Страница 17 из 18
– А ну не ссать! Мы к ней близко приближаться не будем. Забыли, что ли, что я говорил? Действовать будем из засады. Огонь вести заряженными пулями, залпом. Целить по крыльям. Не суетиться. Всё только по моей команде. Главное слушать меня и делать как я говорю и всё будет отлично. Никакой самодеятельности!
Прявда, глядя на своё желторотое воинство, не удержался чтоббы не посетовать:
– Конечно, надо было бы вас, сначала, на обычных тварях потренировать. Хотел ведь практику вам в зоне устроить, но не судьба, видимо. Практика тут решила сама прийти, не спрашивая нашего желания. Досрочный экзамен нам устроить. Но я не я буду, свалим тварину, буду ходатайствовать перед её высочеством, вам всем досрочно звание корнеты присвоить.
Мысль о воинском звании парней приободрила. Стать первыми официрами-мужчинами было если не мечтой, то заманчивой возможностью для каждого. Лёгкий привкус уникальности и исключительности. Который, естественно, тешил самолюбие. Знаю, сам такой.
Оживились, загомонили.
– Парни, – вздохнул я, уперев ружье прикладом в пол и держа слегка на отлете его за ствол, – а теперь серьёзно. Сейчас, выживет ли крепость и победит эту тварь, зависит только от нас. Я не шучу и не преувеличиваю. Только мы можем склонить чашу весов в нашу пользу. Поэтому давайте покажем всем, как воюют настоящие не мальчики, но мужи! Так что сейчас пойдём и оборвем этой падле крылышки!
– Да! – крикнул Пичугин, вдохновлённый моей речью, – Завалим эту суку!
Крикнул и, потом, даже сам как-то опешил от того, что выдал подобное, тут же смутившись. Но я его немедленно поддержал:
– Правильно! Сука она и есть! И скоро ей не поздоровится!
Когда мы вышли в коридор, я нашел молча взиравшую на моё воинство Вику, что устроила себе наблюдательную позицию у окна, попросил:
– Не в службу, а в дружбу. Передай её высочеству, что мы готовы. Позицию для стрельбы я планирую организовать здесь. Тут хоть какое-то прикрытие стен есть. Стрелять будем через оконные проемы. Как только получится подловить тварь, готовьтесь выдвигаться и атаковать.
– Ты точно уверен? – испытующе посмотрела она на меня.
– В чем?
– В том, что получится подловить?
Но я посмотрел внимательно на сестру и без тени улыбки на лице просто кивнул:
– Уверен.
В этот момент вновь послышался страшный драконий крик, и, метнувшись к окну, я увидел снова пронесшуюся тень и целую полосу огня, перечертившую плац наискосок. Взглядом проводил угольно-черный силуэт с красными подпалинами, заложивший вираж куда-то в бок.
Произнёс, повернувшись к Вике:
– Твари не долго летать осталось. В этом можешь не сомневаться.
Стоило ей уйти, как я ещё раз оценил диспозицию. Здесь, в казарме, и впрямь было достаточно неплохо. Окна этой стороны, выбитые одним из первых драконьих ударов, смотрели как раз на плац и открывали вполне приличный сектор для стрельбы. Всех десятером в одно окно я, конечно, ставить не стал. Распределил отряд по трём соседним, чтобы и не толклись, мешая друг другу и находились в пределах уверенной слышимости моих команд.
Приказал:
– Достаем патрон и накладываем заклинание огненного шара. Я показывал. Не сложное, но требует внимательности. Все помнят, как плетение выглядит?
Я обвел глазами десяток, чуть нахмурился, заметив, как сразу несколько рекрутов отвели взгляд.
– Так дело не пойдёт, ребята, – произнес, не предвещающим ничего хорошего голосом, – Мы не в гимназии экзамен сдаём. У нас боевая задача. Если кто-то не уверен или что-то забыл, говорите сразу. Тут вам не пятибальная система. Двойки-тройки, за частичные знания не выставляют. Есть только два критерия: выполнил задачу, или не выполнил. И цена неуда – человеческие жизни. Поэтому еще раз повторю: плетение все помнят?!
В этот раз молчать не стали, ответив как есть.
– Четверо из десяти – не так уж и плохо, резюмировал я. – Значит так, смотрите внимательно.
Щелкнув пальцами, снова выписал медленно и неторопливо в воздухе вязь заклинания.
– А теперь достаем патроны и повторяем только уже на пуле, вместе со мной.