Страница 147 из 219
Эсмира была удивлена, обнаружив, что сегодняшняя встреча с Сиреной назначена вовсе не в башне, где их удерживали последние несколько дней, а на самой окраине города. Она была искренне благодарна за то, что гнев Сирены, бушевавший прошлым вечером, похоже, не перетек на следующий день.
Перед ними простиралась уединенная лагуна; тихие волны ласково лизали берег, а воздух был напоен ароматами соли и диких цветов. Яркие мерцающие огни танцевали на водной глади, переливаясь, точно рассыпанные алмазы.
— Эсмира, — произнесла Сирена, делая шаг и равняясь с ней, — знала ли ты, что рождена с дарами, которые простираются далеко за пределы простого управления водой?
Эсмира и сама об этом догадывалась. Именно так она в свое время поняла, что не является обычной сиреной-оборотнем, какими их описывали в книгах, через которые она продиралась долгие годы. Это лишь укрепляло её в мысли, что в ней течет кровь какой-то другой расы — возможно, эльфийской.
Сирена указала рукой в сторону лагуны:
— Для начала ты должна наладить связь с существами нашего мира, — Эсмира сделала несколько шагов к воде, пока сестра продолжала: — Видишь ли, наш народ — это не только жители королевства, но и все создания, населяющие море. Они находятся под нашей защитой. Они доверяют нам и помогают, когда это необходимо. Но сперва ты должна научиться понимать их.
Опустившись на колени у самого края лагуны, Эсмира погрузила ладони в прохладную, прозрачную воду, ощущая её пульсацию под пальцами.
— Забудь о внешнем мире, отрешись от всего, что нас окружает, и слушай, — наставляла Сирена.
Эсмира закрыла глаза и глубоко вдохнула, стараясь отгородиться от посторонних звуков. Сначала она слышала лишь рокот волн и тихий шелест ветра в высокой прибрежной траве.
Но вскоре она почувствовала его — едва различимый шепот, поднимающиеся голоса из-под толщи воды.
Она открыла глаза, сфокусировав взгляд на стайке ярких рыбок, игриво снующих на мелководье. Они замерли, словно почуяв её присутствие; их крошечные тельца переливались подставленной солнцу чешуей.
Волна непривычного волнения захлестнула её, и она прошептала:
— Они меня не боятся.
— Конечно не боятся, — отозвалась Сирена, и в её тоне промелькнуло легкое недоумение.
Она опустилась на песок рядом с ней:
— А теперь потянись к ним. Поговори с ними так же, как они говорят с тобой.
Снова сосредоточившись, Эсмира устремила все мысли к рыбам, позволяя своему разуму слиться с их сознанием. Образы океанских глубин хлынули в её мысли: коралловые рифы, бескрайняя водная гладь и ритм приливов за пределами их купола.
Это было упоительно — ощущать их доверие и связь. Хотя вместе с тем пришло и неоспоримое чувство тоски: она сама кожей почувствовала, как сильно они жаждут оказаться по ту сторону тюрьмы, в которую превратился Мэринис.
— А теперь задача чуть посложнее, — начала Сирена. — Доводилось ли тебе когда-нибудь принимать облик чего-то, что
не
является твоей ипостасью сирены?
На губах Эсмиры заиграла ухмылка:
— Да.
Она опустила кончики пальцев на землю, и кожа на её руке мгновенно изменилась, без труда сливаясь с песчинками.
Глаза Сирены вспыхнули.
— Что ж, в таком случае, — заговорила она, медленно захлопав в ладоши, — похоже, ты уже на несколько шагов впереди.
Эсмира не смогла сдержать гордой улыбки, возвращая коже её привычный оттенок:
— Это забавный фокус, которым я балуюсь на берегу. Хотя, если на мне много одежды, это превращается в сущую головную боль.
Сирена тихо рассмеялась, поднимаясь на ноги:
— Ну а что, если я скажу тебе, что со временем это перестанет быть помехой?
Эсмира нахмурилась, вставая рядом с ней:
— Что? Как это возможно?
— Нет ничего невозможного, — Сирена заговорщически подмигнула.
Губы Эсмиры приоткрылись — вопрос, который она жаждала задать уже несколько дней, замер на кончике языка:
— И ты веришь, что это касается и поднятия Мэриниса?
Как бы отчаянно она ни хотела помочь, она всё еще не была до конца уверена, что это осуществимо — и уж тем более, что именно она станет ключом к спасению.
Сирена взяла её за руки и, заглянув в глаза, произнесла:
— Я верю в это всеми фибрами души, Эсмира. Но чтобы призвать силу, способную поднять Мэринис… этого нужно
захотеть
. Понадобимся мы обе. Сама я не справлюсь. Поверь мне, я пыталась высвободить эту мощь. Мы с тобой — две половинки одного целого.
— Захотеть? — Эсмира едва не поперхнулась от удивления, издав короткий смешок. — Разумеется, я этого хочу. С чего бы мне не хотеть? Зачем бы я вообще была здесь и пыталась, если бы не это?
Сирена покачала головой:
— Нет, сестра. Потребуется колоссальный выброс энергии. Ты должна не желать ничего сильнее этого. Сила вспыхнет внутри тебя. Внутри нас обеих, когда придет время. Потребуется вся наша сосредоточенность. Весь наш дух. И любые отвлекающие факторы пойдут нам только во вред.
Эсмира вгляделась в лицо сестры — точную копию её собственного, если бы оно излучало тепло. Её золотистые локоны ниспадали до самой талии, а глаза были такими же приветливыми, как солнце, замершее над линией горизонта.
Именно тогда она поняла, что Сирена была той самой недостающей деталью в её жизни — в её сердце. Второй её половинкой, отделенной и вырванной в момент рождения.
Но они нашли друг друга.
Эсмира обрела свой дом. И будь она проклята, если позволит кому-то или чему-то снова отнять его у неё.
— Отвлекающие факторы? — Эсмира слегка склонила голову набок.
Сирена пристально изучала её, поджав губы:
— Знаешь, я заметила, как ты на него смотришь, — начала она легким, но прощупывающим тоном. — Прошлой ночью это было довольно трудно не заметить.
Сердце Эсмиры забилось чаще от этого намека:
— На кого? На Дрэвина? — она небрежно махнула рукой, симулируя полное равнодушие, но по лицу Сирены видела, что ту не обмануть.
— Твоими же словами… Да, — ответила королева с лукавой усмешкой. — У тебя есть чувства к человеку, которого ты спасла?
Её брови сошлись на переносице от этого вопроса, а в животе завязался тугой узел:
— Абсолютно никаких. Всё совсем не так.