Страница 22 из 72
— Дай ему своей крови. Магия крови сильна в квиках, его тело настроится на принятие твоей силы, и ты сможешь помочь ему восстановить искру. Ему очень плохо.
Катя знала, чем на меня давить. Я уложила мелкого на подушки лавки и обернулась в поисках ножа. Когда я взяла небольшой столовый нож в руки, квик замер, даже дышать перестал, что навело на мысль, что он знает, что такое нож, значит, уже видел когда-то гномов. Я примерилась, где будет удобнее резануть себя и несколько раз вдохнула и выдохнула. Мазохизмом я не страдала, поэтому резать себя довольно боязно. Хорошо нож был острым, и небольшой надрез на большом пальце был почти незаметен.
— Надеюсь, тебе не потребуется литр моей крови, — сказала я и, подхватив пискнувшего звереныша, села на лавку. Ноги почему-то стали ватными, страшно, вообще-то. Не каждый день к себе зверей магических привязываешь. Я разжала челюсть мелкому, который широко открыл черные испуганные глазенки, и капнула на розовый язык своей кровью.
Квик замер, капля тут же исчезала с языка, а в глазах звереныша заиграла разными красками магия. Это удивительно красиво, я завороженно наблюдала, как глаза меняют цвет. Через минуту квик обзавелся зелеными глазищами, цвет которых подозрительно был похож на мой цвет глаз, а еще он явно ожил, потому что стал выкарабкиваться из свертка, нагло царапая меня острыми коготками.
— Когти у квиков острые и крепкие, если я правильно вижу информацию, они могут спокойно рыть норы в камне, или разрывать зачарованное железо. Взрослые квики очень опасны в дикой природе.
— Хорошо, что ты мне сказала только сейчас, — пробурчала я, освобождая квика от полотенца.
Зверек принюхался, осмотрелся и полез на стол.
— Э, нет, — я покачала головой и наставительно сказала: — нельзя с лапами на стол, ты же прирученный зверь, значит, воспитанный.
— Чтобы зверь был воспитанный, его нужно воспитать, — Катя, как всегда, под руку со своими подколками.
Естественно, я не пошла в сад. Какой сад? У меня звереныш, которому все интересно и который покоя мне не дает. Пока я ковырялась на кухне, пытаясь приготовить из имеющихся продуктов себе сносный обед и заодно ужин, это чудо успело разорвать одно платье и устроить себе гнездо в кровати. Когда я подняла одеяло, он зашипел и возмущенно мотнул головой, якобы, проваливай. Я взяла этого паразита на руки и перенесла вместе с гнездом в уголок возле шкафа.
— Нельзя на моей кровати спать,— наставительно сказала я.
— Квик! Квик!
— И не ори на меня, это моя кровать. Вот, спи здесь.
Больше всего квику понравилось кататься на пылесосе, который он сначала чуть не уничтожил. Пылесос как раз поднялся из кабинета, у него оказалось, есть специальные щупы, которые выстреливают из руны посередине и помогают ему преодолевать препятствия. Так вот, пылесос выполз в коридор, а тут квик. Я услышала яростный писк, шипение, грохот и понеслась из ванны в коридор, уже придумав себе всякие ужасы.
Но это был всего лишь квик, который перевернул несчастный пылесос и пытался проделать острыми когтями дыру в боку. Черная шерстка на нем встала дыбом, а когти, мне кажется, увеличились в несколько раз. Помятуя о том, что говорила Катя об этих когтях, я крикнула:
— Не смей! Нельзя трогать артефакты хозяйки, — я присела рядом с рычащим пушистым комочком и взяла его на руки. Перевернула пылесос, который тут же покатился прочь, — видишь, он просто работает. Собирает пыль и мусор. Успокойся.
Я погладила квика по голове, почесала за ухом. У меня не было питомцев в квартире, некогда было ими заниматься, но в деревне у нас всегда жила парочка мурлык и мелких песиков, «звоночков», как называла их бабуля. Так что как обращаться с животными я понимала.
Квик удивленно воззрился на меня, блестя зелеными глазами, прищурился, когда я почесала за ушком, не замурчал, как это делают коты, но пискнул что-то и стал выкарабкиваться из рук. Я понаблюдала, как он обнюхивает деловито кружащий по полу пылесос и, успокоившись, пошла в ванную. Я как раз разбиралась, как стирать вещи. Тут стоял небольшой ящик артефакт, в который нужно положить вещи и нажать пару рун. Пока я разобралась, в какой последовательности это делать, из ящика пропало еще одно платье. С такими темпами придется идти в другие дома искать вещи.
А потом я стукнула себя по лбу, вспоминая, что на
путях
меня ждет масса всего нужного, а я опять, как всегда, забыла.
— Завтра я тебе напомню про вещи, — сказала Катя.
— Ты мне про все напоминай, слишком много всего происходит, так что я забываю обо всем на свете.
На ужин у меня было простое блюдо, с которым не нужно заморачиваться. Выжарила кусочки жира, срезанного с мяса, чуть обжарила в нем лук, до первого запаха. Мясо мелко порезала, выложила на противень, сверху мелко нарезанные овощи, картошку, морковку, залила жиром с луком. Очень переживала, что соли нет и ее нужно срочно искать, как и другие приправы. Но голод не тетка, и несоленое мне показалось очень вкусным. Картошка была рассыпчатая внутри и покрыта корочкой снаружи, а жир с луком сделал мясо не таким пресным. Жалко что овощи на этом и закончились.
— Гномы предпочитают употреблять в пищу много белка, — сказала Катя, — мясо и грибы, их основная еда. Овощи и зелень как приправы, но не особенно важны.
Квик погрыз тыквы, попробовал и другие овощи, которые не одно столетие пролежали в стазисе, и остался доволен. Когда я несла его в спальню, заметила округлый животик. Звереныш заснул сразу же как я положила его в гнездо, заботливо прикрыв кусочком рваного платья.
Сама сходила помыться и упала в кровать довольно улыбаясь. А жизнь-то налаживается…
Инквизитор меня в эту ночь не вызывал, с одной стороны, я испытала облегчение, а с другой — возмущение. Это чем он там занят, что про меня забыл?!