Страница 43 из 56
Глава 30. Алина
Я испуганно дергаюсь, пытаясь отстраниться, но Макс даже ухом не ведет на этот визг. Наоборот его пальцы мертвой хваткой вцепляются в мои бедра, а в потемневших глазах вспыхивает безумие.
Ему плевать на всех. Ему нужна я. Здесь и сейчас.
– Макс, стой, она же... – пытаюсь прошептать я, но он резко накрывает мой рот своей широкой ладонью, напрочь затыкая меня и гася любой звук.
– Тсс-с, малышка. Молчи, – хрипит он мне прямо в ухо, обжигая кожу горячим дыханием. Его тело над моим ходит ходуном от тяжелого пульса. – Хер с ней.
Я не успеваю даже осознать его слова, как Макс одним слитным, бесцеремонным движением расстегивает свои джинсы. Без долгих прелюдий, ведомый чистым, концентрированным голодом, он приподнимает меня за ягодицы и одним мощным, глубоким толчком до самого основания вбивается в мою исходящую соком киску.
– М-м-м! – глухой, ошеломленный крик намертво вязнет в его ладони, которой он продолжает крепко зажимать мне рот.
Глаза распахиваются сами собой, из них брызгают слезы от того, насколько это остро, нагло и запредельно глубоко. Внутренние мышцы судорожно сжимают его ствол, а Макс, шумно выдыхая через нос, начинает яростно и рвано двигаться.
Кровать под нами жалобно скрипит, но этот звук тонет в громких шагах сводного отца, который наверху выходит из кабинета и начинает спускаться по деревянной лестнице к Оксане. Снизу доносятся их приглушенные, раздраженные голоса, а прямо над ними, на втором этаже, Макс берет меня так, словно в последний раз в жизни.
Ладонь Макса на моем рту не дает мне закричать, и от этой вынужденной тишины оргазм накрывает меня в разы быстрее. Напряжение скручивается в тугой узел и взрывается ослепительной вспышкой. Я выгибаюсь дугой, судорожно сжимаясь вокруг него, и в ту же секунду Макс, зарывшись свободным пальцами в мои волосы, делает финальный, сокрушительный толчок и с глухим утробным рыком изливается глубоко внутрь.
Минуту мы просто лежим, намертво сцепившись телами. Макс тяжело дышит мне в шею, медленно приходя в себя, а снизу уже отчетливо слышны тяжелые шаги отца и Оксаны, поднимающихся по лестнице.
Макс аккуратно отстраняется, целует меня в покусанные губы и быстро приводит себя в порядок.
– Люблю тебя, Алина. Лежи, отдыхай, – тихо роняет он, поправляя на мне одеяло.
Он бесшумно приоткрывает дверь моей комнаты и выходит в полутемный коридор.