Страница 41 из 148
9
Даллас
Я со всей силы бью кулаком по рулю Трейса. — Блядь!
Тот же самый, грёбаный, самодовольный, высокомерный задира, каким он всегда был, и теперь он думает, что может так со мной обращаться. Думает, что он могущественный, и, возможно, он может сделать всё, что говорит, но только не раньше, чем я запихну его глазные яблоки ему в глотку, а зубы — в задницу. У него нет моей силы, и я размажу его.
Сворачиваю направо, пересекаю рельсы, проносясь по лужам, въезжаю в Бэй. — Блядь, — снова рычу я.
У него всё ещё есть власть надо мной. Я поехал туда, чтобы дать ему отпор, пригрозить и дать понять, что игра началась, но один грёбаный вид его — красивого и мокрого — просто напомнил мне, как хорошо было чувствовать его под собой. Борющегося со мной, сжимающего меня, потеющего на мне.
Или у меня во рту, беспомощного и так сильно этого желающего.
Мой член снова набухает, и я подавляю это, вдавливая педаль газа.
Я думал, что принимаю вызов. Даю ему понять, что он меня не пугает.
Всё, что я сделал, — это устроил ему представление.
— Пошёл он, — бормочу я.
Подъезжая к дому, я вижу оба грузовика, слегка спрятанных сбоку от городского гаража через дорогу, под прикрытием деревьев. Грузовик Мейкона стоит слева от меня.
Выходя из машины, я взбегаю по ступеням и толкаю входную дверь.
— Какого чёрта ты делал? — кричит Мейкон, начиная, как только я захожу в дом.
Я прохожу мимо братьев, столпившихся в гостиной, и направляюсь на кухню, доставая водку из морозилки. — Ты сказал, что тебе нужно больше информации.
Как будто это оправдание прокатит.
Он мрачно смотрит на меня. — Мы принимаем решения вместе!
Я смотрю на брата, откручивая крышку бутылки. — Не кричи на меня.
Я никогда не говорил ему, что он может или не может делать, но я также не давал ему повода беспокоиться обо мне в последние несколько лет.
Но я уже слишком взрослый. Он больше меня не воспитывает.
Я запрокидываю бутылку, делая пару глотков, и прохожу обратно через гостиную. Я продолжаю идти, мимо своей семьи, пока не толкаю дверь во внутренний дворик сбоку от дома. Там слишком жарко.
Не то чтобы здесь было прохладнее, но хотя бы есть ветерок, а если я ещё больше разозлюсь, то ударю кого-нибудь.
Мне грёбано противно от самого себя…
Я делаю ещё один глоток и поднимаю глаза к звёздам, которые начинают проглядывать сквозь облака. Я рад, что Мейкон сохранил эту часть дома, когда мы делали ремонт. По периметру возвышаются колонны, соединённые балками, и я бреду по неровному булыжному фундаменту, когда дверь за мной снова открывается.
Моя семья следует за мной — все в сборе. Крисджен запрыгивает на уличный буфет, её муж откидывается назад, между её ног, а Арми стоит во главе пикникового стола, засунув руки в карманы.
Трейс и Айрон сидят на стульях, Лив сидит на открытом окне между патио и столовой, а её девушка, Клэй, на стуле в комнате рядом с ней. Понятия не имею, почему здесь Арасели, если только Мейкон не сказал ей быть здесь. Она задерживается в дверях, скрестив руки на груди.
— Крисджен завтра поговорит с советом, — говорит мне Мейкон, вводя в курс дела. — А Арми посмотрит, что сможет сделать.
Я качаю головой. — Это не копы и не городской совет. Это «Министерство».
Конечно, Каллум пользуется полицией, но они просто выполняют настоятельные рекомендации богатого гражданина. Подкреплённые, я уверен, их щедрыми ежегодными пожертвованиями.
И Каллума поддерживают его друзья. Картина их тёмных фигур, прячущихся за моим классом в прошлую ночь, проплывает у меня в голове. Это было предупреждение.
— Чего они хотят? — спрашивает меня Мейкон.
— Того, чего Эймсы всегда хотели. — Я протягиваю бутылку Айрону. — Земли.
Мой брат не пьёт, однако передаёт бутылку Трейсу.
Я оглядываю свою семью, зная, что дети спят наверху, и чувствую свет уличного фонаря, пронзающий деревья. Я всё ещё чувствую запах крабов и раков от ресторана Мариетты на дороге, когда опираюсь на колонну.
— Так они выживают нас, — говорю я им. — Мешают нашему бизнесу, угрожают нашим гражданам и снижают ценность всего здесь.
— Как? — спрашивает Трейс, всё ещё не понимая.
Но прежде чем я открываю рот, Мейкон отвечает: — Наших людей арестуют, — заявляет он, — оштрафуют и/или неизбежно задержат, если поймают на нарушении комендантского часа. Некоторые сбегут к концу лета. Это будет слишком хлопотно. Наш бизнес станет менее прибыльным, включая фильм Лив, и это убьёт наше распространение алкоголя.
— Они хотят помешать любому нашему прогрессу там, — объясняю я Трейсу, — и хотят, чтобы мы держались подальше от их женщин.
Смех нарушает мрачное настроение, и все мы смотрим на Арасели.
— Арми не трахает своих, — дразнит она. — Что он теперь будет делать?
— Я работаю днём. — Он прищуривается, не задумываясь. — И у меня есть час на обед.
Я бы фыркнул, если бы не был так уставшим. Он всё ещё может спать с женщинами из Сент-Кармен, наверное, пока делает это при свете дня.
Она бросает ему язвительную улыбку, но не отводит взгляда, пока он не отворачивается.
— Грёбаная концентрация, — говорит нам Мейкон. — Мы знали, что это будет непросто.
Мы разберёмся. Наши предки не потерпели неудачу, и мы не потеряем Бэй на нашем посту.
Но его телефон звонит, прерывая нас. Он подносит его к уху. — Что? — отвечает он, тон резкий.
Мы могли бы доставлять алкоголь к Трейсу, хотя и мелкими партиями. Несколько поездок туда-сюда на небольших машинах, которые не будут выглядеть подозрительно днём. Но это займёт больше времени, что увеличит вероятность того, что нас обнаружат.
Может быть, грузовик для прачечной? У нас есть люди, которые работают — убирают и перевозят постельное бельё и полотенца в отели. Полиция не взглянет на них дважды на дорогах.
Однако они зададутся вопросом, почему эти грузовики въезжают и выезжают из паба Трейса. Блядь.
— Что? — выцеживает Мейкон.
Мы все поворачиваемся и смотрим на него. Его тёмная бровь нахмурена, тело напряжено, как камень.
— Чёрт возьми! — Он отнимает телефон от уха и вешает трубку.
Крисджен спрыгивает с буфета, готовая быть рядом, а я забираю бутылку обратно у Трейса, потому что она мне понадобится.
— Они не отпускают Сантоса и Торреса, — объявляет он и обращается к Арми. — Ты либо разбираешься с этим, либо я подключаю адвоката.
— Просто дай мне сделать мою работу, — парирует он, хватая рацию и закрепляя её вместе с оружием. — Я приведу их домой.
Он уходит, и я знаю, что Мейкон не винит его, но Арми не знал о комендантском часе. Шериф скрыл это от него, вероятно, потому что его попросили, но это определённо означает, что нашего брата намеренно блокируют в его собственном управлении. Это мало помогает отношениям, которые он пытается там наладить, как будто полицейские из Саноа Бэй не равны. Если от него что-то скрывают, они могут счесть его расходным материалом и в опасных ситуациях.
Трейс хлопает Айрона по плечу. — Мы с Айроном пока перегоним грузовики к кинотеатру для автомобилей, — говорит он Мейкону.
Они оба уходят тем же путём, что и Арми, протискиваясь мимо Арасели. — Будьте осторожны, — говорит она им. Она не сказала этого Арми.