Страница 64 из 76
Глава 60
– Тяжеловато будет найти мне замену, Хранитель, – показывает белую полоску зубов Тальвар. Наклоняется ниже к длинному уху рыцаря, – Хотя некоторые готовы вонзить нож в спину. Ты будешь среди тех, кто поддержит их или помешает?
– Моя верность Короне непоколебима, – спокойно отзывается Лир. Он так сжимает мою талию, что едва могу дышать. Чужая злость отзывается почти физической болью в сердце. Подношу руку к груди, стараясь справиться с отголосками эмоций.
– Короне? Или тому, кто ее носит. А если в эту штуку будет облачен любой другой фэйри?
Странные речи для принца. Как поняла, присягают они именно “штуке”. Чья голова находится под ней – дело второстепенное. Считается, артефакту виднее чей прекрасный или не очень облик ему украшать.
– Не понял вопроса, Ваше Высочество. Если закон престолонаследия будет нарушен, буду первым, кто возьмется за меч.
“Подходящий” разговор на пороге замка, ничего не скажешь. Может они еще договорятся ускорить процесс престолонаследия и “милосердно” добить короля? Нет, ну а что! Стоят, шепчутся в видом заговорщиков, а вся очередь терпеливо ждет.
– Оставь мне танец со своей прекрасной спутницей.
Надеюсь, скажет принцу: “Она не танцует”? Но Лир только склоняет голову и аккуратно, но настойчиво подталкивает меня вперед.
– Не снимай с лица маску. И с магистром старайся не разговаривать, – предупреждает фэйри, как только мы проходим в ворота замка, оставляя позади дамского змееглазого угодника.
Послушно поправляю на лице маску, открыла уже рот спросить где он увидел “любезного” дядюшку…
– Рад видеть тебя в добром здравии, Лиринор, – склоняет голову Астерион, – Тебе удалось справиться с той…проблемой?
– Я над этим работаю, магистр, – пытается очередной раз разломить меня пополам Лир. Чего он там в меня вцепился? Не видела по пути сюда, чтоб хоть один кавалер держал даму за талию.
– С тобой…
– Прекрасная Элмира. Она немного стесняется, поэтому неразговорчива.
Молча кланяюсь, как учили учителя. Радуюсь как никогда, что могу облокотиться о Лира. Если смотрела прямо смотрела на принца, то тут не поднимаю глаз. Все-таки сестру брат узнает всегда. Рот правда лучше не открывать и в лицо не пялиться.
– Решил остепениться? – взгляд Астериона равнодушно скользит по моему лицу. Рада, что на мне маска. Она будто дает немного защиты, прячет от всеобщих взглядов. Меня инструктировали: “Смотреть пристально неприлично”, но уже второй фэйри пожирает взглядом.
– Забавно, – произносит наконец магистр, – Есть что-то в теории “Взгляд фэйри часто падает на похожую на мать”. Конечно, оттенок волос Дионы немного другой, она была повыше… Но похожа.
Уверена, что для него все женщины на одно лицо. Отличаются только ушами. Если длинные уши, нужно соблюдать хоть какие приличия, а нет, так и стараться не нужно.
Интересно, я – идентичный “слепок” или правда только “похожа”? Голос у меня точно Дионы. Лучше не рисковать и рот открывать пореже на балу. Как же хочется обсудить горящие кристаллы на стенах, одежду гостей и волшебные музыкальные инструменты. Музыка слышна хорошо, но не мешает разговаривать. Видимо, акустика зала или магия.
– Оставь для меня один танец с твоей прекрасной невестой.
Мэллис, любовница, невеста, мать. Что еще придумают? Бабушкой и сестрой не была. Сейчас выбрала бы роль старушки: их, надеюсь, не заставляют вышагивать под закат жизни на высоченных каблуках.
– Вы…танцуете? – не может сдержать удивления Лир.
– Ты удивлен? – веет морозной свежестью жвачки из рекламы Астерион, – Или все танцы прекрасной Элмиры уже расписаны? В таком случае, сообщи мне из какого она Двора. Не припомню никого, подходящего по внешности и возрасту.
Заладили как попугаи: “Прекрасная Элмира, прекрасная Элмира”. Чем больше повторяют, тем больше хочется сказать: “Не надо, я вас боюсь!” и спрятаться под кроватью.
Согласна быть ужасной Аримлэ, только отсидеться бы на диванчике. Если ноги Лиру оттопчу, он должен простить. Не уверена на счет принца и магистра.
– В таком возр-р-расте, магистр-р, многие покачивают на хвостат котят. Пр-ричем ни пер-р-вого помета. А Вы все пытаетесь пр-риудар-р-рять за молоденькими. Хотя бы умир-р-рающего кор-р-роля постыдились.
Резко оборачиваюсь и почти тут же влетаю в объятия высокого блондина в украшенном разноцветными перышками темном камзоле. Черный хвост “котик” прижимает к ноге, явно чувствуя себя некомфортно среди кучи людей. Можно понять это по прижатым ушам.
– Не тебе пенять мне на возраст, Морвен. Не удивлен, что Дзирт предпочел отправить тебя.
– Пор-рталы, Астер-рион. Если понадобится, всегда можно воспользоваться одним из них. А если нет…Дзир-рт ненавидит балы. Еще больше, чем я.
– На пару слов. Не бойся, твое сокровище Морвен не сожрет, – задирает нос к потолку магистр.
– Если только слегка покусает, – лениво сообщает блондин, принимающий меня из рук Лира. Чувствую дикую злость вперемешку с благодарностью, когда рука Морвена ложится на талию.
– В этом зале душно, будто нас всех свар-рить живьем хотят. Видели прекр-расные ор-ранжер-реи двор-рца под откр-рытым небом?
Мотаю головой. Ищу взглядом Лира, но тот отошел в сторону со своим золотушным и святым дядюшкой. о чем-то переговариваются едва слышно.
Морвен во дворце не первый раз. Ведет меня по коридорам, через этажи, снова по коридорам. Ноги отваливаются и хочу попросить пощады, когда “котик” открывает передо мной очередную дверь.
Выходим на открытую террасу, подвешенную над землей. Она напоминает собой плавучий остров с диковинными цветами и деревьями. Плещется фонтан, в воздухе разлит аромат цветов.
Очарованная, бреду по мостику, ведущему из двора на остров.
– Птичка пела про синеву, – мурчит следующий за мной Морвен. Пытаюсь не отклекаться от прекрасных цветов, беседок и журчания фонтана. Тут так спокойно, уютно и прохладно.
– Любовалась цветущей весной.
Серенады мне уже петь начали? Быть может, начать новую жизнь? Принц, магистр, теперь Морвен. Может, у фэйри период какой-то, лунный, типа оборотней? Когда они особенно хотят уединиться с девушками. А я одном с котом. Ой-ей. Называя его “котиком” не хотела бы перейти от дружбы к более теплым отношениям. Говоря откровенно, и “другом” назвать Морвена не могу.
– Лучик солнца упал на траву, заскользил по тропинке лесной.