Страница 17 из 18
29 сентября 1621 года король Яков даровал Уильяму Александеру хартию на основание шотландской колонии в Новом Свете.
В 1622–1623 гг. Александер снарядил две экспедиции для основания поселений в Новой Шотландии, однако отсутствие опыта и неготовность шотландцев к эмиграции в Америку не позволили создать сколько-нибудь постоянного поселения. Стремясь расширить интерес к колонии, Александер в 1624 г. опубликовал памфлет «Поощрение колоний», в котором он рекламировал красоты и богатства новых земель. Кроме того, по предложению Александера король Яков VI объявил о введении титула баронета Новой Шотландии, который мог получить любой шотландский дворянин, если он обеспечивал отправку в Новую Шотландию не менее шести колонистов с инструментами, одеждой и питанием на два года, или уплачивал Уильяму Александеру взнос в размере 3000 шотландских марок на развитие колонии. Первоначально интерес к новому титулу был незначительным.
Однако после назначения Александера в 1626 г. государственным секретарём Шотландии процесс сбора средств на создание колонии ускорился. К 1631 г. шотландцами было приобретено 85 титулов баронета.
Помимо проблем с привлечением колонистов новая колония столкнулась с претензиями Франции на эту территорию. В 1629 г. англо-шотландские войска захватили французскую крепость Порт-Роял, которая была передана под управление колониальной администрации Новой Шотландии. В Порт-Рояле было, наконец, основано постоянное шотландское поселение, во главе которого встал старший сын Уильяма Александера.
Однако судьба колонии была решена на переговорах между Англией и Францией: согласно Сузскому миру 1629 г. территория Новой Шотландии подлежала передаче Франции. Переговоры о передаче затянулись, и лишь в 1632 г. Уильям Александер согласился на ликвидацию шотландского поселения и возвращение Порт-Рояла Франции.
Уровень иммиграции в Новую Францию оставался очень низким, большинство новоприбывших были фермерами, и темпы роста населения среди самих поселенцев были очень высокими. У женщин было примерно на 30 процентов больше детей, чем у сопоставимых женщин, оставшихся во Франции. Канадский историк XX века франкофоб Ив Ландри писал: «У канадцев был исключительный рацион для своего времени». Это объяснялось естественным изобилием мяса, рыбы и чистой воды, хорошими условиями хранения продуктов зимой и достаточным запасом пшеницы.