Магические будни интровертки

Глава 10

После вчерашней грозы воздух посвежел настолько, что его хоть в банки закатывай и продавай потом как лечебный. А что? Вполне себе неплохая бизнес-идея.

— Красота-то какая! — жмурясь на солнышко, воскликнул Боюн.

— Может, со мной всё-таки пойдёшь?

— Не-а!

А что я ожидала? Помойно-дворовой кот оказался ещё большим домоседом, чем я. Не поймите неправильно, я бы и сама дальше огорода не пошла, да мне не оставили выбора. Во-первых, отблагодарить юную змейку всё-таки стоило. Для неё я захватила кувшин с квасом. Её папашу тоже — ему предназначалась медовуха. А во-вторых, надо же наконец узнать, где и во сколько этот чёртов Совет и почему я обязана на него явиться!

— Ты там аккуратнее давай! — напутствовал меня кошак, провожая ровно до границы наших с ним владений.

Он почувствовал её раньше, наверное, вообще сразу, а вот я только-только начала распознавать эту нечёткую грань. То ли дело в плотности воздуха, то ли в каких-то ощущениях — я никак для себя не могла определить, но мы с котом проверяли — для нас она одинаковая. Любопытно, а остальные тоже её чувствовали? Надо будет спросить.

— Ага, хорошо.

— Нет, я серьёзно, Насть! Не сломай там себе ничего по дороге.

— Угу.

— Целая вернись.

— Угу.

— Шею не сверни.

— Боюн!

— Что? Я ж волнуюсь.

Кот ещё долго смотрел мне вслед — спиной чувствовала. Сама я не оборачивалась, чтобы ненароком не расплескать ценные напитки. Кувшины, между прочим, я в запасах Арины отыскала тоже непростые: они сохраняли холод ничуть не хуже самых крутых термосов. Кстати, как я их обнаружила? Да просто увидела! На них налёт имелся небольшой, что-то вроде инея, я поскребла его — растаял, а потом тут же вернулся. Поверхность у кувшинов совсем не холодная, а вот если руку внутрь засунуть — ух! — отморозить можно!

А вот в лесу меня ждала проблема: я заблудилась. В прошлый раз я наткнулась на Василису на тропинке, а затем, не глядя по сторонам, бежала за змейкой. Обратно я тоже вышла, каким-то чудом умудрившись не заплутать. Сейчас же всё кругом казалось мне незнакомым. И, чего уж там, страшным. Отовсюду мне мерещились глаза, но, когда я подходила ближе, оказывалось, что это либо ягодки, либо рисунок на коре, либо цветочки, либо.. действительно глаза. Так, я напугала несколько то ли жаб, то ли лягушек — никогда их не различала, — одну белочку и парочку птиц. И ведь я понятия не имела, обычные они или, как в случае с Василисой, полулюди. В этом мире подвох можно было ожидать где угодно. Вот съел ты карася на обед — и всё, пропал твой суженый. Ух, даже думать о таком не хотелось.

Между тем я всё брела и брела, а куда точно идти, понятия не имела. Вскоре дорожка превратилась в три и отчего-то напомнила мне Змея Горыныча. Ну и ассоциации у меня, конечно. В любом случае мне было не по себе. Лес становился всё темнее, звуки — всё громче и неожиданнее. Несколько раз я едва не выронила кувшины, и как-то мне удалось их сохранить — сама не знаю как. И я не сделала ни одного глотка, хотя, признаться, ужасно хотела пить — я довольно долго блуждала. Если верить внутренним часам, то время шло к обеду. Да уж.

— Ух, леший тебя задери! — выругалась я, когда зацепилась за какую-то корягу и чуть нос себе не расшибла. Квас и медовуху я не разлила — чудеса в решете.

— Кого это я должен задрать? — раздалось у меня за спиной, и я едва не поседела. Почему всегда, блин, за спиной?!

Очень осторожно я повернулась, а потом посмотрела вниз и с облегчением выдохнула:

— Митрофан!

— Ну, здравствуй, Настасья! — заулыбался он. — Куда путь держишь, красавица?

Ну, хоть кто-то считает, что я красотка. Не то что некоторые.

— К Василисе, — сказала я и, поморщившись, добавила: — и к Тору.

— Э, девонька.. — расхохотался он. — Эдак ты к ним никогда не дойдёшь. Вот никогдашеньки.

— Почему это?

— Заговорённый у них дом. Василискина магия. Если сами не пригласили — ни в жисть не дойдёшь!

— И что теперь делать? — расстроилась я. Да и руки онемели от тяжести кувшинов. То ли выпить, то ли вылить. И кувшины в дребезги. Да ладно, это я просто устала.

— Василиску звать, вестимо!

— Ого! А как?

— А вот так! — подмигнул мне леший и как заорёт дурным голосом: — Василиска, тудыть-растудыть! Митрофан кличет!

После такого зова лично я вряд ли бы явилась, однако спустя всего несколько секунд справа от меня зашуршали кусты, и на дорожку выползла изумрудная змея. Хоть я и знала, кто это, а всё равно чуть в обморок не хлопнулась — остановила только ответственность за гостинцы.

— Деда Троша, ты звал? — Чешуйчатый монстр встал вертикально. — Тётенька Настя!

— П-привет! — поздоровалась я и протянула ей какой-то из кувшинов, затем всё же подсунула его себе под нос, удостоверилась, что там квас, и снова вытянула руку: — Пить хочешь?

— Очень! — обрадовалась змейка и вмиг превратилась в девочку в зелёном платьице. — Как раз за водицей студёной собиралась.

— Ну, так я тогда пошёл! — подмигнул мне дедуля. — Тору от меня привет.

— Угу, — кивнула я. А потом опомнилась и сказала: — Спасибо!

Вот, теперь было вежливо

— Тётенька Настя, пить! — Девочка протянула ко мне свои ручонки.

— Конечно. — Заветный кувшин нашёл ту, кому предназначался.

Я бы сейчас тоже не отказалась от глоточка, а холодная медовуха так соблазняла.. Но я сдержалась!

Напившись — весь кувшин за раз выглушила! — она вернула мне тару и вытерла рот рукавом.

— Благодарствую, тётенька Настя!

— Это тебе спасибо! — едва не давясь слюной, ответила я. — Если б не твой яд, я б до сих пор на одной ноге прыгала.

— А пойдём к нам! — предложила вдруг Василиса. — Там папа обед готовит. Суп грибной варит, картошечку жарит, — с каждым её словом во рту у меня появлялось всё больше и больше слюны, — хлебушек печёт, сальце нарезает..

— Идём! — прервала её я, чтобы прекратить эту гастрономическую пытку. А иначе я точно упала бы в обморок. В голодный.

Василиса скакала по личной дорожке — вот вообще всё перед ней разбегалось! — как самый обычный ребёнок. Если не считать того, что с ней в главной роли можно фильм про анаконду снимать. Даже дублёр не понадобится! Я шла за ней, бережно прижимая к себе оба кувшина, один из которых всего несколько минут назад опустел. Кто бы мог подумать, что в маленькую девочку может столько влезть. Это как у котёнка, у которого желудок с напёрсток, но вмещает в себя пакет молока, да? Надо будет потом уточнить у Боюна, сколько он жидкости за раз в состоянии выпить.