыми щёчками, на которых появляются ямочки, когда я смеюсь.
Юрочка всегда говорил, что влюбился именно в мой смех. В лёгкий характер. В то, что я не лезла в его жизнь, не рылась в телефоне и не устраивала сцен.
А видно зря. Как показывает практика - доверяй, но проверяй.
Я резко остановилась и уставилась в окно, прогоняя воспоминания. Оно выходило во двор и сейчас я могла любоваться, как выкатили какой-то облезлый экипаж и в него впрягали лошадь.
Дверь тихо скрипнула, и я обернулась.
В комнату вошла служанка с подносом.
- Завтрак, госпожа, - тихо сказала она, не поднимая глаз.
- Спасибо, - я сглотнула. - А можно еще одежду?
- Я что-нибудь поищу подходящее, - она мельком скользнула взглядом по мне, и в её глазах я прочла привычную оценку: «Ох, и богато же тебя природа одарила».
На подносе оказалась каша. И пресная лепёшка с мёдом.
Желудок заурчал от голода, и я без церемоний набросилась на еду.
Не успела доесть, как служанка вернулась, неся свёрток. То, что она достала оттуда, заставило меня задохнуться от возмущения. Платье цвета унылой грязи. Фасон - «картофельный мешок». Шнуровка на груди, которая, видимо, должна была как-то собрать эту материю на мне в подобие фигуры. В комплекте - грубая нижняя рубашка, чулки и туфли без задников, похожие на корытца.
Я оделась. Покрутилась у зеркала, висящего на стене. Ждать чуда не приходилось, красивей я определенно не стала. Но вот украсить хоть немного свой наряд могла.
Я покопалась в шкафу, нашла широкий пояс и прицепила его туда, где, по идее, должна быть талия. Сверху накинула пёструю шаль. Волосы собрала в хвост, подвязала лентой.
- Готовы? Как вовремя.
В дверях показался знакомый мне старикашка. Главный виновник моего путешествия в этот мир.
- Вовремя для чего? – спросила настороженно, для острастки сведя брови.
- Для путешествия, дитя! – старик продемонстрировал в улыбке все свои уцелевшие зубы. - Милорд Райнон, в своей неисчерпаемой милости, повелел переправить вас в одно чудесное, спокойное место. В свой родовой замок.
Я изогнула бровь. Чудесный. Ну конечно.
- И что мне там делать? – спросила, сдувая упавшую на лоб прядь.
- Жить. Размышлять. Наслаждаться уединением, - старик говорил, как торговец, расхваливающий гнилой товар. - Милорд навестит вас, когда сочтёт нужным. Для… беседы.
- Какой ещё беседы? Мы всё обсудили. Он хотел одно, я сказала нет. Точка. – я сделала шаг вперед, уперев руки в боки.
- Не подумайте ничего такого… милорд человек чести. К тому же оставаться здесь для вас небезопасно. Будет лучше, если никто не узнает о вашем появлении, пока метка истинности не загорится на вашем запястье. Иначе…
- Иначе? – не так воинственно спросила я. Признаться, тревожно екнуло в груди и по спине прошлось изморозью.
- Аромат цветка Цхи вызывает удушье, а яд паука Азгара. запущенного в ваши покои, несет мгновенную смерть. Во дворце у милорда есть недоброжелатели и они сделают все, чтобы избавится от тебя, дитя.
Голова закружилась от подобных перспектив. А ноги подкосились.
- Везите в ваш «чудесный» замок. Раз уж другого выхода вы мне не оставляете.