Страница 43 из 219
именно
Глава 15
Дрэвин
Огонь потрескивал в камине покоев Атласа, наполняя комнату ароматом горящего кедра, пока Дрэвин сидел на диване, наслаждаясь тишиной. Тепло должно было унять холод в костях, но ничто не могло прогнать его — ни смена одежды, ни вино в руке, даже его наполненная огнем кровь не могла убрать ледяную дрожь, пробегавшую по позвоночнику каждый раз, когда он думал о ней. Об Эсми.
Атлас развалился в кресле с высокой спинкой напротив него, закинув ногу на ногу, с кубком вина в руке.
— Итак, — протянул его брат, наблюдая за ним поверх края чаши. — Что
произошло в этой твоей маленькой поездке? Я хочу подробностей. И надеюсь, что некоторые из них будут грязными, — он поиграл бровями.
Ну вот и закончилась тишина.
Дрэвин закатил глаза.
— Ты заноза в заднице.
Атлас сменил позу и подался ближе к нему.
— Ой, да брось. Я уверен, что всё не было так уж ужасно. Я имею в виду, слава богам, что ты в порядке, но…
— За исключением Калипсо и Нарисы, ибо они явно делали всё возможное, чтобы утянуть меня в свои пучины, — перебил его Дрэвин.
— Смело — так дурно отзываться о богинях, Дрэ. — Атлас прыснул, но, когда Дрэвин не разделил его веселья, лицо брата стало серьезным. Он потер виски. — Ладно, теперь серьезно. Что случилось?
Дрэвин вздохнул и рассказал ему историю о том, как они вышли в море на поиски Мэриниса, о женщине, которую он встретил в Анкоридж-Коув, и о бое, разразившемся на палубе его корабля, когда Блэквуд нашел их. И напоследок — о массивном существе, полностью состоящем из воды, которое отправило его судно на дно моря. К концу рассказа лицо Атласа побледнело.
— Ты серьезно насчет кракена?! — ахнул Атлас.
Дрэвин быстро затряс головой, отказываясь встретиться с ним взглядом.
— Я не нахожу другого объяснения тому, что видел собственными глазами. Команда верит, что это была шальная волна, но я видел всё как есть, прежде чем это чудовище потушило мое пламя. Щупальца ползли по бортам моего корабля, вздымаясь к небу, прежде чем обрушить его вниз.
— И ты сказал, что они были сделаны из
воды
? — вставил Атлас.
— Именно так.
— И как же команда этого не заметила? — спросил его брат.
Дрэвин сглотнул, зная, какой будет реакция, прежде чем признался:
— Я испепелил канаты, державшие пинасы. Они рухнули обратно в воду прежде, чем я смог увидеть весь масштаб того, с чем мы столкнулись. Никто не обмолвился ни словом о том, что видел монстра Блэквуда. Только волна без шторма.
— Ты сделал
что
?!
— Это было сделано, чтобы дать им шанс на спасение, — сказал Дрэвин, пожав плечами. — А капитан должен идти на дно вместе со своим кораблем.
— Это такая чушь, Дрэ, — рявкнул Атлас. — Ты
принц
. Как твой будущий король, я, блядь, запрещаю тебе когда-либо снова выкидывать подобные идиотские трюки, — Дрэвин никогда не видел, чтобы Атлас становился серьезным так быстро. — Это чудо, что ты не утонул! Что, если бы ты никогда не вернулся в Лефирин?
Дрэвин не знал, как сказать брату, что в Лефирине его почти ничего не держало, кроме него самого. Отец приговорил его к морю, и там он чувствовал себя больше дома, чем в собственном королевстве. Несмотря на то, насколько сильно его пламя презирало воду.
Атлас выдохнул.
— Эта женщина, которую ты нашел и которая искала убежища… Она утонула?
Дрэвин откашлялся. Волна сожаления прокатилась по нему при мысли о том, как он запер её в камере без возможности выбраться, пока внутрь врывалась вода.
— Да. Всё, что она искала, — это путь к лучшей жизни, по крайней мере, так она говорила. А в итоге это лишь обрекло её на погибель в пучине.
— Ты не можешь винить себя за это, Дрэ, — заверил он его. — Это не твоя вина.
От этих слов ему не стало легче — это была его вина, что она погибла в море. Его вина, что у неё не было шанса спастись на шлюпке вместе с его командой. Он попытался сделать доброе дело,
хоть раз
. Что-то большее, чем то, чем всегда был славен
Феникс
— смерть, разрушение и разорение.
Он хотел принести кому-то мир. Хотя бы однажды.
Дрэвин взглянул на открытые двери, ведущие на балкон с видом на Лефирин. Занавески, отодвинутые в сторону, трепетали на ветру, влетавшем в комнату.
— А разве нет?
— Нет. И я не хочу, чтобы ты держался за это чувство вины. Виноват в этом Сайрус Блэквуд, и только он, — Атлас несколько раз раздраженно выдохнул. — И эта его маленькая
тварь
, — прорычал он.
— Возможно, ты прав, — солгал он, зная, что всегда будет нести это бремя, так же, как и за смерть матери.
Атлас откинулся на спинку кресла, изучая Дрэвина взглядом.
— Ты сказал отцу, что тебя выбросило на обломки. Это правда?
Он кивнул.
— Я был без сознания, легкие были полны воды, когда я внезапно пришел в себя и выкашлял то, что едва не убило меня. Я готов поклясться, что слышал голос, чей напев вернул меня из-за грани.
Видение нахлынуло на него внезапно: он распластан на полуразбитых досках, выкашливает морскую воду и видит перед собой пару ледяных голубых глаз, замерших над ним. Однако, как только зрение прояснилось, они исчезли. Он всё это вообразил — вообразил, что
она
была той, кто его спас.
Атлас рассмеялся.
— Дрэ, ты что, приложился к рому перед кораблекрушением? Или, может, сильно ударился головой?
Дрэвин уставился в камин, наблюдая за тем, как пляшут и горят языки пламени.
— Ты веришь в сирен?
Его брат замер лишь на секунду, но затем к нему вернулась беззаботная ухмылка, и он сделал глоток вина.
— Ты спрашиваешь, верю ли я в страшилки? Мифы и легенды? Должен признать, я обожаю хорошие истории. Обычно те, что рассказывает пьяный матрос в таверне, пытаясь оправдаться, почему он насадил свой корабль на скалы.
Дрэвин резко выдохнул, качая головой.
— Я серьезно.
— Я тоже, — Атлас подался вперед, теперь уже пристально изучая его. — Что? Ты думаешь, тебя спасла
сирена
?
Он замялся, его пальцы крепче сжали кубок, пока он глубже погружался в подушки дивана.
— Я не знаю.