Страница 81 из 113
— Звучит не очень, — замечаю я, но Адалин лишь отмахивается. Я не успеваю расспросить дальше, потому что моё внимание отвлекает группа пьяных женщин, которые, спотыкаясь, спускаются по ступенькам веранды. Одна из них падает прямо в кусты и громко смеётся. Она радуется, что раз уж оказалась в кустах, можно заодно и пописать. Я морщусь. Её подруга тем временем так сильно заходится от смеха, что приседает прямо на ступенях.
Самое печальное в этом?
Этот смех говорит совсем о другом, чем мы слышим. Он может означать, например:
Мне одиноко. Пожалуйста, помогите мне. Я больше не хочу жить. Я такая пустая.
Все эти мысли мне знакомы. Они и мне приходят в голову снова и снова. Никогда осознанно, но где-то глубоко внутри.
— Значит, ты теперь остаёшься здесь? — спрашивает Коул Брэндона, из-за чего я отвожу взгляд от печальных женщин. Брэндон как раз прикуривает сигарету своим «Zippo». Он тоже наблюдал за пьяными телами. Отвращение всё ещё блестит в его взгляде, когда он переводит его на Коула.
— Пока что остаюсь, Коул. Ты скучал по мне? — мягко интересуется он и выдыхает дым сигареты через плечо.
— Думаю, некоторые по тебе скучали, Брэндон. Но я к ним не отношусь.
— Не переживай, Коул. Никто не сочтёт тебя менее мужественным, если ты открыто признаешься в своих чувствах.
Я закатываю глаза. Как можно быть настолько самоуверенным?
— Что, правда? Лилит, я запал на тебя, — вдруг обращается ко мне Коул, и Адалин фыркает.
— Дружище, это не чувства. Ты и сам это знаешь. Мне совсем не хочется знать, что у тебя там происходит ниже пояса, — отвечает Брэндон тоном терапевта, а я скрещиваю руки на груди.
— Правда? А я думал, тебя интересует абсолютно всё. Особенно то, что ниже пояса, — парирует Коул, и Адалин тихо хихикает. Да, Брэндон известен тем, что словно раздевает людей до нижнего белья и буквально преследует их. Он знает очень многое о многих из нас, но, если честно, я не хочу ничего из этого знать. Совсем ничего.
— То, что меня интересует, и то, чем я увлечен — это две разные вещи, — умничая, отвечает Брэндон. Пока я наблюдаю за ним и Коулом, а Адалин рядом со мной всё глубже погружается в наркотический туман, я вдруг замечаю, что наша компания по каким-то непонятным мне причинам всё больше сближается. Это довольно пугает. Мы всегда были смертельно опасной комбинацией, поэтому я не уверена, стоит ли нам снова быть вместе.
— Кстати, где Мэттью, Лилит? — вырывает меня из мыслей Брэндон, и уголок его рта дёргается.
— Ты наверняка знаешь это лучше меня, — сухо отвечаю я.
— Тогда я бы тебя не спрашивал.
Я бросаю на Адалин быстрый взгляд. Мы обе знаем, что он мог бы, хотя бы просто ради того, чтобы поиграть силой своего знания.
— Просто выкладывай уже, Брэндон, — лениво требует она, и я невольно думаю, в каком вообще состоянии она сейчас находится.
— Я ничего не знаю, — говорит он, но его взгляд на мгновение скользит к Заку, который стоит в нескольких шагах от нас. Мы, конечно же, быстро всё понимаем.
— О-о, — бормочет Адалин. — Плохая маленькая Мэри.
Я не буду говорить, что не ожидала этого, потому что ожидала. Я знала, что Мэтт снова будет крутиться вокруг Мэри. И ещё я знаю, что Брэндон рассказал нам далеко не всё, что ему известно о Мэтте. И ещё я знаю, что никто не станет задавать вопросы. И ещё кое-что я знаю: я сейчас очень близко к Алеку и действительно хотела бы его увидеть.
— Думаю, я немного прогуляюсь, — спонтанно объявляю я и поднимаюсь. — Присмотришь за ней? — обращаюсь я к Брэндону и киваю большим пальцем в сторону Адалин.
— Всегда, — мурлычет он, и я снова закатываю глаза. Это единственная естественная реакция на Брэндона.
— Я пойду блевану! — вдруг заплетающимся языком объявляет Адалин и поднимает указательный палец, шатаясь, когда встаёт. Я ловлю её за руку, а она с восторгом хлопает меня по заднице.
— Жаль, что я не лесбиянка, — бормочет она.
— Ну-ну, — внезапно произносит Брэндон у неё за спиной. — Это была бы трагедия.
Он обнимает её за талию, и я отпускаю Адалин только тогда, когда она буквально повисает на нём. Вместо того чтобы вести её в дом, Брэндон спускается с ней по ступенькам. Наверное, отвезёт её домой и это даже хорошо. Но сейчас нам нельзя прощаться с Адалин, иначе она всё поймёт и сбежит. Мы все это знаем, поэтому молчим и лишь сдержанно машем Брэндону у неё за спиной.
— Ну ладно, — бормочу я, поправляя своё чёрное платье. — Я тогда пройдусь.
— Я с тобой, — решает Коул, и я бросаю на него скептический взгляд через плечо. Вот это да. И зачем это вдруг? Прекрасно, он только что разрушил все мои планы, а они были великолепны: сначала я бы бесцельно побродила вокруг, а потом совершенно случайно забрела бы в спальню Алека, где он затем так же случайно наткнулся бы на меня.
— Правда? — сомневаюсь я.
— Ага! — Коул поднимается, что мне, честно говоря, совсем не нравится. Но ладно. Не буду же я жаловаться.
— Ну, как хочешь, — рассеянно бормочу я и пожимаю плечами. Во всём нужно искать что-то хорошее. Может, я смогу использовать время наедине с Коулом, чтобы незаметно выведать у него что-нибудь об Алеке. Мы вместе идём по террасе и спускаемся по ступенькам вниз. Брэндон как раз уезжает с Адалин на своём Ауди. Фары ослепляют нас с Коулом, когда мы идём по узкой дорожке между домами.
— Твоих родителей не раздражает, что тут так шумно? — как бы невзначай спрашиваю я и заставляю себя не смотреть на особняк.
— Папа просто игнорирует всё, что ему не нравится, а мама накачана снотворным. — Мне приходится изо всех сил сохранять невозмутимое выражение лица. Значит, Алек просто игнорирует всё, что его раздражает, а его жена принимает таблетки, чтобы спать. Очень интересно. На снотворном человек почти как мёртвый, а с трупом никто спать не станет, значит, прямо сейчас между ними точно ничего не происходит. Но почему Сесиль вообще нужны снотворные, если рядом с ней такой мужчина, как Алек?
— Правда? У твоей матери проблемы? У моей да, — говорю я. Я не хочу, чтобы у него возникло ощущение, будто я его допрашиваю, поэтому нужно создать доверие и немного рассказать и о себе. Мы идём через сад мимо освещённого бассейна. В нём плавают несколько девушек: у одних отсутствуют бикини, у других достоинство, а у некоторых и то, и другое.
Один вопрос: может ли Алек это видеть? Мне это не нравится.
— А у какой женщины здесь нет проблем? — спрашивает Коул, нахмурившись, и многозначительно смотрит на упомянутых дам.