Перо цвета ночи

Перо пятьдесят пятое

Рассвет очистил площадь Академии от праха демонов, но не мог смыть кровавые следы. Следы того, как отчаянно и неистово боролись за свои жизни и за свою честь люди. Тела уже унесли, а раненых лечили в холле все, у кого были хоть какие-то способности к целительству.

Мелкие демоны мгновенно разбежались, как только стало известно, что Гастон повержен. И только медведь Патрик продолжал отчаянно сражаться. Сражаться за своего единственного во всех мирах друга. И умер, так и не узнав, что тот считал его всего лишь удобной пешкой.

Душу Верховного демона Бертрис надёжно спрятала, и о Сердце тут же забыли — библиотекарь постаралась.

Потихоньку Академия приходила в себя, но в стенах её не нашлось двоих — тех, кто победил зарвавшегося демона, возжелавшего стать богом. Куда они подевались не знал никто.

А Алисия и Рэйвен вслед за Дэймоном отправились в Нижний мир, чтобы лично обо всём рассказать Владыке. После отчёта Глава всех демонов захотел поговорить с девушкой наедине. В присутствии секретаря, разумеется. Возражать никто не стал. А точнее, не посмел.

— И ты меня не боишься, — ухмыляясь всеми своими тремя головами, заключил Верховный демон. Человечишка перед ним, хоть и смиренно преклонил колено и был не больше собаки, а смотрел на великого владыку Нижнего мира так, словно с каким-нибудь профессором разговаривал. Пусть и с уважением, но даже без намёка на подлинный страх.

— Прошу меня простить, но я добровольно бросилась в кипящую лаву, — напомнила Алисия. А потом решила рискнуть и сделать так, как её когда-то учила Камилла: — Да и как я могу Вас бояться, если Вы такой симпатичный?

Верховный демон поперхнулся, а потом расхохотался. Стоявший подле него секретарь побледнел, не понимая, как следует поступить. Обезглавить? Сжечь? Повесить? Наградить?

— Дерзкая. Мне нравится.

Идти так до конца.

— Не Вам одному, Владыка.

Секретарь покрылся хладным потом. И сам едва повторно не лишился духа, когда Верховный демон зашёлся истеричным хохотом. Отсмеявшись, тот сказал:

— Ну да, куда уж мне, если вы смерть обошли.

— Не без Вашей помощи.

— Рад, что ты это признаёшь.

— И буду помнить Вашу доброту до конца дней.

— Только не смей никому рассказывать! Не порти мне репутацию!

Алисия поднялась на ноги, низко-низко поклонилась и через мгновение исчезла — аудиенция закончилась.

Секретарь устало потёр переносицу — нелегко нести свою службу. Иногда он подумывал сменить работу, но всегда отбрасывал эту мысль. Где ещё найти такие хорошие условия? Бессмертие хоть и не гарантировано, но вполне возможно, да и тёща его здесь не достанет. Кто бы мог подумать, что эта старая ведьма сама подастся в демоны, только чтобы вечно изводить «любимого» зятя! А не тут-то было! Секретарь Верховного демона — персона почти неприкасаемая! Разве что Владыка опять дурить начнёт.

Нагнувшись, секретарь поднял с пола старый свиток. Не сказать, что здесь всегда царили чистота и порядок, но свитками обычно не разбрасывались. Развернув его, личный помощник Верховного демона побледнел:

— Владыка, это же контракт Рэйвена Уоллсворта!

— И что?

— Он же должен был исчезнуть!

— Должен был.

— Н-но.. Н-но он же здесь! Неужели Рэйвен Уоллсворт — всё ещё демон?!

— Нет. Полудемон.

— Но как?.. — Свиток едва не выпал из рук секретаря.

— Условия помнишь?

— Конечно, Владыка! Человек должен отдать жизнь за демона.

— А он её отдал?

— Да. То есть.. Что Вы имеете в виду?

— Руфус, напряги свой ум, за который я тебя так ценю. Или мне пора искать другого помощника?

А вот этот расклад секретаря нисколько не устраивал.

— То есть, Вы хотите сказать, что раз человек остался жив..

— Вот, совсем другое дело. Да, согласно контракту человек должен был умереть.

— Но Вы ведь его сами оживили! — вскричал Руфус и тут же сбавил тон: — Прошу прощения, Владыка!

— Дай сюда контракт.

Свиток по воздуху поплыл к Верховному демону, тот дотронулся до него и вернул секретарю.

— А теперь читай.

— Слушаюсь, Владыка. «Человек должен быть готов отдать свою жизнь за демона».

— Теперь совсем другое дело. Все формальности соблюдены.

— Владыка, но так же нельзя.. — прошептал секретарь, словно опасаясь, что кто-то может подслушать, хотя это по определению было невозможно. То тело, что видели остальные, было лишь малой частью Верховного демона. Он и был Нижним миром. — Здесь же не было слов «быть готов».

— Если я сказал, что было, значит, было! Или ты хочешь поспорить?

— Никак нет, Владыка! — отчеканил секретарь и принялся икать без остановки. Вот уж сколько тысячелетий как перестал быть человеком, а всё никак от людского недуга не избавится!

И свиток, как ему изначально и было положено, рассыпался в прах.

Уже на поверхности, где Рэйвен и Дэймон нетерпеливо ждали свою спутницу, Алисия смогла выдохнуть. Как ей до этого удавалось оставаться спокойной, она и сама не понимала.

— Всё, мы свободны! — с улыбкой сказала она ректору, и тот, не мешкая, заключил её в объятия.

— Ничего подобного! — оскалился демон-лебедь. — Птенчик мой, у меня для тебя есть подарок.

Рэйвен сдвинул брови, но возражать не стал. Только, глядя Дэймону прямо в глаза, запечатлел на губах Алисии поцелуй. Друг понятливо улыбнулся.

Подарком оказалось платье. Чёрное, без бантиков, рюшечек и прочей милой дребедени, что никогда не подходила так похожей на парня худощавой Алисии. В этом же она смотрелась так естественно, так по-женски привлекательно, что сама ахнула, когда Дэймон поставил перед ней высокое зеркало.

— Сам платье придумал! — не без гордости заявил демон-лебедь. Перо цвета ночи, служившее девушке талисманом, он превратил в кулон на короткой цепочке. — Вот стану человеком — пойду в портные!

— Ты хочешь стать человеком? — поразился Рэйвен. Эта мысль никогда прежде не приходила ему в голову.

— Нет-нет-нет! — фыркнул Дэймон и убрал зеркало. — Пошутил я. Шутка. Понимаешь? Всё, устал я от вас. Летите отсюда!

Рэйвен хотел было напомнить о субординации, но вовремя опомнился — он ведь больше не был первым наместником.

— Спасибо, друг, — кивнул ректор, оборачиваясь вороном.

— Спасибо! — вторила ему Алисия и вместе с ним орлицей взвилась в небо.

— Идиоты, — покачал головой демон-лебедь. — Влюблённые идиоты. А ведь могли оба жить вечно. Удачи вам, друзья мои.

Две прекрасные, величественные птицы прилетели в полуразрушенную Академию, приземлились на площади, обернулись людьми и вошли в здание. Камилла бросилась к своей любимице и заключила её в объятия.