Страница 15 из 84
Не скажу, что я зависима от кофеина, но сейчас бы точно не отказалась от чашечки латте или капучино. Да на худой конец и три в одном подойдёт. Однако в этом доме меня ожидали лишь травки-муравки. Тоже вкусные, надо признать, особенно с мёдом, но душа-то требовала иного. Ну, ничего, главное сейчас — понять, где брать еду.
— Точно со мной не пойдёшь? — скорее по привычке, нежели по необходимости спросила я у кота.
— Точно-точно! — зевнул он и, потянувшись, свернулся клубком на кресле. Моём кресле, между прочим.
Вчерашнюю ошибку я повторять не стала и, вместо сандалий, надела даже не туфельки, а полуботинки. Утро встретило меня хмурыми облаками, поэтому на всякий случай я в рюкзак закинула зонтик. Среди вещей, оставленных мне Ариной, я ничего подобного не нашла. Интересно, чем тут местные от дождя укрываются? Мне вообще много чего интересно, только, где искать ответы — я не знала. Вот почему, если куда-то попадаешь, тебе не дают какой-нибудь путеводитель? Или, на худой конец, не читают лекцию под запись, как выживать в новом мире? Мне сейчас бы очень пригодилось.
Назад я уже ходила — не понравилось. Поэтому сейчас решила пойти прямо. Как выяснилось, считалочкам доверия нет. Что там в сказках говорят, если прямо пойдёшь? Вот вообще вспомнить не получилось, но вряд ли будет хуже, чем вчера.
Как и в лесу, в поле я тоже обнаружила хорошо протоптанную и наезженную дорожку. Настолько хорошо, что где-то даже виднелась лысая земля. К счастью, дорога была здесь только одна, так что заблудиться мне не грозило. На всякий случай я всё же старалась запоминать что-нибудь необычное, чтобы потом наверняка отыскать путь домой. У меня там кот некормленый как-никак.
Светло-серые облака приобрели графитовый оттенок и нависли низко над моей головой. Настолько низко, что, если молнии вздумается ударить по моей макушке, то зигзаг вряд ли будет намного длиннее хвоста Пикачу. Может, я немного и преувеличила, но ощущения у меня были именно такие. Успокаивало то, что мой, пусть и маленький, но очень крепкий зонтик не раз спасал меня от непогоды.
Я похвалила себя за то, что сменила обувь, потому что идти было намного приятнее и не так боязно, что на что-то наступишь, или кто-то на тебя покусится. Может, вчера мне и повстречалась полузмейка-получеловек, но ведь не исключено, что здесь водятся и настоящие змеи, а возможно, и ещё какая-нибудь кракозябра, охочая до женских ножек.
Сперва я, можно сказать, наслаждалась прогулкой, а потом начала переживать, что выбрала не тот путь, потому что я всё шла-шла, а ни на кого и ни на что не натыкалась. В конце концов, я не просто красоты местные изучить отправилась, а найти какую-нибудь провизию. Я уже подумывала бросить пустую затею и отправиться домой, как дорога вдруг вильнула влево, и за деревьями я разглядела какие-то домики. Приободрившись, я ускорила шаг. Никогда особо не искала общества, но жизнь заставила.
Чем ближе я подходила, тем громче становились голоса. Признаться, я немного струсила и даже едва не развернулась, и только воспоминание о голодных глазах Боюна заставило меня двигаться вперёд. Ладно, о своей продовольственной безопасности я тоже пеклась.
Открывшиеся мне низенькие домики из посеревших брёвен напомнили Музей народного творчества, в который нас чуть ли не каждый год с третьего по восьмой классы возили в школе. Только тут, вместо работников музея, по улочкам сновали разнообразные существа. Я уже тёртый калач, поэтому не удивилась. Но коленки немого тряслись, скрывать не буду.
— День добрый, Настя! — поприветствовала меня невысокая женщина с гнилыми зубами. Седые космы её спутались в дреды, но при этом их украшали нитки речного жемчуга. Лицо, хоть и морщинистое, но без единого пигментного пятна, а кожа гладкая настолько, будто за нею ухаживали только самые лучшие косметологи. Да и серебристо-белое платье на незнакомке было не из простых — шёлк не иначе.
— Добрый.. — Я силилась вспомнить, кто передо мной, но не получалось.
— Да не мучься ты так, девонька! — усмехнулась она. — Митрофанова я жена, Любава.
Можно подумать, мне это чем-то помогло.
— Э..
— Митрофан. Леший. Он давеча к тебе заходил. Настойку для меня брал.
— А Вы.. ты.. — Никак не привыкну к местным порядкам.
— Кикимора я.
— Да ладно! — воскликнула я и тут же прикусила себе язык. Ещё не хватало обидеть её. Конечно же, я поспешила исправить ситуацию. — Просто ты замечательно выглядишь!
И тут я душой не покривила, потому что не вязался образ Любавы с, так сказать, классическим. Как-то не так я себе кикимор представляла. А где лохмотья? Где длинный деревянный нос, на котором растёт одинокий листик? Где волосы зелёные?
— Митрофан говорил, что ты девка хорошая, — закивала Любава. — Ты в деревню к нам зачем пришла?
Я ей всё и рассказала. И о том, что есть нечего, и о том, что денег нет.
— А зачем тебе деньги? — удивилась кикимора. — Ты ж Травница!
— И что? — Я не понимала, к чему ведёт моя новая знакомая.
— Ах, Аринка, Аринка! — поцокала языком Любава. — Неужто не расписала тебе, что да как?!
Я замотала головой:
— Не успела она. Наверное.
Отчего-то у меня поселилось чувство, что моя предшественница нарочно не оставила мне никакой информации. С её слов и действий я поняла, что она ждала кого-то другого, а тут я явилась. Злиться я на неё всё равно не могла. Как-никак, а дом мне достался хороший и, что самое главное, на отшибе.
— Ну, так тебе Тор лучше всех обскажет! — сказала кикимора, и я как-то сразу поняла, что она собирается сделать и, к немалому своему сожалению, оказалась права. Любава обернулась и как гаркнет: — Тор! Сюда иди!
«А можно не надо?..» — простонала я про себя, но было уже поздно, потому что из-за одного из домов высунулась блондинистая голова викинга.
Да что такое! Почему, куда я не пойду — на него натыкаюсь?! Нет, серьёзно: где я так нагрешила?
«Пожалуйста, не иди сюда!» — взмолилась я мысленно. — «Брысь! Псик! Фу! Плохой мальчик!»
Но он уже шёл к нам. Весь такой суровый, важный. И я, вся такая бледная и.. голодная. Ладно, если он сможет мне помочь, пожалуй, смогу какое-то время выдержать его компанию.
— Тор, ты слышал, что Аринка наша учудила? — покачала головой Любава, когда он стал около неё, но смотрел при этом исключительно на меня. Как только дырку взглядом не прожёг, непонятно. — Ничего девке не объяснила! Ой! — спохватилась она. — Заболталась я с вами! Митрофан же мой голодный сидит! — Затем кикимора строго-строго посмотрела на викинга и тихонько сказала: — Обидишь девочку — прокляну.