Страница 128 из 138
Ивасаки, тихо сказав что-то Йоко, отошел с ней ближе к одной из окружавших двор стен. Эмири села на покрытую трещинами скамейку, притаившуюся среди стволов деревьев, и я не сомневалась, что, не будь сейчас так темно, она бы спокойно принялась читать книгу. Араи, отойдя к тому узкому проходу, через который мы пришли, замер рядом с ним, то ли прислушиваясь к доносящимся с той стороны зданий шорохам, то ли углубившись в свои мысли.
Кадзуо же, словно пытаясь спрятаться ото всех, отошел как можно дальше, в тень. Я задумалась, стоит ли нарушать его одиночество, и, перебарывая сомнения, решила все же подойти. Провести, как бы я ни пыталась закрывать глаза на возможность такого развития событий, может быть, последние минуты рядом с Кадзуо. Тем более что он сам сказал мне, что рад, когда я рядом.
Но меня опередил Хасэгава.
Увидев, как он медленно подошел к Кадзуо, держа руки в карманах своего плаща, я сначала почувствовала укол раздражения, но затем меня охватила тревога.
Более того.. мой мозг явно не справлялся с этой задачей: сопоставить тот факт, что Хасэгава, которого я знала, с которым прошла не один кайдан, и Хаттори, о котором рассказывал Кадзуо, который на пару лет заменил ему и брата, и отца, – это один и тот же человек. А когда к этому прибавлялось еще и то, что он же и есть тот самый серийный убийца.. Я чувствовала, как от подобного несоответствия у меня начинала раскалываться голова.
Мои чувства и ожидания, мои представления никак не желали соединяться со всем остальным пазлом реальности. Эти детали явно были из разных наборов.
Почувствовав чье-то приближение, Кадзуо поднял голову, выныривая из размышлений, и увидел Хасэгаву. Я заметила, как в этот момент, не готовый к подобному, Кадзуо потерял привычную броню и в его глазах пронеслись искры удивления и страха, но почти мгновенно потухли. Взгляд Кадзуо, потемнев, лишился всякого выражения, как и его лицо.
Но я не сомневалась, что и Хасэгава успел заметить первую его реакцию.
— Что тебе надо? – ледяным тоном спросил Кадзуо, когда Хасэгава остановился перед ним, но я увидела, как он нервно сглотнул.
Я зло посмотрела на Хасэгаву.. и тогда эта моя злость, застыв, раскололась на множество колючих осколков, которые подхватил поднявшийся в моей душе вихрь удивления. Даже смятения.
Хасэгава.. Хоть на его лице и играла привычная легкая улыбка, в его взгляде при словах Кадзуо заблестела неуверенность. На мгновение он закрыл глаза, словно пряча этот блеск, и мне даже показалось, что Хасэгава с трудом заставил себя остаться на месте. Кажется, еще никогда я не видела Хасэгаву таким нерешительным.
Я остановилась и, не подходя ближе, встала чуть в стороне, почувствовав, что, пожалуй, хотя бы для начала надо оставить их вдвоем. Я понимала, что Хасэгава хочет что-то сказать, что он подошел не просто так. И не сомневалась, что Кадзуо, если он и не признается в этом даже самому себе, действительно хочет узнать, что нужно Хасэгаве. И сказать ему что-то в ответ.
Несколько секунд Хасэгава молчал, будто не в силах выдерживать на себе пустой взгляд Кадзуо, раздумывая, не уйти ли.
— Хотел задать один вопрос.. – вернув привычную улыбку, протянул Хасэгава. И, не давая себе шанса отступить, быстро произнес: – С чего Араи-сенсей взял, что я твой брат?
Брови Кадзуо дрогнули, но он сумел удержать на лице непроницаемую маску. Я же невольно поджала губы, понимая, что подобный вопрос наверняка сильно ударил по Кадзуо. Задел его старую, но все еще не зажившую рану.
Я помнила, с какой болью в голосе, с каким отчаянием в глазах Кадзуо крикнул Араи, что Хасэгава – его брат. Как сильно потом сожалел, что эти слова сорвались у него с языка. Как сильно винил себя за то, что позволяет себе подобные мысли, что не сумел подавить чувства к человеку, оказавшемуся хладнокровным убийцей.
А сейчас об этом узнал Хасэгава. И теперь Кадзуо будет куда сложнее притворяться, что Хаттори Исао ничего для него не значит. Вернее, притворяться, что Кадзуо его ненавидит.
Хотя я была почти уверена, что безразличие со стороны Кадзуо оказалось бы для Хасэгавы куда более болезненным, чем ненависть.. Ведь ненависть, пусть это и очень сильное, страшное чувство, – все же чувство. А равнодушие.. Это пустота, которую сложно чем-либо заполнить. Пустота, которая сводит на нет все твои усилия вызвать в человеке хоть какой-то отклик. Которая раз за разом показывает, что ты стараешься зря. Что ты не стоишь даже плохого к себе отношения.
Теперь уже Кадзуо несколько мгновений молчал, и по его лицу было непонятно: он раздумывает над ответом или же над тем, стоит ли отвечать вообще?
— Не имею ни малейшего понятия, – пожав плечом, безразлично произнес Кадзуо. – Спроси у Араи-сенсея.
Губы Хасэгавы дрогнули, и он задумчиво склонил голову набок.
— Не думаю, что Араи-сенсей в настроении со мной разговаривать, – протянул он.
— А я произвожу иное впечатление? – приподнял бровь Кадзуо.
— Разумеется, – отозвался Хасэгава, и Кадзуо на мгновение сжал кулаки. – Сам же сказал, что твое желание поговорить со мной смертельно велико.
— В таком случае вопросы задавать буду я, – холодно отрезал Кадзуо.
— И я отвечу на них все, – пообещал Хасэгава. – А ты ответь хотя бы на этот.
— Я уже сказал, что не знаю. – Улыбку Кадзуо словно вырезали на ледяной скульптуре. – Возможно, для Араи-сенсея это единственная вероятная причина, почему я не дал ему тебя убить. После всего того, что ты сделал.
Хасэгава с наигранным сожалением вздохнул:
— Понятно.. А причина, оказывается, лишь в том, что ты хочешь вернуться в свое тело. И для этого тебе нужен я.
Кадзуо прищурился, но ничего не сказал. Я же нервно прикусила губу. С одной стороны, слова Хасэгавы звучали как провокация. Чтобы Кадзуо, возможно, возразил или ответил хоть что-то еще. В таком случае Кадзуо на эту провокацию не повелся.
Но с другой стороны.. Возможно, Хасэгава действительно хотел, чтобы Кадзуо опроверг его слова. Не для того, чтобы продолжить с Кадзуо разговор, вытянуть что-то еще, – а просто потому, что не хотел, чтобы это его предположение оказалось правдой.
— Что ж.. – протянул Хасэгава, не дождавшись от Кадзуо ответа. – Но спасибо, что развеял мое заблуждение. А то я уж было подумал, что мои чувства чуть более взаимны.
Глаза Кадзуо слегка расширились, и он как будто снова на мгновение потерял контроль над своими эмоциями. Но не успел Кадзуо что-либо ответить, даже отойти от неожиданности, как раздался звонкий вскрик.