Страница 17 из 144
— Спасибо… — «и на этом», добавила я про себя.
— Но главное слово за тобой.
— Я понимаю.
— Теперь тебе ясно, почему я заставил тебя убить тех троих, и убить эффектно?
Я вспомнила Гауфмана, его презрение, и покойников, которые до самого конца не воспринимали меня всерьез. Да, отец прав, пусть лучше эти местные меня боятся, чем презирают, для дела лучше, да и для меня, наверное. Если не будут пытаться доказать, что они все-таки круче, хотя, с другой стороны, мало кто сможет вот так уложить трех хороших бойцов.
— Да, ясно.
Отец подошел ко мне, сидящей, и встал на одно колено; я дернулась, но он остановил меня, взяв в ладони мое лицо.
— И не смей больше никогда сомневаться во мне. Ты — моя дочь. Дочь от любимой полноправной жены. Теперь еще и старшая дочь. Помни это.
У меня на глаза навернулись слезы: встать на одно колено перед кем-то — это значит признать себя виноватым и просить прощения. А то, что он сейчас сказал, было еще и признанием: признанием в отцовской любви.
Я закивала головой.
— Да, папа, прости, я не подумала… Ты ж меня знаешь…
Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб, тут же встал и отвернулся; наверное, нам обоим было немного неловко от выплеснувшихся наружу чувств.
— Ронан со Штайне во втором админкуполе, я дам тебе своих телохранителей для поездки, всегда лучше перестраховаться. Я пробуду здесь остаток полночи, мы еле успели до минусов. Кстати, запомни: оказаться в полночь и полдень за пределами купола даже на флаере — смертельный риск. Возьми нфокрисы, — сказал он, выкладывая их на стол. Я тут же встала и убрала их в поясную сумку.
— Отдохни еще, у тебя есть часа три.
— А ты? Может, уступить тебе кровать, я пока посмотрю инфу?
— Нет, отдыхай. Сила притяжения на Дезерте немного больше, пока не привыкнешь — почаще лежи. Я посплю у Вольфа.
— Почему ты ему доверяешь?
— Я вытащил Хорзана практически с прозекторского стола на Деправити, после того как его раскрыли и раскололи. А всячески способствовал выкупу за него и расплачивался — Вольф. Так что мы немного знаем друг друга в деле.
— Хорзан был агентом под прикрытием?
— Да «сырым мясом» он был, а не агентом, только деревенщина с Эбанденс могла такого запустить.
— Ясно. Спасибо за кофры, папа.
Он молча кивнул и вышел.
Да, если сложить один плюс один, получим пару Вольф и Хорзан. Обидно, Вольф мне уже почти нравился. Зато теперь ясно, откуда ожоги у этого красавца: от пыток. Кому-то на Деправити показалось, что укола веритас недостаточно, а может, просто захотелось зрелища или мести за попытку шпионажа. Уже триста лет, как планета с романтическим названием Глория превратилась в Деправити — Извращенность; причем местные гордятся ее новым названием. На Деправити, как ясно из названия, вас ожидают любые запретные наслаждения, какие вы только можете себе вообразить — от наркотиков и всевозможного секса с людьми или запрещенными модификантами до того, что лично вы считаете наслаждением, а все другие — особо тяжким преступлением. И богачи, умирающие со скуки, со всех планет летят сюда, как бабочки на огонь, или правильнее сказать, как мухи на дерьмо, и не у всех оказывается должная охрана. Частенько родственники развлекающегося получают предложение о выкупе или сам отдыхающий впоследствии получит предложение выкупить видеозапись своего времяпрепровождения. Или же подсаживаются на какой-нибудь наркотик и становятся «несушками»: богатый человек, сочетая дорогие антидоты с наркотиками, может протянуть очень долго. Периодически кто-нибудь особо влиятельный, чей отпрыск попался на крючок, шлет очередного беза, или агента, или пола, в зависимости от своей сферы влияния, на Деправити с приказом отомстить, собрать компромат, изничтожить. Мало кому удается добиться успеха в таких заданиях. Вот такой влиятельный человек с Эбандес и купил Хорзана в качестве агента — официально купил, раз его все-таки вытянули — и послал на верную смерть, а Хорзан согласился, то ли не зная, на что идет, то ли от отсутствия выбора.
Все Объединения объявили Деправити вне закона, но отпрысков-то выкупать надо, поэтому некоторые неприсоединенные планеты имеют там посольства, фактически пункты обмена людей на деньги. Вот отец и провел на хлопотной должности посла-обменщика четыре года, как раз после смерти матери. Это не маленький срок, учитывая, что послы подвергаются давлению с обеих сторон, и нередко родственники пропавшего берут в оборот посла в надежде выяснить побольше о похитителях, или же те при обмене, заподозрив неладное, убивают и заложника, и обменщика. Вообще-то посольств всего три: Кхан, Синто и Кедр. Кедр специализируется только на подданных Русской Федерации, потери послов там довольно часты; Кханское же, наоборот, — легализованный синдикат, вряд ли хоть один сотрудник посольства был на Кхане, но у всех кханское гражданство, дело там поставлено на поток. А Синто имело посольство еще на Глории, и мы не закрывали дипмиссию ни при каких обстоятельствах, даже во время всеобщих войн, поэтому и еще по некоторым причинам, мы пользуемся подобием авторитета и уважения среди местных.
Об этих самых некоторых причинах я узнала из архива Синоби, куда мне после окончания обучения дали доступ. Первым делом я, естественно, ознакомилась с личными делами родителей, своим и Ронана, а потом случайно наткнулась на жутко интересные факты. Когда я о них прочитала, то слегка перепугалась, решив, что напутали с доступом и мне теперь грозит как минимум небольшое стирание памяти, но оказалось, что так и надо.
А дело в том, что триста лет назад человечество в очередной раз подошло к пропасти; большинство планет оказались перенаселенными, то есть терраформирование не поспевало за ростом населения. Общество, опять же практически везде, резко расслоилось на очень бедных, средне-бедных и очень богатых, каковых были единицы. Синтезаторов еды нового поколения еще не изобрели, а существовавшая в те времена синтетическая еда фактически была медленно действующей отравой, а натуральной, как и сейчас, остро не хватало. Правительства пытались избавиться от лишнего населения и приобрести территории, развязывая войны; однако уже тогда существовал жесткий запрет на зомби-техники, а пропагандистские машины давали сбой, и люди не хотели жертвовать собой; доходило до саботажа на передовой, причем с обеих сторон. Человечество деградировало, наркотики и виртреальность получили широчайшее распространение. Миллионы жили лишь для того, чтобы натянуть шлем или принять дозу. Уже во всю развернулись проекты по созданию вирусов бездетности, но, хвала Судьбе, которая нас, неразумных, хранит, ни один из этих проектов не был доведен до конца, страшно представить, во чтобы превратился бы такой вирус, мутируя в условиях различных планет. Отголоски этих разработок мы имеем сейчас в виде уже почти уничтоженного омега-вируса — в принципе, не страшного, если вовремя диагностировать и ввести антитела, но если не успеть, мужчина становится бесплодным, на женщин же он не действует, хоть здесь сумасшедшие вирусологи подстраховались. И вот, человечество являло собой, по сути, помойную яму, большинству не к чему было стремиться, не было надежд на лучшее будущее, те, кто посильнее духом, уходили на границы и жили фермерством, терраформируя собственными силами земли. Это была несладкая доля, учитывая, что и с поддержкой правительства фермерам нелегко живется. И тут на рынке наркотиков появляются «врата в рай», причем практически одновременно на всех планетах, в большом количестве и по сходной цене. Наркотик дарил очень яркие и радостные галлюцинации, буквально за считанные недели на него перешло большинство наркоманов, и что странно, при бешеном спросе не было перебоев в снабжении и не поднимались цены. Примерно через месяц начались смерти от инсультов, поначалу никто не обратил на это внимания, нарки часто мрут. Через два — уже поползли слухи, что мрут именно те, кто сильно подсел на «рай». Через три это стало уверенностью. Еще через две недели трупы валялись на мостовых, а крематории работали день и ночь. Мелких наркоторговцев линчевали на улицах, нарки трусились от ломки, но из всего разнообразия доступной наркоты остался только «рай»; те, кто производил что-то свое, с оружием оборонялись от клиентов. Очень многие, зная, что умрут, все равно не отказывались от «рая». За пять месяцев население тогда еще Евро-Американских планет уменьшилось на тридцать процентов, Хинских — на двадцать пять, Русских — на пятнадцать.