Страница 4 из 84
Двигаться мне не позволили: туловище моё обвили невидимые лианы, и единственное, чем я могла шевелить — пальцами на ногах. Невелика свобода, но я хотя бы знала, что тело по-прежнему подчинялось мне. Ну, почти.
Будто сразу отовсюду стал доноситься шёпот, от которого дыбом встали волосы — настолько замогильно он звучал:
— Отдаю тебе, дитя, силы свои, знания свои. Береги их и передай следующей. Призови её, как и всех нас ранее, из мира другого. Ту, что, как и все мы, жизнь готовы посвятить растениям, дабы излечивать хвори людские и не людские. До самого вздоха своего последнего неси исцеление страждущим.
«В смысле, до последнего вздоха?!» — внутренне ужасалась я. — «Не надо до последнего вздоха!»
Но, разумеется, меня никто не слышал. Зато я наконец увидела ту, что всё это время со мной разговаривала. Она так и не стала плотной, как мы с кошаком, но теперь и вправду походила на привидение. И меньше всего я предполагала, что Травница окажется не древней старушкой, а писаной красавицей с длинными золотистыми волосами, ресницами-опахалами и длиннющими же ногами, чьё совершенство не скрывало простое, перевязанное плетёным поясом, льняное платье в пол. Кого-то мне она напоминала.. Да ладно! Почти один в один с той топ-моделью, из-за которой я и попала сюда, не знаю куда. Сходится: точно мои память и фантазия объединились против меня, определённо это они надо мною издеваются. То есть, я отныне буду встречать тех, на кого мне довелось обратить внимание в реальной жизни? Тогда у меня есть целый список из актёров на этот случай. Можно мне гарем из красавчиков?
Но я уже уяснила, что сюжет фильма, где главная роль досталась мне, я не выбираю.
— Остерегайся Тора, дитя..
И это было последнее, что сказала мне умирающая Травница. Подарив мне прощальную улыбку, она прикрыла глаза, подняла руки вверх и, превратившись в столб света, взмыла прямо в небеса через так и не раскрывшийся потолок. Путы, сдерживавшие меня, мгновенно ослабли, и я снова могла говорить, вот только совсем не хотелось.
Пусть мы и не были толком знакомы, я даже имя Травницы не знала, и почти со стопроцентной вероятностью её придумал мой мозг, мне её было по-настоящему жалко. В отличие от меня, она, похоже, действительно любила то, чем занималась. Что ж, надо, наверное, как-то почтить её память.
И только немного погодя, когда мы с котом завершили минуту молчания, растянувшуюся на десять, до меня вдруг дошло, что имя-то мужское очень уж знакомое. Неужто организм так мстит мне за то, что я его целую неделю в прошлом месяце мучила марвеловскими фильмами? А что ещё он придумает? Главное, чтоб тут Чужой не объявился, а то я иногда и ужастиками на ночь глядя балуюсь.
— Она что.. того? — Кот поднял на меня свою растерянную морду. — Точно — того?
— Точно, — подтвердила я со вздохом.
Вместе с Травницей исчезло и сено, и на полу остались лежать только вилы. Впрочем, против я не была — вполне себе неплохое оружие, если что. Да и вообще, все эти садовые инструменты очень даже сгодятся для защиты, я же не знала, какой мир мне достался в подарок от шишки на голове.
— И что нам теперь делать? — озвучил мой вопрос кот.
— Давай для начала оглядимся, что ли.
Оказалось, что за стогом сена прятался толстый ствол дерева. Видимо, вокруг него эту комнату и построили. Говорю, комнату, потому что только одна дверь из неё вела на улицу, две другие — куда-то ещё. Ни туда, ни туда мне идти не хотелось. Как там обычно считается: в новое жильё нужно первым запустить кота, да?
— Не смотри на меня так, пожалуйста, — прошептал он, пытаясь спрятать голову в плечи. Разумеется, у него ничего не вышло.
Я указала на ближайшую ко мне дверь, ведущую в другое помещение.
— Иди посмотри, что там.
— Не пойду.
— Трус несчастный.
— Я не несчастный. Я просто трус. А будешь настаивать..
Он покосился на мой рюкзак, и я поджала губы.
— Ладно, сама посмотрю.
— Я тебя здесь подожду, — отозвался кошак.
— То есть, ты хочешь остаться здесь один-одинёшенек. В незнакомом месте. Совсем-совсем один..
— Я с тобой пойду! — вскочив на лапы и бросившись ко мне, сообщил он.
Посмеиваясь про себя, я отворила деревянную дверь. Ну что ж, раз я пока не могу вернуться в реальность, значит, будем смотреть это грёбаный фильм.