Страница 136 из 219
Её кулак с глухим стуком врезался Дрэвину в щеку, и его глаза хищно вспыхнули. Их взгляды встретились, и она не упустила из виду то, как приподнялся уголок его губ.
— Идеально. Вот точно так же, — похвалил он, и её ухмылка стала откровенно зловещей.
Спарринг возобновился с новой силой, и теперь уже никто из них не пытался скрыть азартных улыбок.
Неужели ей…
нравилось
?
Пусть она и не была сильна в рукопашном бою, её развитая мускулатура давала ей весомое преимущество. Века, проведенные в плавании под толщей океанских волн, безупречно вылепили её тело, наделив её невероятной физической силой — особенно в ногах.
— Пожалуй, ты всё-таки не безнадежна, — признал Дрэвин, его голос звучал низко и насмешливо, когда он уклонился от очередного её хука и перехватил её запястье, пресекая следующую атаку. — Хотя мне искренне любопытно, сильно ли это тебе поможет, когда против тебя окажется кто-то, кто не станет поддаваться.
Тяжело дыша, она силой вырвала руку из его пальцев, гневно сверкнув глазами.
— А я-то думала, мы только разминаемся, — она пренебрежительно цыкнула. — Или ты просто пытаешься залезть мне в голову и обесценить мои успехи?
Они снова начали медленно кружить друг вокруг друга в этом смертоносном танце.
Его взгляд мгновенно потемнел:
— Дело не в успехах. Дело в реальности. И ты вверяешь свою судьбу людям, которых совершенно не знаешь, каждую чертову секунду, что мы торчим здесь, на глубине.
— Пусть я еще не знаю Сирену до конца, но я
почувствовала
ту силу, которой мы обладаем вместе. Тебя там не было! — огрызнулась она. Вспыхнувшее разочарование швырнуло её обратно в бой, и она нанесла резкий удар ногой прямо ему в грудную клетку.
Дрэвин со стоном отшатнулся назад, его ладони мгновенно прижались к грудине. Волна гордости затопила Эсмиру.
Его взгляд опустился туда, куда пришелся удар, а на лице расплылась многозначительная ухмылка:
— Возможно, меня там и не было, — парировал он, — но сейчас я здесь. Единственная непреложная истина заключается в том, что ты её не знаешь. И всё, что я вижу — это женщину, которая сломя голову летит в историю, финала которой даже не ведает, свято веря, будто чужаки из чуждого нашему верхнему миру места принесут ей покой.
Покой.
Она яростно оскалилась, и они замолчали; их спарринг стал по-настоящему ожесточенным. В каждый свой выпад она вкладывала всю свою недюжинную силу и накопившееся напряжение, чувствуя, как внутри закипает жар чистой ярости.
Эсмира попыталась сделать ему подсечку, но когда он увернулся, она ловко запрыгнула ему на спину, намертво обхватив его торс ногами и сжимая его ребра с сокрушительной мощью. Он подался вперед на несколько шагов, прежде чем сумел восстановить равновесие. Она зажала его шею в удушающий захват, пока один-единственный коготь, выдвинувшийся из её пальца, угрожающе прижался к его горлу.
Прильнув губами к самому его уху, она прошептала:
— Ты боишься, что я доверяю чужакам, но разве мы с тобой не такие же чужаки друг другу, Дрэвин Роу? — её голос буквально источал сладкий яд.
Гортанный, хриплый смешок сорвался с его губ, и её торжествующая улыбка мгновенно сползла с лица. Он повернул голову настолько, насколько позволял её захват, и один огненный глаз впился прямо в её зрачки.
— И это всё, кто мы друг для друга, Эсмира? Чужаки?
У неё перехватило дыхание.
«Нет»
, — промелькнуло в её мыслях. С каждым прожитым днем Дрэвин казался ей кем угодно, только не чужим человеком.
— О, ты сама всё слишком упрощаешь, — со смешком бросил он.
Проклятье.
Он завел руки назад, и его мозолистые ладони скользнули вверх по задней поверхности её бедер, надежно фиксируя захват. Кончики его пальцев с силой впились в кожу, заставляя её пульс ускориться. Это прикосновение было уверенным, но оно продлилось самую малость дольше необходимого, пустив по её позвоночнику отчетливую дрожь.
Эсмира отчаянно пыталась игнорировать то, что творили его руки, заставляя свой разум сосредоточиться на поединке, а не на обжигающем жаре его ладоней.
Без малейшего предупреждения Дрэвин переменил стойку и резким, выверенным движением перебросил её через плечо. Она полетела вперед, увлекая его за собой, прежде чем рухнуть на спину прямо в траву. Эсмира тяжело ловила ртом воздух, пока он нависал над ней; его руки после броска всё еще покоились на её бедрах.
Какое-то мгновение ни один из них не шевелился. Он был близко — непозволительно, слишком близко. Его тяжесть ощутимо давила на неё, лицо находилось всего в нескольких дюймах от её собственного, а взгляд был пронзительным, темным и пытливым. На долю секунды его взор скользнул к её губам, после чего снова вернулся к глазам. Это, в сочетании с жаром его тела, заставило её щеки вспыхнуть багровым румянцем.
— Ты сжульничала, — произнес он, и его горячее дыхание коснулось её уха. Голос прозвучал хрипло, но в нем угадывались покровительственные, игровые нотки.
Эсмира никак не могла заставить себя отвести взгляд, слова застревали в горле.
— Ты меня разозлил, — выдохнула она; её грудь часто вздымалась и опускалась, отчего голос прозвучал куда мягче, чем она планировала.
Дрэвин ухмыльнулся, демонстрируя свою невыносимую ямочку на щеке, после чего отстранился — ровно настолько, чтобы выпустить её из своего плена.
— Смысл этого как раз в том, чтобы действовать так, словно ты
, — сказал он, протягивая ей руку, хотя лукавый блеск в его глазах выдавал, что он прекрасно осознавал, какой эффект на неё произвел.
Она ухватилась за его ладонь, ощущая пальцами его жесткие мозоли. Ровные удары его пульса под кожей вошли в идеальный резонанс с её собственным сердцем, когда он рывком поднял её на ноги.
Несколько секунд они просто стояли друг напротив друга, окруженные плотным, почти осязаемым напряжением, застывшим между ними невысказанным электрическим разрядом.
— Вот вы где! — голос Брайар эхом раскатился по саду.
— Черт, — процедила сквозь зубы Эсмира.
Брайар приблизилась к ним с явной нерешительностью.
— Всё… всё в порядке? — она растерянно перевела взгляд с одного на другого, пока снова не остановилась на Эсмире. Следующие слова она произнесла едва ли не шепотом: — Мне нужно позвать стражу?
Эсмира коротко, громко расхохоталась, в то время как Дрэвин проворчал в ответ какую-то колкость, которую она даже не сочла нужным разбирать.