Выживала. Том 4

— Конечно, что-то напрокат возьму, а что-то у нас есть! — заявил батя. — Мы с Васькой договаривались: каждый сам за себя. Значит, для нас нужна палатка, котёл, посуда, топор, нож, фонарь, вещи, продукты, в общем, всё, что нужно для трёхдневного похода по тайге. Васька чайник возьмёт.

— Удочку будешь брать? — спросил Женька.

— Напрасный груз, — покачал головой батя. — Там порыбачить только на Тельбесе можно, но поймаешь или не поймаешь — вопрос непонятный, так как не знаешь ни мест, ни какая рыба клюёт. Да и время только зря потратишь. Хотя, можно взять пару наборов юного рыбака, уж не задавят…

— Где встретитесь?

— Тут, кстати, интересный момент, — улыбнулся батя. — Васька хотел на лодке по реке сплавиться, по Мундыбашу, прямо от Чугунаша, потом войти в Тельбес, и подняться вверх по течению, до рудника. Сделать, так сказать, полный променад на моторке. У него есть лодка, да… Но в последний момент отказался. Говорит, могут быть завалы на реке. Да и к чему это: плыть далеко, потом домой против течения подниматься, много бензина потратишь. Хотя, конечно, соблазнительно сразу до нужного места доплыть. Но потом всё равно придётся по тайге чапать и лодку с мотором оставлять на берегу, приплатить кому-нибудь из местных, чтобы поглядывали. В общем, отказались. Встретимся через неделю, в субботу, они приедут на поезде, мы на электричке. Встретимся у рудника, там разобьём временный лагерь.

… Мария Константиновна за пару дней из старой куртки сшила устройство для переноски Анастасии. Выглядело оно достаточно просто: впереди был сам бокс, представлявший собой карман из плащевой ткани с замком-молнией, раскрывавшим его, и отверстиями для ног. Карман подвешивался на грудь на двух широких лямках, идущих через плечи и пересекающих спину крест-накрест, лямки цеплялись крючками к карману в нижней части. Вдобавок карман крепился на широкий ремень, идущий по поясу. Приспособление было очень простым и удобным. И надо сказать, сделанным по чертежу, который предоставил Женька!

— Как тебе это в голову пришло? — с удивлением спросила Мария Константиновна, когда изделие было полностью готово и проходило первую примерку. — Эту штуку можно на какой-нибудь швейной фабрике шить и думаю, пользовалось бы бешеным спросом.

— Ну как тебе сказать… — замялся Женька. — Понимаешь, идеи, они же, в сущности, витают в воздухе, достаточно только подхватить их. Возможно, видел где-то в журнале, в газете, может, сам придумал. Не знаю…

Мария Константиновна надела хипсит на себя, поймала визжащую Настю, посадила её в карман, пропустив ноги в специальные отверстия, застегнула замок и удивилась, как надёжно зафиксирована дочь. Сейчас она сидела в конверте из плащёвки, лицом к маме, руки были свободные, ноги свисали вниз. Нагрузка от веса тела дочери равномерно распределялась на плечевые лямки и, что очень важно, на поясной ремень.

— Как же это замечательно! — воскликнула Мария Константиновна. — Я даже могу нести ещё один рюкзачок, и у меня останутся свободные руки. Просто великолепно!

Правой рукой придерживая хипсит, она начала кружиться в танце, от чего Анастасия громко засмеялась, прижавшись головой к плечу мамы. Судя по всему, ей это устройство очень понравилось. С мамой на расстоянии миллиметра! Вот только сколько она сможет сидеть в нём… Впрочем, всё это должно было выясниться в опытном порядке…

…Надо признаться, необычность происходящего словно отложила на семье Некрасовых свой отпечаток. Никогда не ходили они в такие семейные походы, и сейчас в последнее время эта идея целиком заняла мысли каждого члена семьи.

Отец тщательно готовился к походу. Взял в прокат большую четырёхместную палатку, станковый туристический рюкзак, двухлитровый котелок для варки еды. В остальном решили обойтись своими силами. Приготовили тёплую одежду. Несмотря на июнь и прекрасную погоду, отец всегда придерживался принципа, что в тайгу нужно идти, что называется, «собранным»: тепло одетым в любое время года, в расчёте на то, что погода может резко испортиться и попадёшь в ненастье.

Приготовили коврики для спанья, которые нужно было подкладывать на холодную землю, при ночёвках. Коврики были обычные, сделаны из дешёвых старых домотканных половиков, которых у Марии Константиновны было множество. Конечно, максимальной эффективностью обладал спальный мешок, но это же сколько с собой тащить-то…

Естественно, взяли с собой посуду: железные чашки, ложки, кружки. Снаряжение: несколько коробков спичек, ножи, туристический топорик с пластмассовой ручкой, верёвку, пару фонарей, несколько запасных батареек.

Приготовили запас продуктов, в основном состоящий из пачек сухих супов и 3 килограммов картошки, пачку чая, печенье, килограмм сахара, а ещё перед самым выездом нужно было купить две булки хлеба. Ну и, естественно, взяли еду для Анастасии: фруктовое пюре и несколько жестяных банок с консервами. Ноша предполагалась очень увесистая, но куда деваться…

Анастасия, видя такие масштабные приготовления, никак не могла оставить этот процесс без своего внимания. Постоянно подбирала какие-то вещи, вытаскивала из рюкзака и подносила отцу, протягивая ему в руки.

— Па! Ы-ы-ы! Ня! — говорила она и показывала пальцем в то место, где взяла эту вещь, причём зачастую она уже была уложена как надо для похода. Папа! На! Возьми! Это тоже надо взять!

— Молодец! — хвалил батя, забирал вещь и незаметно клал обратно. — Помощница ты моя! Скоро поедем комаров кормить!

Окончательно отец всё-таки решил ехать в понедельник, 19 июня, при этом пришлось звонить на работу Ваське и переносить старт экспедиции с субботы на понедельник. Дело в том, что в субботу на электричках ехала масса народу, дачников и отдыхающих, сесть в вагон с таким багажом было затруднительно. В понедельник народу будет гораздо меньше.

Вечером накануне долго не могли уснуть. Женька слышал, как родители тихонько переговариваются, голоса у них были радостные. Естественно, он понимал, что люди они молодые, надоел им уже этот быт и повседневщина, наверное, хотелось почувствовать запах леса, запах тайги, всё-таки родная, привычная с детства атмосфера. Женька, естественно, тоже был рад сходить в поход: в них протекала значительная часть его жизни, и сейчас она громким звоночком наконец-то напомнила о себе…