Страница 4 из 18
Глава 2
– Ну, как там твоё подразделение? – поинтересовалась Ольга, в этот раз решившая встречать меня не полулёжа на любимой козетке, как обычно, а сидя за большим массивным столом, разбирая какие-то бумаги.
В кабинете было пусто, но меня не покидало стойкое ощущение, что мы здесь не одни. Впрочем, я собирался говорить исключительно на рабочие темы, поэтому не стал обращать внимание на это, сосредоточившись на главном.
– Ну… как вам сказать, Ваше Высочество? – протянул я, делая некоторую паузу, призванную показать, что новость у меня не самая приятная, а потом максимально честно ответил, – А нету подразделения. Потому что-то, что мне тут насобирали… Там не то, что отряд стрелков с ружьями, им тапки-то доверить, чтоб тараканов бить, страшно.
Бровь великой княжны поползла вверх, и она уточнила:
– Неужели всё так плохо?
– Я бы даже сказал, ваше высочество, что всё ещё хуже. Спихнули тех, кого не жалко. Они или сами бездарно погибнут, или послужат причиной гибели других.
Покачал головой.
– Нет, парней мне надо набирать самому.
Ольга посидела с минуту, задумчиво откинувшись в кресле, но затем кивнула и достаточно спокойно, несмотря на то, что новость я принес не саму приятную, произнесла:
– Ладно, хорошо. Отправишься искать сам. Сопровождение – Федора и парочку ещё каких-нибудь официр для солидности.
«Ну да, – мысленно усмехнувшись, подумал я, – конечно, для солидности. И совсем не для того, чтобы негласно меня охранять, а то и сторожить».
Но в ответ только верноподданически кивнул и тут же добавил:
– Готов выезжать немедленно.
– Это хорошо, – согласилась великая княжна, – что немедленно. Мне нужны результаты, чтобы было, что показать.
Она не сказала, кому конкретно собирается показывать, но тут можно было догадаться и так: Генеральному штабу и, возможно, кому-то из императорской семьи.
– Где планируешь подбирать рекрутов?
– Думаю, стоит пройтись по Иркутским гимназиям, – ответил я, – чтобы по домам не шататься, а пообщаться сразу, со всеми возможными кандидатами разом. Так будет быстрее и эффективнее.
– Ну что ж, добро. Федора! – позвала великая княжна свою адъютану, которая обычно находилась в соседней комнате.
Та появилась на пороге почти мгновенно, словно дежурила под дверью. А Ольга скомандовала:
– Федора. Вместе с княжичем сейчас поедете в Иркутск. Возьмешь ещё парочку официр на подмогу. Святослав вопросами будет заниматься сам, а твоё дело будет обеспечить, ну, так скажем, вес его словам. Задача понятна?
– Так точно, Ваше Императорское Высочество, – гаркнула подполковница и тут же, дабы высокое начальство не сомневалась, повторила: – Сопроводить княжича Святослава в Иркутск, обеспечить поддержку и помощь.
– Правильно, – кивнула Ольга, снова посмотрела на меня и добавила:
– Давай, Слава, не подведи, результат нужен как можно быстрее.
– Будет сделано, – немедленно склонился я в поклоне и тут же, не дожидаясь команды, развернулся на выход.
Да, кстати, – произнесла она, когда я уже почти дошел до дверей, – хотела сказать, очнулась твоя воевода, потихоньку идёт на поправку. Госпиталь, сказали, покидать пока рано, ну а дальше решим.
– Это хорошо. Что-то говорит? – тут же поинтересовался я, на что Ольга только чуть прищурилась, дёрнув уголками губ, обозначая лёгкую улыбку, но ответила:
– Говорит. Почти то же, что и ты. Правда, вину берет на себя. Утверждает, что это была её идея, ты тут совсем ни при чём, и она фактически тебя похитила.
– Наговаривает, – тут же махнул я рукой, – продолжает пытаться меня защищать.
– Ну, я, в общем-то, так и подумала, – покивала великая княжна, после чего, коротким жестом отослала прочь, – Ты иди, иди.
Стоило княжичу выйти, как в кабинете материализовалась жандарма, до этого находившаяся за неприметной панелью, ведущей в глубокую нишу в стене, откуда она могла незаметно за происходящим наблюдать.
– Ну, твоё мнение? – сосредоточенно поинтересовалась Ольга.
– Ваше высочество, – задумчиво ответила та, глядя на дверь, за которой скрылся юноша, – у меня двоякое впечатление. С одной стороны, новость он воспринял достаточно ровно. Не было заметно, что она его как-то особенно взволновала. Но в то же время слишком уж легко и спокойно он отмахнулся от слов о её вине. Даже ни на миг не задумался о том, что, если подтвердит, то в этой ситуации может выйти сухим из воды, если действительно выставить всё как похищение. И это меня настораживает. На его месте любой, даже самый честный человек, хоть на долю секунды, но задумался бы, а он отмёл слова воеводы мгновенно. Если его первый рассказ можно было посчитать достаточно искренним просто из-за неумения хитрить и скрывать правду, то сейчас это уже всё напоминает заранее продуманную позицию. Будто он эту версию событий проработал ещё тогда и теперь просто её придерживается. Не потому что это правда, а потому что он решил сделать её правдой.
– Интересно, интересно.
Ольга, слушая сотрудницу охранки, задумчиво вертела в руках карандаш, затем несколько раз стукнула торцом по столу, словно утверждаясь в каком-то мнении.
– Ну что ж, по всей видимости, мальчик не так прост, что, с учётом его необычности, вполне закономерно.
– Ваше высочество, – вновь произнесла жандарма, – может, всё-таки, повременим с созданием этого подразделения стрелков? Мало ли, что он захочет с ними провернуть. Всё же, магически обработанные пули могут представлять реальную опасность…
Но великая княжна только улыбнулась и возразила:
– Во-первых, я у него не вижу какой-то особой хитрости и тайных намерений. По мне, так, когда он рассказывал о своём желании стать официрой, а то и генералой, он был абсолютно искренен, а военная служба – это в первую очередь именно служба. Родине. Стране. Императрице. Так что нет. Думаю, ничего страшного в том, что мы попробуем вручить ему некоторую силу, не будет. А может даже и польза государству российскому выйдет. Поэтому пусть всё пока идет так как идёт.
– Если будет такова ваша воля, – смиренно кивнула полковница, а великая княжна важно махнула рукой, давая понять, что именно такова её воля и есть.
Оставшись одна, Ольга ещё немного повертела карандаш в руках, а затем, со вздохом, его отложив, задумчиво промолвила:
– Слава, Слава! Кто же ты всё-таки такой? И почему, чем больше я тебя узнаю, тем больше мне хочется держать ближе к себе?