Страница 60 из 95
Глава 14 灯台下暗し Самое темное место – под маяком
Мой взгляд, как обычно, привлек синий фонарь. По комнате пролетел порыв ветра, в одно мгновение загасив огонь внутри андона, – и голубоватый свет исчез. Я выдохнула, словно вместе с фонарем потухла и часть моего напряжения.
Кроме меня и Хасэгавы здесь были и другие участники. Всего нас осталось четырнадцать. Значит, погибли десять человек.. Я быстро оглядела комнату и с невольной радостью увидела Харуки. Она сидела у стены и, судя по выражению лица, пребывала в шоке.
— Ты знаешь ее? – спросил Хасэгава. Видимо, заметил мою реакцию.
— Да.. Наткнулась на нее в лесу. Она сказала, что Мацусита, ну тот участник в очках, хотел отдать ее в жертву Ямамбе..
Лицо Хасэгавы помрачнело, а губы скривились в презрении. Но затем выражение его лица вновь стало привычным, а на губах заиграла веселая улыбка.
— Кстати, я не вижу его, он погиб?.. – протянула я, но меня прервал вскрик.
— Акияма-сан! – радостно воскликнула Харуки и помахала мне рукой.
Опираясь на стену, она встала и сделала два шага, поморщившись от боли.
— Спасибо вам! – Харуки поклонилась.
Я кивнула в ответ, но чувствовала себя такой измотанной, что мне хотелось просто скрыться где-нибудь и уснуть. Хотя нет, больше всего мне хотелось принять душ. Я с отвращением потерла шею.
Мой взгляд зацепился за человека, сидевшего в углу. Остальные участники либо еще приходили в себя, либо уже поспешно покидали дом. Никто не пытался узнать, как и кто нашел цветок, ведь самое главное – они выжили.
Но этот человек сидел обхватив колени руками и смотря в пустоту. Ямамото.
Окады рядом не было.
— Она умерла, – прошептала я, и вопрос превратился в утверждение.
Хасэгава проследил за моим взглядом и тяжело вздохнул:
— Думаю, это так.. Хочешь подойти к нему?
Я задумалась лишь на мгновение, а потом отрицательно покачала головой. У меня не было сил и желания утешать Ямамото. Мы не знали друг друга, и я не могла ему помочь. Более того.. чужое горе до сих пор пугало меня. Что я могла сказать? Я не умела подбирать нужные слова, да и в любом случае не хотела, хотя мне было искренне жаль Ямамото.
— Пойдем отсюда, – мягко предложил Хасэгава, и я молча кивнула.
Когда мы вышли из дома, я посмотрела наверх и, увидев хмурое утреннее небо, втянула носом прохладный воздух.
Я вновь оказалась так близко к смерти.. И вновь выжила. Теперь я уже не чувствовала особой радости, лишь облегчение. Но.. было что-то еще. Кажется, гордость. Наверное, я и правда гордилась собой. Интересно, что бы сказал Кадзуо, узнав об этом кайдане? Или Минори? Как бы все прошло, если бы кто-то из них до сих пор был рядом со мной?..
Я не стала развивать эту мысль. Она причиняла мне слишком сильную боль. И казалась глупой. Я не могла узнать ответ на свой вопрос.. Сейчас у меня оставалось еще три дня до нового страшного рассказа. И я не знала, к чему я стала ближе: к очередной победе или же к смерти? Был ли отсюда выход, или я просто оттягивала момент, когда мой личный рассказ подойдет к печальному концу?
— У нас еще есть немного припасов. Так что стоит сначала отдохнуть и лишь после сыграть в игру. И может, попробовать найти твоих друзей, – заговорил Хасэгава после того, как мы некоторое время прошли в молчании.
Он выглядел почти как обычно: руки в карманах плаща, рюкзак на одном плече, легкая сутулость и мягкая походка.
Почти как обычно.
Улыбка пропала. Да, Хасэгава устал, хоть и скрывал это. Но было что-то еще, что я не могла распознать. Хасэгава явно думал о чем-то тяжелом, но я не знала, о чем именно. Возможно, о том же, о чем и я пару минут назад.
— Да, пожалуй, – согласилась я.
Еще некоторое время мы прошли в молчании, погруженные каждый в свои мысли, а после набрели на небольшую клинику. В немногочисленных палатах располагались койки, на которых можно было отдохнуть. Одеял и подушек не оказалось, но я не жаловалась.
Я опустилась на койку, устало вздохнула и вытянула ноги. Мышцы ныли, но хуже была боль в области ребер. Там точно появятся синяки, но, к счастью, я точно ничего не сломала. На локте, которым я ударилась, пока убегала от карасу, уже проявился яркий кровоподтек.
Хасэгава присел на край кровати напротив и, вытащив из рюкзака бутылку с водой, передал ее мне.
Немного придя в себя, я ощутила легкий голод, но слишком устала даже для того, чтобы поесть. Голова отяжелела, а глаза начали слипаться, и я поудобнее устроилась на больничной койке. Внезапно я подумала о том, что теперь мне нужно найти новую куртку или толстовку, а затем уже не помнила, вокруг чего крутились мои мысли. Они смешались с чернотой перед глазами, и я провалилась в сон.
Открыв глаза, я едва не подскочила, но уже не помнила, что же мне снилось. Зато сердце билось в груди почти как после бега, и я, поморщившись, села, потирая затекшую шею. Судя по свету из окна, я проспала не больше пары часов и утро было в самом разгаре.
Этот короткий период сна я не могла назвать полноценным отдыхом, но после – пусть и забытого – кошмара желание засыпать пропало. Хасэгава сидел на кровати напротив, прислонившись спиной к стене, закрыв глаза и вытянув длинные ноги.
Стараясь не шуметь, я взяла бутылку и отпила немного воды, а потом вытащила из рюкзака еду. Впечатления от пройденного кайдана начали сглаживаться, а эмоции утихать. Голод же, напротив, стал сильнее.
Перекусив, я села скрестив ноги и вытащила из кармана кольцо Минори. Меня захлестнуло запоздавшее облегчение оттого, что ее подарок не потерялся во время моих.. приключений в лесу. Покрутив кольцо в пальцах, я несколько раз прочитала выгравированную надпись: «Карп, плывущий против течения, может стать драконом». В груди защемило, и я, сжав кольцо в ладони, зажмурилась и мысленно обратилась к своей погибшей подруге. Я сказала ей, что выживу. И поджала губы, с печалью вспоминая жизнерадостную улыбку Минори. Ту, которую больше никогда не увижу.
Убрав кольцо, я вытащила из второго кармана брелок. Сделала я это на автомате, даже не задумавшись. До этого я практически не прикасалась к брелку, ведь он напоминал о Кадзуо, о его страшной смерти. Но после этого кайдана и разговора с Ямамбой..